— Дар, ты уже выбрала, в какую школу поступишь? — спросил Ямамото в момент разговора.
Все ребята знали о моей ситуации, но самое странное, что никто не осуждал. Более того, они до последнего сомневались, что это точно я взяла деньги. Их же у меня не нашли, верно? Да и жалобы владельца сумки не было. А когда Реборн объяснил, что я была в тот момент не в себе, это словно сразу развеяло последние сомнения, лишь подчеркнув, что я просто так ничего бы не взяла.
— Ну, пока нет, — честно призналась. — Как не странно, на мою рассылку ответило много учебных заведений. Причём не только из Намимори, но и из других соседних городов. Более того, даже университеты предложили свои услуги, правда, с предварительным экзаменом.
— Ого! — присвистнул Ямамото, широко улыбаясь. — А ты популярна, Дар!
— Пф! — фыркнул Гокудера. — Это и не удивительно. В отличие от тебя, Бейсбольный Идиот, у неё с мозгами всё в порядке.
— Я рад, что всё так хорошо налаживается, — улыбнулся Тсуна. — Волновался, что из-за этой истории в личном деле, многие откажутся вести переговоры. Значит, с первого сентября будешь уже в другой школе?
— И, возможно, даже в другом городе, — усмехнулся Ямамото. — Но ты же будешь нас навещать?
— Что ты такое говоришь, идиот?! — рыкнул Хаято. — Конечно, будет! Она же Советник Десятого!
— Ах, ну да, ну да! — засмеялся парень, вспоминая об «игре», в которую, по его мнению, мы играем.
Вдруг неожиданно проходящие мимо люди стали шептаться и чего-то сторониться. У некоторых в глазах чувствовался неподдельный страх и ужас. Мамочки оттаскивали от палаток своих детей и отходили в сторону, боясь за свою безопасность, а мужчины чуть ли пяткой не крестились. Что же их могло так сильно напугать?
Ответ появился буквально через секунду. Толпа расступилась, и к нашей палатке вышел Хибари Кёя собственной персоной. Даже сейчас в августе, во время летних каникул, парень был одет в форму Дисциплинарного Комитета. Белая рубашка с короткими рукавами, красный галстук, чёрные брюки и красно-оранжевая повязка на левой руке. В этот раз он был без гакурана, не сезон всё-таки. Но уверена, что даже так, под его одеждой где-то спрятаны две стальные тонфы.
На мгновение наши взгляды встретились. Странно, но сейчас я не видела в его серых глазах ни злости, ни ярости, ни даже азарта. На них словно была какая-то пелена. Казалось, что кто-то добавил всего по одной капле тёплого молока, разбавив грозовые облака. Лицо же было таким же спокойным как и всегда. Ни одной проявленной эмоции. Однако мы смотрели друг на друга слишком долго для тех, кто не обращает внимания. Я первая опустила взгляд и, сделав небольшой надкус шоколадного банана, отвернулась в сторону, демонстративно показав, что его больше не вижу.
Интересно, он знает о том, что меня исключили из школы? Если не ошибаюсь — нет. Вряд ли ему кто-то об этом рассказал. Да и зачем? Чем позже он узнает, тем лучше. Хотя, думаю, моего исчезновения он даже не заметит. Всё равно друг друга игнорируем.
— Вы должны заплатить цену за размещение палатки, — холодно бросил Кёя, обращаясь к парням. — Пятьдесят тысяч иен.
— ХИБАРИ-САН?! — в ужасе воскликнул Тсуна.
— Ты! — бросил Хаято, уже готовясь к очередной драке. — Что ты тут делаешь?!
— Ох, только не говорите… — с лёгкой грустью бросил Такеши, предчувствуя неприятности.
— Пошлина за размещение идёт Дисциплинарному Комитету?! — не мог поверить Тсуна.
Ну, а что он хотел? В этом нет ничего удивительного. Во-первых, Хибари практически отвечает за безопасность всего города, особенно тех структур, что отвечают за бюджетную деятельность. Больницы, школы, храмы… Давно уже пора понять, что парень управляет многими подразделениями, и для того, чтобы работа была более эффективной, необходимы финансы. Хотя… цены он, конечно, загнул.
— Эти средства для нашей деятельности, — пояснил парень, совершенно спокойно, но в последний момент злобно усмехнулся: — Если не сможете заплатить, я разрушу ваш ларёк.
Пф! Как обычно! Кто бы сомневался в ином?! Если что-то идёт не по плану, самый лёгкий способ — это уничтожение. При этом без лишних вопросов. Вон, парочка Элвисов как раз разрушали соседний ларёк. Без жалости и пощады. Бедный хозяин ларька со слезами на глазах обещал заплатить всю сумму, только бы прекратили разрушение, но нет. Приказ уже отдан. На этом примере другие соседние торговые палатки подсуетились и скопили всю необходимую сумму, передав её Кёе.