— Думаю, я и без вас спокойно разберусь, спасибо, — с мягкой дежурной улыбкой ответила я и постаралась уйти, но на мои плечи резко легли крепкие руки парней, не давая сделать и шагу.
— Нет, ты только послушай, Нусо?! — возмущался Фано. — Мы ей помощь предлагаем, а она нос воротит. Что, не нравимся? Не достаточно хороши? А ведь сама на недавнем конкурсе даже третьего места не заняла. И чем ты лучше нас? Да это ты должна на коленях ползать и помощь выпрашивать! Думаешь, мы о тебе ничего не знаем, полукровка? Проиграла потому, что не являешься японкой, а кто ты на самом деле? Итальянка? Русская? Ты и сама толком не знаешь. Одним словом — дворняга, без рода и племени.
— Хы-хы-хы, ага, — поддакивал Нусо. — Также слышал, что от неё родители отказались и сбросили, как ненужный хлам.
— Вот-вот, — закивал Фано. — Так что лучше тебе усмирить свой гонор, милочка. И попытайся подружиться с нами, а мы, может, так и быть, снизойдём на милость, — пальцы парня медленно прошлись по моим волосам, слегка прикасаясь к овалу лица. Я не шелохнулась, продолжая со спокойным, слегка сонным взглядом наблюдать за парнями. Вокруг нас царила мёртвая тишина. Люди, не сдерживая любопытства, толпились всё сильнее и сильнее. Каждого интересовало то, что происходило около стенда со списками. Но никто не смел проронить и слова. Прислушивались. — Думаешь, с твоим происхождением ты чего-то добьёшься? Открою тебе глаза на реальность, но чтобы быть кем-то, надо родиться кем-то, полукровка!
— Хы-хы-хы! — хихикал Нусо, который, походу, был не очень-то далёким.
Эх… мне определёно нужно что-нибудь съесть. Настроение, когда ты не завтракаешь в такой важный день, всегда ниже плинтуса. Спокойно, не совершая резких движений, опустила руки к сумке и, открыв её, достала неоткрытую пачку шоколадных палочек. Надорвала картонную коробочку сверху, после серебристый пакетик внутри и, достав одну палочку, спокойно сунула её в рот, зажав между зубами. Всё это было так медленно, что монотонно, что за это время можно было убить меня раз десять, причём десятью способами, но парни этого не сделали. Публики боятся.
— Вы всё сказали? — сухо спросила, смотря в глаза к каждому. Судя по напряженным жилам у виска каждого, а также взмокшему лбу, я их одновременно и раздражала, и пугала, но, видно, злила больше, раз парни решились на то, чтобы унизить меня прилюдно. — Что ж… — тяжело вздохнула. — В ваших словах есть доля истины. Я действительно не выиграла на танцевальном конкурсе и являюсь полукровкой. Наполовину русская, наполовину итальянка. И, скорей всего, в ваших чистокровных глазах, со старинной семейной историей, выгляжу не важнее комара, которого надо прихлопнуть. Но вот один удивительный факт, — послышался скрежет зубов и скрип натянутой кожи на кулаках. Они готовы были вот-вот сорваться и ударить меня, но чувство самосохранения всё ещё сдерживал парней. — Вы знаете, что чистокровные породы животных со временем тупеют и приносят хилое, нездоровое и временами уродливое потомство? В Древнем Египте у королевской семьи в погоне за чистотой крови, стали рождаться настолько уродливые дети, что про них до сих пор слагают легенды и мифы. Притом у дворняжек всегда выделялся особый ум, интуиция и иммунная система, при которой большинство болезней просто обходит стороной. Так вот… к чему это я? Лучше уж я буду бездомной дворнягой, у которой нет ни рода, ни племени, чем таким имбецилом как вы, ребята. Тем более, учитывая последний суммированный результат тестов за прошлый учебный год, который вывешивают в центральном коридоре, я нахожусь на первом месте. А вот вас не припомню и в первых пятидесяти фамилиях.
Лица двух парней надо было видеть. Их кожа побагровела и стала похожа на свёклу. Из ушей разве что не валил пар. А плечи сотрясались в лютом неудержимом гневе. Особенно подливало бензин в костёр то, что многие школьники, что слышали меня, стали хихикать. Сначала один, потом другой, третий — и вот уже вся толпа безудержно хихикает над этими двумя парнями.
— Да кем ты себя возомнила?! — взревел Фано, сделав шаг в мою сторону и схватив одной рукой за красный бантик на шее, а второй размахивая кулак, чтобы нанести по лицу. Всё бы так и произошло, если бы в самый последний момент, в горло парня не уткнулся наконечник катаны.
— Ну-ну, — послышался расслабленный весёлый голос бейсболиста. — Не стоит так разговаривать с девушками. Они всё-таки хрупкие и слабые существа. Пожалуйста, семпай, уберите руку.
— Ты что не понял, урод? — послышался ещё один ворчливый голос с ароматом табака. — Грабли свои убрал! Или мне их тебе подорвать к чертям?