уком. Включить любимую музыку и забыть о всех этих событиях. Словно сон. Перед глазами вновь всплыла мужская рука со скрещенными пальцами, что вырисовывала в воздухе непонятные символы. «Забудь» — произнёс мужской голос, и я забыла. Тогда забыла. Интересно, чья это рука? Кому она принадлежит? Неожиданно я почувствовала острую боль в руке и ноге. Заныли раны проделанные трезубцем. Причём так сильно, словно на них посыпали порохом и подорвали. Плоть выжигалась изнутри. Но ужаснее всего то, что я стала чувствовать, что в своей тюрьме теперь не одна. Всего на секунду, но это вернуло меня в реальность. — Ку-фу-фу-фу, — услышала я смех Мукуро, вот только издавал его Гокудера, стоящий рядом. — Надо же! — удивлялся парень, у которого имелись разноцветные глаза. — Как оказывается, я даже завладеть твоим телом не могу. Тот, кто запечатал твои воспоминания, постарался на славу. Я восхищён! — Что за люди? — теперь это произнёс Хибари, лежавший рядом на полу. Он пытался встать, но все попытки были тщетны. — У одной тело использовать не получается, а это тело просто невозможно. Вы довольно пугающие личности. Но как он мог бороться с такими ранами? Что за ужасающий человек, этот Хибари Кёя… — Однако, это только подогревает интерес, — продолжал Гокудера, поворачиваясь в сторону Тсуны. — Что ж… будем использовать то, что имеем, верно? Ку-фу-фу-фу. Когда? Когда он успел овладеть их телами? Он что, и моё хотел захватить? Так эта дикая боль в ноге и руке была тому причина? Что же помешало ему? Чёрт! Почему он всё никак не сдастся? Теперь, используя тела друзей Тсуны, попытается одолеть его? Это слишком жестоко. Хотя… учитывая то, что произошло со мной, думаю это только цветочки. В зал также вернулись Чикуса и Кен, вот только сюда по их голосам и разговору поняла, что и ими Мукуро управляет. Никакой жалости. Даже над теми, кто является твоим союзником. А ведь сам рассказывал мне такую жалостливую историю. Рокудо Мукуро, ты лицемер! Хочешь того, чего сам толком не понимаешь. Даже я знаю о подобных вещах намного больше. Судя по звукам, шла нешуточная битва. Всё сложилось так, что Мукуро либо завладеет телом Тсуны, либо просто напросто убьёт его. Он даже на Реборна не боялся нападать, хотя малыш только защищался. Тсуна кричал и просил помощи, просил прекратить так издеваться над людьми и его друзьями, просил оставить его в покое… много о чём просил, но слушал ли его Мукуро? В один момент парень просто не выдержал и произнёс то, что действительно находилось у него в голове: — Я… я хочу уничтожить Мукуро! Я не хочу проигрывать такому жестокому человеку, как ты! — каждое слово было подобно грому в этом зале. — Я хочу уничтожить тебя! Произошёл взрыв. Ну, мне так показалось, так как после последнего слова, помещение окружило ослепляющее сияние. Настолько яркое, что мне на миг показалось, что нахожусь на улице… или на «том» свете, если он и существует. Однако, это не продлилось долго, и сияние стало потихоньку слабеть. Реборн что-то говорил о том, что Тсуна, его ученик, прошёл подготовку, и теперь Леон произвёл новое оружие. Оружие? Для Тсуны? И почему Тсуна говорит, о каких шерстяных перчатках? Не это ли его оружие? Чёрт, да что там происходит? Послышалась какая-то суматоха, панический крик Тсуны, а, в итоге, выстрел и взрыв. Наконец-то наступила тишина, которая, как оказалось, пугала значительно сильнее грохота. Что там? Савада жив? Кто победил? Моё сознание вновь начало проваливаться в бездну пустоты. Пыталась удержаться в реальности и хотя бы попытаться понять что происходит, но нет. Словно погружалась на дно чёрного бескрайнего океана. И ко всему прочему меня ещё и камнем сверху придавили, чтобы не всплыла. Так тихо. Так одиноко. Как же я уже устала. По правде сказать, мне уже абсолютно наплевать, кто победит. Мукуро или Тсуна. Всё равно. Что одним, что другим нужны лишь мои знания и мозги. Друзья, да? Хех, забавное слово. Были ли у меня друзья, в принципе? Столько намешано. Слухи, страхи, события, ложь и сплетни, а самое главное поступки предков. И почему я должна за них отвечать? Все боятся, услышав только мою фамилию, но никто даже не задумывается, что я обычный подросток. Смотрят на меня так, словно я с секунды на секунду явлю им чудо. Забавно… Не хочу. Ничего не хочу. Просто забыться и раствориться в этом кромешном чёрном океане. Всё так сильно болит… В какой-то момент в этой тьме я увидела лучик света. Сначала просто точку, но с каждым мгновением он становился всё больше и больше, и вот теперь передо мной буквально полыхало оранжевое пламя. Сначала я испугалась. Пламя… оно не приносит ничего хорошего. В моей жизни оно только разрушало. Пламя приносит боль. Но… не это. Оно казалось таким спокойным и гармоничным. — Прости, что так долго, Дар. Кто это произнёс? Тсуна, это ты? Голос твой, но такой спокойный. Это правда, ты? Не Мукуро? Туман рассеялся, и теперь я видела парня. Саваду Тсунаёши, который держал меня на руках и нёс к остальным раненым. — Уже всё позади, — заверял Тсуна. — Я победил Мукуро. И когда ты успел стать таким сильным? Это правда тот самый Тсуна, который плакал и звал всех на помощь? Ещё мгновение назад был именно таким. Но это оранжевое пламя на его голове… Оно успокаивает и придаёт надежду. Тепло. Не думала, что тепло этого пламени мне будет нравиться. Хотя, сейчас, это больше похоже на свежий глоток воздуха. — Она ранена, — спокойно произнёс Тсуна, аккуратно укладывая меня рядом с Бьянки. — Они все ранены. Срочно нужна помощь. — Группа лучших медиков семьи Вонголы уже прибыла, — заверил Реборн. — Они успели дать противоядие Ланчии. А также принялись обрабатывать раны Ямамото. Сейчас и до нас дойдут. ОХ! Вот, кажется, и они при… Тут произошло то, чего как мне кажется, никто не ожидал. В дверях появилась группа людей, однако, это были не врачи. Краем глаза я видела их чёрные силуэты и перебинтованные лица, прячущие их от посторонних глаз. В груди что-то больно кольнуло. Опасность. Они представляют серьёзную опасность. Нужно бежать, но я до сих пор не могу пошевелиться. Страшно. Чёрт, как же страшно! Незнакомцы сжимали стальные цепи в руках. Казалось это для борьбы, но правда оказалась значительно ужаснее, ведь эти цепи были предназначены для того, чтобы накинуть стальные ошейники на Мукуро, Чикусу и Кена. А так же на меня. Стальной обруч охватил моё горло, после чего силой потащил в сторону незнакомцев. — Что происходит? — насторожено спросил Тсуна. Пламя на его голове стало ярче. — Какого чёрта вы творите? Кто вы? — Это «Вендетте», — произнёс Реборн. — Они контролируют заповеди мировой мафии и судят тех, кто нарушает закон. Но… зачем вы забираете Дар? Она ничего не нарушила! — Она присоединилась к ним, — послышался шёпот. Причём я даже не была уверена, что это голос. Словно шелест листьев на ветру. — Представитель семьи Серра слишком многое узнала. Это опасно. — Подождите! — крикнул Тсуна, схватив цепь, связывающую мою шею. — Я отказываюсь это признавать! — пламя, исходящее из головы и рук стало значительно ярче. Он угрожал им. — Тсуна! — насторожился Реборн. — Если перейти им дорогу, будут одни проблемы! — Я сказал — нет! — настаивал Савада. — Она не виновата! Её заставили! Освободите немедленно! — Такова воля Десятого Босса Вонголы? — уточнили они, после чего стальной ошейник исчез, освободив меня. — В таком случае, ответственность ложиться полностью на ваши плечи, Вонгола. Только после того, как Вендетте исчезли, пламя Савады потухло, вернув ему прежний напуганный вид. Парень вновь стал самим собой. Бояться было больше нечего. Да к тому же и медицинская группа прибыла. — Где раненные? Быстрее, тащите носилки! Пошевеливаемся, парни! — кричали медики, подбегая к каждому раненому. Всё кончилось. Больше сражаться не надо. Однако… этот день навсегда изменил мою жизнь. Да и не только мою… После сражения мне пришлось столкнуться с новой бедой. А именно, то состояние, в которое меня ввел Мукуро, не проходило. Я всё видела, всё слышала, всё понимала, но никак не реагировала. Доктора даже решили, что я в коме. Мол, мой мозг умер, оставив только живую оболочку. Даже доктор Шамал ничего не мог с этим поделать. Он не понимал, что именно со мной произошло. Ведь тело, к его удивлению, поправлялось неплохо, а под воздействием его лечения, так вообще замечательно, но вот разум… В таком состоянии я пробыла неделю. Не ела, не пила, не спала. Кажется… во мне что-то сломалось. Словно время для меня застыло. Находилась в больничной палате, в постели и… всё. Без чей-нибудь помощи, даже поднять руку не могла. Ко мне часто заходили медсёстры, чтобы проверить стабильность состояния и медицинскую аппаратуру, подключённую к телу. Это было так странно… Не описать словами. Хоть мне и предоставили одиночную палату, одна я никогда не оставалась. Практически всегда рядом находился Реборн. Он ничего не говорил, просто запрыгивал на кровать и смотрел на меня. Мог делать это долго. Порой несколько часов подряд. У него порой был такой странный вид. Словно он хотел попросить прощение, но не осмеливался. Чувствует свою вину? А я считаю его виноватым? Думаю, нет. Хотя, по идее, я должна ненавидеть его. Испытывать злость и ненависть. Может даже стать такой же как Мукуро, который алчно ищет мести. Но… я этого не чувствую. Ни злости, ни ненависти, ни разочарования. Возможно, Реборн действительно пытался заботиться обо мне. В своём собственном понимании этого слова,