Но Делия Азия Виейра всё равно не могла расслабиться. И даже когда старик подошёл и сел через несколько мест от них, она чувствовала, как её неловкость увеличивается с каждой секундой. Почему этот момент вызывал такие острые эмоции? В его взгляде, в его поведении было что-то неприятное, что она не могла сразу объяснить. Старик вёл себя так, будто не знал, кто она, но Делия Азия Виейра уже давно была уверена, что её обман был частью его игры. Всё было слишком легко, слишком быстро.
Через некоторое время, когда поезд снова начал набирать скорость и поездка вернулась к своему обычному течению, Дженнингс наклонился вперёд, тихо говоря:
— Не переживай, этот старик явно не заметил, что произошло между вами. А если и заметил, ему не до нас. Ты бы не поверила, сколько таких людей попадаются в этой жизни. Ты что, думаешь, он запомнил нас? Вряд ли.
Питер, не замечая напряжённости, перевёл взгляд на Дженнингса и ответил:
— Да ладно тебе, старик. Он здесь не для того, чтобы делать нам гадости. Просто случайный пассажир.
Но Делия Азия Виейра не могла просто отпустить эти мысли. Её чувства продолжали вспыхивать, словно старик был не просто случайным попутчиком. Она решила, что стоит поговорить с ним. Может быть, тогда она снимет этот груз с души и почувствует себя легче.
Собравшись с силами, она встала и направилась к нему, стараясь сохранить спокойствие. Подойдя, она остановилась и тихо заговорила:
— Простите, но... я не могу не спросить. Вы... Вы не знакомы с нами? Мы уже встречались.
Бугенхаген поднял взгляд. Его глаза были пустыми, но в них всё же мелькнуло нечто — возможно, было какое-то воспоминание о том, как он обманул их. Он улыбнулся, но эта улыбка была странной.
— Ах, деточка, — сказал он, голос его был хриплым, но спокойным, как всегда. — Видите ли, я стар и часто забываю. Порой, мир кажется мне пустым, и люди тоже.
Делия Азия Виейра почувствовала, как её лицо стало ещё более напряжённым, но она не отступила.
— Так это не вы нас обманули, да? Мы думали, что...
— Ах, не бойтесь. Мне иногда нравится шутить с людьми, — перебил её старик. — Но кто помнит все мелочи, правда?
Делия Азия Виейра стояла на месте, чувствуя, как её собственное напряжение растёт. Неужели он действительно не помнил? Но почему тогда она чувствовала этот холод в глазах? Почему она не могла забыть того дня?
Как выглядит Азия Виейра без макияжа?
Наконец, она вернулась на своё место, не найдя ответа. Рядом Питер и Дженнингс продолжали разговор, а она сидела, погружённая в раздумья и потягивая воду из бутылки, которая слегка дрожала в её руках, отражая мелкие движения поездных колёс. В глазах роботессы было сосредоточенное выражение — такое, что зачастую сопровождает тех, кто решает сложные вопросы. За её молчанием скрывалась интенсивная внутренняя работа. Вопросы рыночной экономики заполонили её мысли, и она не могла оторваться от этих размышлений.
Как роботу, ей было свойственно воспринимать всё в рамках чётких, логичных схем. Экономика, с её сложной динамикой, с множеством факторов, влияющих друг на друга, была для неё чем-то, что можно было бы понять, если рассматривать все элементы как взаимосвязанные механизмы. Однако, несмотря на очевидное превосходство её вычислительных способностей, Делия Азия Виейра всё равно считала себя дилетантом в вопросах, касающихся человеческих факторов.
— Как может работать рынок, если на нём постоянно меняются условия? — размышляла она. — Когда спрос и предложение меняются в зависимости от внутренней политики стран и рыночных колебаний... Как тут вообще можно держать баланс?
Это казалось ей чрезвычайно сложным, но при этом таким очевидным, что никаких сомнений в её компетентности не возникало.
Вдруг её мысли прервал голос Дженнингса, который сидел напротив. Он, казалось, наслаждался поездкой, хоть и выглядел немного утомлённым после долгих размышлений о своем деле. Он улыбался, не замечая глубокой сосредоточенности роботессы.
— Ты что-то задумалась? — спросил он, наклоняя голову в её сторону.
Делия Азия Виейра повернула голову, глядя на него. Ответ не заставил себя долго ждать.
— Думаю о том, как должен функционировать аппарат управления в условиях рыночной экономики, — произнесла она с абсолютной уверенность, словно этот вопрос был для неё детской задачей. — Это интересная модель, но слишком сложная для того, чтобы её можно было бы легко интегрировать в существующие рыночные процессы.
Дженнингс поднял брови, едва ли понимая, о чём шла речь, но зная, что Делия Азия Виейра — это не просто человек, а что-то гораздо более сложное, не стал уточнять.