— А? Нет, он на кухне обедает, — тут же отозвался парень. — Мне его позвать?
— Нет, не надо, — вновь вздохнула, собираясь с мыслями. — Давай, я сначала тебе расскажу, а далее ты сам решишь, как быть, ладно?
— Эм… Дар, что-то я начинаю нервничать… — напряжёно произнёс Савада. — Всё хорошо, верно?
— Даже не знаю… — усмехнулась. — Ты помнишь этих парней из Кокуё-Ленда?
— Д… да, — заикаясь, ответил Тсуна. — Правда, я много раз спрашивал Реборна, знает ли он что-нибудь о них. Не пойми меня не правильно, но… я не хочу, чтобы они погибали.
— Хм, они живы.
— Что?! Откуда… откуда ты знаешь?
— Во всяком случае, пока, — налила в пустую кружку воды из-под крана, и сделала несколько глотков. — В общем, Тсуна, смотрел «Побег из Шоушенка»? Сейчас я тебе расскажу новую версию данного сюжета. Всё началось, когда я легла спать…
Савада не перебивал и не задавал вопросы. Только по дыханию доносившимся из телефонной трубки, я понимала, что он до сих пор на линии и слушает мой рассказ. Старалась не упускать никаких особенно важных деталей, но часть нашего трёпа с иллюзионистом всё же пропустила. Тсуна такого просто не выдержит. Закончила историю тем, что я не знаю, где теперь Мукуро и эти двое. Но основную суть всё же передала — я помогла нашим врагам.
— Вот и всё, — допила воду из кружки. — Теперь можешь рассказать Реборну и…
— Нет! — неожиданно вставил Тсуна и тут же сам себе удивился. — В смысле… хм… ну… я даже немного успокоился, ха-ха!
— Чего? — Это было странно. — Успокоился? Я врагам помогла, а ты успокоился? Тсуна, да ты как Босс мафии должен меня изгнать или что-то в этом роде…
— Это так, но… В общем, мне кажется, что тебе это решение досталось намного труднее, — с долей извинения в голосе произнёс Тсуна. — Ведь в первую очередь похитили именно тебя. Но ты всё равно им помогла. И… я рад, что ты так поступила.
— У меня, по сути, не было выбора, — фыркнула я, вновь набирая воду в кружку. Кажется, у меня лёгкое обезвоживание. — Он угрожал, что я с ним останусь в одном теле навсегда. Но это ладно. Что-нибудь да придумала, но вот когда он захотел в туалет…
— Дар, мне очень жаль! — воскликнул парень, в голосе которого теперь слышалось смущение.
— Да ты тут причём? Ох, ладно… — ещё несколько глотков. — Реборну расскажешь?
— …
— Тсуна?
— Эм… не уверен, что ему это стоит знать, — протянул парень. — Давай… давай, пока повременим, ладно? Может… может, это и вовсе был сон?
— Сон об извращенце Рокудо Мукуро? Хех… Думаю, ни один сонник такое не растолкует. Ладно, как скажешь, — усмехнулась я. — Это был сон. А теперь я жутко хочу есть. Пока.
— А? Ах, да. Приятного аппетита, Дар.
Отключила телефон.
Сон значит? Хм… странное решение принял Тсуна. Решил скрыть это от своего репетитора? Что ж… Это последнее слово Босса. Думаю, таких моментов в будущем у нас ещё будет огромное множество. Вот только легче от этого не становится.
Так, всё. Немедленно в кондитерскую лавку!
Глава 30. Поверив в тишину...
Стабильность… Какое прекрасное слово.
Каким бы безумным не был мир, если ты знаешь, что будет завтра и послезавтра, возникает чувство уверенности. Беспокойство и паранойя отступает. Обожаю это чувство. Прошло несколько недель. За это время я успела привыкнуть к небольшим изменениям в кабинете Дисциплинарного Комитета. Ну, это я про диван намекаю. С Кёей как-то толком и не общаемся. Работа, работа и ещё раз работа. Вот, честно, иногда мне кажется, что он робот, который запрограммирован только на две вещи: работать и забивать кого-то до смерти.
А после одного случая вообще старался со мной не разговаривать. А всё почему? Всего лишь задала несколько вопросов, когда Хиберд в очередной раз запел гимн Средней школы Намимори, кружа в кабинете.
— Хибари-сан, это ведь вы птаху научили петь? — спросила я, подставляя руку для птицы, чтобы та спокойно смогла приземлиться.
— Я, — признался Кёя, не отрывая взгляда от папки с документами.
— А как? — подошла к столу Кёи, с любопытством вглядываясь выражение его лица. — Вряд ли у вас в тот момент в Кокуё-Ленде имелся при себе телефон или другое звуковоспроизводящее устройство, верно? Значит, вы сами спели гимн? — парень молчал. Я приняла это молчание за знак согласия. — Хибари-сан, а вы можете спеть? Мне очень хотелось бы послушать.
— Тебе больше заняться нечем? — раздражённо бросил Кёя, мрачнея на глазах. Хотя стоп, это тень, мелькнувшая на лице, не что иное, как смущение. Кёя смущён?! — Иди работать!
— Хибари-сан, это же обычная просьба, — тут же стала строить из себя невинность, замахав перед собой ладонью. — Хотя бы разок! — потом шагнула ближе к столу, наклонилась вперёд и шёпотом добавила: — Я никому об этом не расскажу, честно.