— Далеко ли нам ещё? — наконец спросил он, продолжая идти за ними.
— Не переживай, — снова ответил Дженнингс. — Мы уже почти там.
Когда они добрались до мотеля, Дженнингс первым шагнул внутрь, и на ресепшене их встретил довольно сонный, но приветливый ночной администратор.
— Добрый вечер, — сказал он с улыбкой, когда их троица вошла в просторное, но слегка тускло освещенное помещение. — Могу я помочь вам с чем-то?
Дженнингс подошел к стойке.
— Нам нужно три места на ночь, — сказал он.
— Три? — перепроверил администратор, но, не дождавшись ответа, протянул ключ. — Хорошо, вам подойдёт номер 15.
Как только они поднялись на второй этаж, Питер, который, видимо, совсем не был доволен ситуацией, начал снова выражать свои недовольства.
— Я не могу поверить, что мы вынуждены спать в мотеле, — мрачно произнес он, снимая обувь и вытягиваясь на одной из кроватей. — Я думал, что Нью-Йорк — это не то место, где мне придется отсыпаться.
— Это просто временная мера, — сказал Дженнингс, кивая на кровать. — Отдых и снова в бой. А что касается Нью-Йорка, так он всегда полон неожиданностей.
Делия Азия Виейра, стоя у окна и наблюдая за огнями ночного города, спокойно добавила:
— А это именно то, что я ценю в путешествиях. Новые города, новые испытания. Каждый момент важен, Питер.
Питер вздохнул, но, наконец, поддался.
— Ладно, ладно, — сказал он. — Спокойной ночи.
— Спокойной ночи, — ответили Дженнингс и Делия Азия Виейра.
Сколько бы Питер не сопротивлялся увещеваниям взрослых, он всё-таки почувствовал, как его глаза начали закрываться, и вскоре сон накрыл его, как волна. Во сне он оказался в большой, ярко освещённой столовой детского сада. Вокруг было много детей, все в одинаковых ярких костюмчиках. Они пили соки и ели сандвичи. Питер почувствовал странное ощущение лёгкости, словно вернулся в детство, в тот момент, когда жизнь ещё не была такой сложной.
Но, что самое странное, в углу комнаты, за большим столом, сидела Делия Йорк. Девочка, которой ещё не было десяти, в её глазах не было той тяжести, что Питер видел в ней недавно, когда она стала первой несовершенолетней президенткой США. В этом сне она была просто ребёнком — с непослушными волосами и сияющей улыбкой на лице. Но что удивляло Питера больше всего — это то, что Делия не была той, кто сидел за столом в детском саду. Питер чувствовал, что это странный сон, в котором что-то было не так.
Мальчик подошёл к столу и осторожно сел рядом с ней. Он не знал, почему он сделал это, но в его голове мелькала мысль, что это не просто случайность. Это было нечто важное.
— Привет, — сказал он, пытаясь сдержать волнение. — Ты... Ты Делия Йорк, да?
Девочка повернула голову и посмотрела на него с лёгким удивлением, как будто она не ожидала встретить кого-то в этом сне.
— Да, а ты кто? — спросила она, слегка нахмурив брови.
Питер растерянно посмотрел на неё, но потом улыбнулся. Этот сон был странным, но как будто тоже правильным.
— Я... Моё имя — Питер. Я просто... Думал, что ты должна быть старше.
Делия рассмеялась.
— Это было бы неудобно. Ты что, хочешь, чтобы я была как эти взрослые? — она кивнула на стол, где сидели несколько детей, по-настоящему взрослые для своего возраста, уставшие и загруженные проблемами.
Питер снова почувствовал, как что-то в его голове изменилось. Вокруг была непривычная для него атмосфера, какая-то зыбкая, в которой понятие времени было растянуто.
— Ты... ты знаешь, что ты однажды станешь президентом? — неуклюже спросил Питер. — Я имею в виду, в будущем.
Делия задумалась, с интересом покосившись на него. В её глазах мелькнуло что-то незнакомое.
— Президентом? — повторила она, словно пытаясь понять сам смысл этого слова. — Нет, я просто маленькая девочка. И я не хочу быть президентом. Почему бы мне не быть просто весёлой маленькой принцессой?
Питер замер, наблюдая за её невинной улыбкой. В её ответе было что-то большее, чем просто слова. Это было как предсказание, как понимание того, что, возможно, её будущее было предначертано заранее, несмотря на кажущуюся невинность её личика.
В этот момент за спиной Питера появился Джин Йорк, отчим Делии. Он подошёл к столу и положил руку на плечо падчерицы.
— Делия, ты ведь должна ещё пообедать, — сказал он мягко, оглядывая детей за столом.
Его голос был тихим, но в нём чувствовалась сила, будто он был тем человеком, который всегда держит всё под контролем.