удь в следующий раз. Но ты там выиграй за нас обоих. — Конечно! — воскликнул он. — Можешь не переживать! — Хорошо, — улыбнулась. — Спокойной ночи. — Ага, — телефонный разговор был завершён, но я не собиралась покидать дворик. Мне так нравилась эта тишина и лёгкий хруст снега под ногами. Вот именно сейчас я чувствовала Новый год. Именно сейчас ощущала праздник. В принципе, праздник был, но не тот, что надо. Сколько раз я ходила туда-сюда во дворе, не знаю. Сбилась со счёту. Но и это не важно. Так хорошо… тишина, мороз приятно охлаждает кожу, снег кружится, скапливался на макушке головы небольшим холмиком. Благодаря тапочкам, несколько раз чуть не упала на землю, но так было даже забавнее. В какой-то момент я забыла обо всём. О тревогах, страхах, боли… Казалось, что я вновь в России, дома. Вся семья рядом. Нам даже не надо о чём-то говорить. Главное присутствие. Хотелось сохранить это ощущение как можно дольше. Не возвращаться в дом, хотя через час другой, даже мне станет не по себе от морозов. Одна футболка, шлёпанцы и шорты — совсем не зимняя одежда. Не знаю, сколько прошло времени, но к тому часу, когда я возвращалась в дом, начинало светать. Это ощущалось по сонливости и усталости во всём теле. Такое ни с чем не спутаешь. Зашла и закрыла за собой дверь на замок. У Хибари было множество возможностей и времени на то, чтобы уйти, но он этого не сделал. Возможно, по той простой причине, что не успевал, а может, не хотел, а может, ожидал чего-то такого, что наконец-то расставит все точки по своим местам и позволит ему избавиться от меня. Эх, не знаю… Ладно, пора ко сну готовиться. Вернулась ванну, умылась и, не переодеваясь, запрыгнула в постель под одеяло. Парень ещё какое-то время находился рядом, в этом я не сомневаюсь. Чувствовала его присутствие, может час или два. Потом сознание отключилось полностью, лишь изредка выпрыгивая наружу. В какой-то момент, когда я вновь проснулась, Хибари уже не было. Он ушёл, так и не дав до конца понять, для чего тут оставался. Нашёл ли он то, что искал? Получил ли свои ответы? Или эта игра и дальше будет продолжаться? Прошли выходные, и в понедельник я, как обычно пришла в школу. Глаза пришли в норму, и я нормально видела, вот только яркий дневной свет, всё ещё причинял лёгкую боль и дискомфорт. Пришлось надеть чёрные очки, причём носить их как на улице, так и в здании. Вот только эти вечные вопросы: «Дар, а почему ты в очках, так ещё и зимой?», «Дар, что-то не так с глазами?», «Дар, а можешь показать?»… Ну, надоели!!! Вот честно! Поэтому я решила сделать ход конём, а именно выгладила свою форму дисциплинарного комитета до идеала, заплела волосы в строгий конский хвост и только потом надела очки. Выглядело круто. Прям люди в чёрном. Теперь вопрос, почему я надела чёрные очки, отпадал сам собой. Но не у того, кто и так знает ответ. — Что это? — спросил Кёя, безразлично кивнув в сторону моего лица. — Очки, — пояснила я. — Это и так ясно, — раздражался парень. — Я спрашиваю — зачем? По уставу, солнцезащитные очки запрещены в здании школы. — По двум причинам, — тут же вставила я, прежде чем Хибари попытается разбить их. — Во-первых, глаза ещё не до конца зажили, и солнечный свет причиняет лёгкую боль. — А во-вторых? — всё также спокойно и безразлично спросил Глава Дисциплинарного Комитета, показывая, что чужие проблемы — это чужие проблемы, а правила написаны для всех. — А во-вторых, в очках я выгляжу брутально, — для большей убедительности положила одну руку на пояс, а другой слегка прикоснулась к очкам, как бы поправляя их, и задрала подбородок. Произошло чудо! Хибари Кёя улыбнулся! Это было быстро, мимолётно и больше похоже на лёгкое «Пф!», нежели на смех, но улыбка точно была. Была! Шоколадом клянусь! Причём не какая-нибудь там зверская, с которой он обычно бьёт чью-то морду, а именно тёплая улыбка. Однако, кажется, подобной реакции Кёя и сам от себя не ожидал, поэтому тут же убрал её и махнув мне рукой, добавил: — Делай, как знаешь, — вновь безразличный тон. — А теперь ступай работать. День Святого Валентина позади, но работы от этого меньше не будет. До конца учебного года осталось чуть больше месяца. — Да-да, — протянула я, возвращаясь за свой стол, но мимолётно смотрела на Хибари. Странный он. Что у парня в голове? Делает вид, будто ничего не было. Хотя мы постоянно это делаем. Это, похоже, уже вошло в привычку. Но он, вроде бы, на меня уже не точит клык, верно? Или… И как мне это проверить так, чтобы, если я ошибусь, он меня не убил? Задача нелёгкая. — Чаосс! — А? Реборн? — на стол неожиданно прыгнул малыш в своём обычном чёрном костюме и шляпе с широкими полями. — Ты чего тут? — Как дела, Дар? Слышал, что в снежки поиграть придти ты не смогла из-за здоровья, — с улыбкой спросил Реборн. — Всё нормально, спасибо, — отмахнулась я. — Если больше ничего важного, то мне стоит работать. — Да, конечно, — кивнул он, доставая что-то из своего кармашка. — Вот, это тебе Шамал прислал, — мальчик положил мне в ладонь небольшую красную пилюлю, в которой жужжал жучок. — Вполне достаточно одного укола. — Эм… насекомое… — я знала, как работает тот бабник, но всё равно, одно дело знать это, и совсем другое работать с этим. — Чего ты медлишь, Дар? У меня и так много забот с Тсуной, — Реборн раскрыл пилюлю и высвободил жука на волю. Я и опомниться не успела, как насекомое меня цапнуло за шею. Глаза тут же перестали болеть. Абсолютно все последствия исчезли. — Так лучше, не правда ли? — Ну… Да, — согласилась я, приподнимая очки. — Спасибо ещё раз. — Отлично. А теперь… — малыш спрыгнул со стола и подошёл к Хибари. Вернее как, он напал на парня, в прямом смысле. Выхватил откуда-то дубинку и ринулся в сторону Кёи. Тот сразу же блокировал удар тонфой. — О! Хочешь подраться? Я не против, — азартная улыбка озарила лицо парня. — Нет, — ответил Реборн, сохраняя спокойствие. — Это лишь предупреждение. Если ещё раз такая выходка повторится — тебе не поздоровится. — Вот как? — на глазах парня мелькнула тень. Все мы прекрасно знали, о какой выходке речь, правда Кёя считает, что мне не известно. — И кого же мне следует опасаться? Тебя? Тогда я не против. — Не угадал, — на лице Реборна мелькнула хитрая улыбка. — Тебе следует опасаться того, кто следил за тобой всё это время. И, возможно, что на этот раз помочь тебе я не смогу. На лице Кёи мелькнуло удивление с примесью недоверия. Он понимал, что врать о ещё одном «наблюдателе» Реборн бы не стал. Так кто это? Кто следил за ним, причём всё это время? Кто третий? Озвучить все это вопросы парень не успел, так как Реборн с улыбкой и легким «Чао-чао» выпрыгнул в окно и на самолёте Леона улетел к соседнему корпусу. Ясень пень, что малыш говорил обо мне как о наблюдателе. Хибари может об этом не догадывается, но если бы за мной ещё кто-то наблюдал третий, я бы это почувствовала. Увы. Значит речь только обо мне. Но когда это Реборн спасал Кёю? Причем не от кого-нибудь, а, следуя его словам, от меня. Единственный раз, когда я действительно угрожала Главе Дисциплинарного Комитета, это был в тот день, в декабре, из-за нехватки шоколада. Я применила электричество и… точно. В какой-то момент во всём здании школы выключился свет. Думала, что это просто пробки выбило, и Кёе повезло. А что, если нет? Что, если это Реборн подсуетился? Ого… И как мне реагировать? В любом случае, дело дрянь. Интересно, Хибари понял, что речь идёт обо мне? Лучше бы нет, иначе всё только осложнится. Настроение у парня изменилось и стало агрессивным. Это заметно по тому, как сильно он сжал свои тонфы. На ручках даже отметины появились. — Что-то хочешь сказать, травоядное? — гневно бросил он, заметив, что я с любопытством осматриваю его. — А? Вовсе нет, Хибари-сан! — тут же залепетала я, выставив ладони перед собой. — Тогда работай! Иначе… — взгляд стальных глаз буквально излучал холод и остроту, подобно лезвию ножа. Если мгновение назад я надеялась, что мы наконец-то нашли общий язык, то теперь эта надежда канула в небытие. Этот парень убьёт меня. Чёрт возьми, Реборн!