Стал слышен звон склянок и небольшой стук о металлическую поверхность. Трудно сказать, что это был за звук, но запахи в помещении изменились. Теперь я отчётливо ощущала зелёный чай, ромашку и мяту. Кёя подошёл ко мне и вложил что-то в руки.
— Приложи это к глазам и обмотай бинтом вокруг головы, — всё тот же спокойный приказной тон. Словно машина. Никаких эмоций, кроме раздражения. Но я всё же послушалась.
Небольшая марлевая повязка, смоченная растворами, приятно охлаждала кожу вокруг глаз, снимая лёгкий зуд. Было трудновато одновременно придерживать компресс на глазах и обматывать его бинтами, однако, я справилась. Теперь глаза полностью забинтованы и я даже если захочу, ничего не увижу. Когда я закончила, и повязка была крепко зафиксирована, Хибари вновь взял меня за всё то же предплечье и потащил к выходу, не произнося ни слова.
Сначала мы шли по коридору, так как наши шаги эхом отражались от стен, но после вышли на улицу, и мои ощущения сбились. Столько звуков и запахов одновременно. Говорят, что если человека лишить одного органа чувств, то другие органы стараются заменить потерю, работая лучше. Эту теорию я могу подтвердить, так как запахи были первыми, что я стала различать. Хотя на это обратила внимание ещё и потому, что боялась потерять обоняние из-за васаби. Этого не произошло, значит пик опасности миновал.
Стоило нам выйти на улицу, как я тут же ощутила всю прохладу на себе. Хоть снега и не было, а неделей ранее лил сильный дождь, холодный ветер никто не отменял, и это особенно ощущалось мокрой одеждой и волосами.
В ноги что-то ударилось. Вернее я на что-то наткнулось. Высокое. Металлическое. Мягкий верх. Проведя руками, поняла, что это мотоцикл. Кёя привёл меня к своему мотоциклу?
— Залезай назад и держись, — произнёс парень. — Если по дороге упадёшь, возвращаться не буду.
— Куда мы поедем? — спросила я, пытаясь усесться так, чтобы не свалиться при первом же повороте. — В больницу?
— Тебе нужна больница? — ответил Кёя вопросом на вопрос, также запрыгивая на свой мотоцикл и заводя мотор. Я прислушалась к своим ощущениям. Нет. Особой боли больше не чувствовалось. Единственное, что мне надо это немного отдохнуть.
— Нет, — ответила я, с неуверенностью обхватывая Хибари за пояс. Надеюсь, он не будет злиться от того, что я намочу его гакуран со спины.
— Тогда говори адрес, — бросил он, и я дала адрес своего дома.
Странно всё это. Вообще всё странно. Но от пережитого шока лучше даже не пытаться думать. Не сейчас и не сегодня. Ветер колыхал мои волосы, закладывая уши. Отсутствие возможности видеть, куда несётся мотоцикл, несказанно напрягало. Приходилось верить Хибари, что он не врежется на первом же повороте и не увезёт куда-нибудь в лес, чтобы добить. Да, пожалуй, это единственное, что осталось. Просто верить.
В какой-то момент мотоцикл слегка тряхнуло, что не на шутку напугало меня. Недостаток информации, но избыток воображения. Эх… в общем, я рефлекторно вцепилась в Хибари, обвив руки вокруг его тела и прижалась щекой к спине. Рядом с ним чувствовалось спокойствие. Интересно, может на меня тоже действует его аура? Это бы многое объяснило. И… что это за запах? Такой тонкий и практически неуловимый.
Я его никогда раньше не замечала, хотя и самого Кёю обнимаю впервые. Это не дезодорант и не одеколон. Не остатки обеда и не стирального порошка, хотя эти запахи я тоже чувствую. Этот запах… какой-то другой. Он одновременно и горчит, и притягивает к себе внимание. При этом запах мне знаком и кажется, что с шоколадом он бы получился идеальным. Что же это? Какое-то растение? Да, скорей всего.
В сознании всплыл образ. Точно. Это миндаль. Ну или очень похожий на него запах. Хибари Кёя пользуется миндалевым маслом? Или это его собственный запах? Интересно. Нотки аромата такие тонкие, что их практически невозможно уловить. Хибари вообще не использует парфюм. Сколько с ним уже работаю, никогда не замечала ничего подобного. Хотя думаю, если бы не лишение зрения и дальше бы ничего не замечала. Вот Кусакабе — да. Тот любит вылить на себя пол флакона одеколона. Хорошо хоть запах не раздражает.
Ладно, думаю, это не столь важно. Сейчас главное доехать до дома.
— Это здесь? — спросил Кёя, наконец-то, остановившись. Я слезла с мотоцикла и, подойдя к забору, отыскала руками почтовый ящик, на котором имелась небольшая гравировка.
— Да, — слегка кивнула головой, хотя не уверена, видел ли он.
Состояние ужасное. Чувствовала себя такой беспомощной. Я и раньше не выделялась особой силой, но сейчас… действительно бесполезное травоядное. Единственный мой вид силы — это знания. Но что делать, когда источник информации повреждён? Это пугает. Причём не на шутку. Я никогда ещё с подобным не сталкивалась. В момент, когда глаза были повреждены, руки сами потянулись к единственному источнику силы, который находился поблизости. Ошибка ли это? Скорей всего. Больше всего удивило то, что Хибари всё же помог.