— Что? Почему я? Нет-нет-нет! Отказываюсь!
— Прошу!
— Даже не проси! Нет — значит, нет!
— Умоляю!
— И не умоляй! Тсуна, ну сколько можно? У меня что, перевалочный пункт для детей?
— Я вообще-то старше тебя, Ведьма! — рычал Гокудера. — И мне, знаешь ли, тоже эта идея не очень нравится!
Как и ожидалось. Появился прославленный изобретатель оружия, а, в итоге, выяснилось, что мне теперь и за ним прибирать придётся. Пришёл, начудачил, а Дар всё исправит. Конечно! Но основная беда в чём, Гокудера не изменился, ни за пять, ни за десять, ни за сорок минут. Вывод прост — настройки в десятилетней базуке сбиты напрочь. И это ладно… Я эту базуку уже разбирала по винтикам и знаю, как она должна выглядеть. С динамитом Гокудеры тоже придётся повозиться, но и с этим справлюсь. Надеюсь, впихнутые в них голуби ещё не подохли, а то у меня начнётся игра «Кот Шрёдингера». Пули Посмертной Воли тоже ещё та задача, но будем надеяться, что всё получится.
Всё пойдёт. Со всем справлюсь. Тсуна, как не посмотри, мне жизнь спас. Так и быть, всё починю, и за это платы не возьму. Но вот есть одна загвоздка…
— Чего ты так на меня пялишься, Ведьма?
Да, именно. Эта загвоздка — Гокудера Хаято. Пока он в маленьком теле, необходимо, чтобы за ним кто-нибудь присмотрел. Хаято заверил, что он и сам со всем способен справиться, но Тсуна хочет быть уверен, что с парнем всё будет хорошо. Оставили бы в доме Савады, да вот только там Ламбо, с которым Хаято вечно будут драться, и Бьянки, от которой парень всё время проведёт в туалете, обхватив живот. Да и тем более, сам Хаято надеется, что как только я починю базуку, то сразу же верну ему прежний вид.
Угу, мечтатель…
— Чёрт с вами, ладно… — вздохнула я, понимая всю безвыходность ситуации. Накинула сумку, в которой Тсуна сложил все сломанные вещи, на плечо и, попрощавшись, покинула его дом, предварительно обратившись к Хаято. — За руку тебя держать не намерена.
— Фек! Ещё чего! Да уж лучше я буду зубы чистить порохом!
— Вперёд, — бросила я. — Но табуретку в ванну сам тащить будешь.
— Опять меня бесишь, Ведьма! — ворчал Гокудера, но всё же следовал за мной.
Дома смогла выяснить, что в таком состоянии парню придётся быть около недели. Конечно же, Гокудера хотел, чтобы я вновь в него выстрелила базукой и попыталась, таким образом, исправить то, что натворили Джаннини с Ламбо, но всё могло привести к тому, что ситуация парня лишь бы ухудшилась. Или я просто бы перенесла эту его миниатюрную версию на десять лет вперёд, в то время как сам Гокудера из будущего, оказался бы тут ровно на пять минут.
Взвесив все за и против, парень согласился, что единственный выход подождать. В итоге, вечер закончился тем, что мы заказали по телефону пиццу, которая нам двоим ни капельки не понравилась, но из принципа всё равно её ели, после чего предоставила парню телевизор в его полное распоряжение, а сама занялась базукой и динамитом.
Кстати, да… все голуби выжили, хотя и выглядели слегка ошалевшими. Ну, я их понимаю, видать рассчитывали появиться, как ангелы на вечеринке, а нет. Пришлось каждого выковыривать отдельно.
В какой-то момент я заметила, что Хаято в теле мальчика непрерывно следит за мной, хотя усиленно старается не подавать виду. В его взгляде я не видела злобы, презрения или каких-либо ещё негативных чувств. Скорее просто любопытство и… тоска? Спрашивать, почему он так на меня смотрит, не решалась. Всё равно не ответит. Скорее просто нагрубит и повернётся на другой бок, чтобы больше вообще не пересекаться со мной взглядом. Поэтому пришлось лишь молча ждать, когда парень сам решится заговорить.
— Эй, Советник? — и это время наступило.
— Да? — спокойно отозвалась я, не отрываясь от своего дела.
— Ты… умеешь играть на пианино? — довольно неожиданный вопрос. Пришлось всё же посмотреть на мальчишку.
— Нет, — честно призналась. — А что?
— Да так, — отмахнулся тут же Хаято, поворачивая голову в сторону мигающего телевизора, по которому рекламировали утягивающее женское бельё. — Просто… ты мне сейчас кое-кого напоминаешь. Я и раньше это замечал… но сейчас особенно, — потом тут же смутившись своим же словам и мыслям, добавил: — Наверное, это из-за твоей чёртовой ауры, будь она неладна!
— Вот как, — задумчиво произнесла, возвращаясь к разложенной на столе базуке. — Так из-за этого ты меня вечно Ведьмой зовёшь?