идела, что через соседний забор на меня смотрят огромные карие глаза Волкодава. И псинке этой как минимум годика три. Хм… в тот момент, я была уверена, что дала бы фору даже супергерою Флэшу. Особенно меня подгонял этот ритмичный стук огромных лап об асфальт: «ту-дум, ту-дум, ту-дум». Я никогда не молилась и не знала молитв, но в то мгновение вспомнила сразу десять молитв на разных языках. Так сказать, если не получится договориться по одной связи, перейду на другую. Но, в итоге, всё закончилось тем, что я добралась до школы с задней стороны, и мне пришлось перелезать через забор. До входа я вряд ли добегу. Но и то, как я перепрыгивала забор высотой в три метра, надо было видеть. В обычной ситуации, да хрен там я это сделаю! И сил нет, да и физическая подготовка не та. Но когда в твоей крови бушует адреналин, и вопрос стоит о выживании… силы откуда-то взялись. Миг и я уже на территории школы, а оголодавшая стая за спиной. — Ха! — усмехнулась я, смотря на грустные морды. — Не сегодня, парни. Дальше уже стала идти спокойным шагом, если не учитывать того факта, что у меня ноги от напряжения трясутся и вот-вот согнутся в коленях. Всё-таки этот «вид спорта» не каждому рекомендован. Эх… хотя бы сердечный приступ не случился, и то спасибо. Однако как только я стала приближаться к одному из корпусов школы Намимори, услышала глухие удары и вскрики нескольких людей. Инстинкт самосохранения приказал мне действовать незамедлительно, именно скрыться за ближайшим деревом. Кажется, это была сакура, но не суть важно. Ствол дерева был достаточно широким, чтобы скрыть моё тело. Украдкой выглянув из-за дерева, увидела, как две группы людей дерущихся за зданием школы. Вернее, это было избиение. Не знаю, кто были те парни, которых избивали, их рожи видела впервые, но избивающих — я узнала. Это члены Дисциплинарного Комитета. Чёрная специальная форма, Красно-оранжевая повязка на левом плече и одинаковые причёски в стиле «Элвиса». Из-за этого штампа я даже их различить не могу. Словно под копирку сделаны. — Ваша ошибка была не в том, что вы пошли против него, — произнёс один из Комитета. — А в том, что вы столпились против Хибари. Постояв около дерева, я подождала того момента, когда парни из Дисциплинарного Комитета уйдут. Только потом решилась выйти из своего укрытия и продолжить путь. Ненароком взглянула на избитых. Переломов нет, но зато имеются множество ссадин и кровоподтёков. Лицо каждого опухло так, что их родная мать не узнает. Без сознания, но дышат. Думаю, через двадцать минут придут в себя. Подошла к первому же попавшемуся парню и достала у него из кармана мобильный телефон. Набрала 119 — скорую помощь и назвала адрес школы Намимори. — Сколько раненых? — спросил женский голос. — Пятеро, — спокойно ответила я. — В чём причина ранения? — продолжала женщина стандартный опрос. Я задумалась. Захотят ли эти парни, чтобы кто-нибудь знал о том, что их избил Дисциплинарный Комитет? Если верить слухам, то Хибари курирует и местные больницы, не говоря уже об полицейских участках. Возможно, если я скажу, то только осложню им жизнь, да и себе в придачу. — Девушка, — окрикнул меня телефонный голос. — В чём причина ранения? — Поторопитесь, — бросила я, отключив телефон и швырнув его тому парню, у которого и взяла сотовый. Если надо, сами всё скорой пояснят и покажут. Остальное меня не касается. Свой гражданский долг я выполнила. Поправив лямку сумки на плече, я направилась в свой корпус, но неожиданно остановилась, так как почувствовала, как за мной наблюдают. Нет, это не простой безобидный взгляд, что можно обычно уловить на улице среди прохожих или когда на тебя смотрят в классе. Это ощущение я ни с чем не спутаю. Оно подобно тому, словно несколько мелких ледяных игл разом впиваются тебе в кожу. Причём именно с той стороны, с которой и стоит наблюдающий. Учитывая, сколько раз я себя за последнее время чувствовала жертвой, этот инстинкт стал оттачиваться до уровня мастера. Где? За спиной, это точно, но и как будто сверху. Медленно повернула голову и посмотрела прямо в глаза тому, кто изучал меня. Хибари Кёя. Он всё это видел и, когда осознал, что я его заметила, нахмурил брови. Что он там говорил? Травоядное? То есть не просто тот, кто есть травку, а тот, кто является жертвой, добычей, целью. О, да! Это я! И именно поэтому, сколько бы он не скалил клыки, я буду на шаг впереди. Почему? Это инстинкт самосохранения. Чтобы выжить травоядному нужно думать, просчитывать ходы наперёд и доверять своей интуиции. Иначе… ты и в самом деле забьёшь меня до смерти, не так ли, Кёя? Всё-таки те кошмары, что о нём говорят — правда. Нужно держать уши востро и хвост пистолетом. Не хочу сталкиваться с этим типом. Посмотрев друг на друга ещё несколько секунд, я наконец-то отвернулась первой и побежала в школу. Прозвенел звонок на урок. — Ну и зачем мы здесь, Реборн? — Я хочу, чтобы ты проверилась у одного специалиста. — Врач? Но я не больна. — Это особый врач. Он попытается помочь с твоей ночной бессонницей. — Бесполезно. Я живу так столько, сколько себя помню и никто не мог решить эту проблему. — Он не простой врач. Он доктор мафии. Доктор Шамал. И я ему доверяю. — Доверяешь? — Он помог мне родиться. Именно такой был разговор во время обеденного перерыва, пока мы шли с малышом в сторону медпункта на первом этаже. Реборн вызвал меня по смс и попросил провериться, ведь, как позже выяснилось, он уже успел помочь сегодня Тсуне. Правда, что с ним именно было, никто не говорит, а сам Савада тут же краснеет, машет панически руками и просит забыть об этом. Зашли в медкабинет. Передо мной предстал высокий темноволосый итальянец с небольшой щетиной на лице и пьяным мутным взглядом. На вид ему тридцать пять — сорок лет. Худой и немного сутулый. Не внушает доверия, хотя на плечах и имеется медицинский халат. Особенно я была в шоке от его приветствия, а именно стоило мне сказать своё привычное «Йо», как ладони мужика легли мне на грудь. Более того, прежде чем я успела осознать, что происходит, мужик смущенно покраснел и стал наклоняться в мою сторону, причмокивая губами. Тело среагировало раньше, а именно я схватила его за средние пальцы и, ни о чём не сожалея, стала выгибать в обратную сторону, пока не услышала сладкий хруст на двух руках. Такое поведение было с улыбкой принято Реборном. — Шамал, это Дар, — коротко представил малыш. — Очень… приятно, — выл мужик, отскакивая в сторону и потирая покрасневшие руки. — Может… поцелуйчик? — Так, я на уроки, — повернулась в сторону выхода. — Обойдусь без идиота. — Ну-ну, юная леди, — прозвучал уже уверенный голос. — Я может и выгляжу как идиот, но своё дело знаю. Обернулась и вновь посмотрела на него с неким недоверием. Мужчина предлагал мне присесть на стул для посетителей, чтобы ему было удобнее провести осмотр. Немного помедлив, я всё же решила уступить этому Доктору Шамалу, чтобы раз и навсегда поставить точку в этом деле. Если опять будет распускать руки — свалю. Но нет. Стоило мне сесть на стул, как Шамал тут же изменился в лице и из пьяного развратного идиота появился серьёзный и сосредоточенный мужчина. Он осмотрел мои волосы, зрачки, язык. Взял на анализ кровь из пальца. Я думала, что это займёт какое-то время. Возможно, сутки или же несколько дней, но уже через пятнадцать минут мужчина произнёс, смотря на Реборна: — Я не смогу её излечить. — Пф, я же говорила, — усмехнулась я, вставая со стула. — Почему? — спокойно спросил малыш. — Проблема заключается не в том, что она спит днём, а в том, что она не может спать ночью. И это не болезнь, которую можно излечить. Возможно, раньше и была, но сейчас это часть её самой. Единственное, что я могу, это давать витамины, которые помогут не хотеть спать днём во время учёбы. Да и цвет лица немного… оздоровят. — Витамины? То есть кофе? — поинтересовалась я. — Помогает, но ненадолго. — Кофе вредно для сердца, юная леди, — тоном наставника произнёс Шамал. — Я же предлагаю витамины собственного изобретения. Они помогут тебе не спать восемь часов подряд, но есть побочные эффекты, если ими пользоваться слишком часто и вообще не спать. Выбирай себе какое-нибудь время. Хотя бы на неделе были ровно сутки, которые ты спала. Например, в выходные. Если ты ими увлечёшься, то может произойти конфуз, когда ты вырубишься в самый неподходящий тебе момент. И будешь спать до того момента, пока на улице не стемнеет. — Ну вы даёте! — воскликнула я. — Толку тогда от этих витаминов, если всё будет только хуже? — Решать тебе, — бросил Реборн, запрыгивая мне на плечо и бросая в раскрытые руки стеклянную баночку с таблетками. — Мы только хотели помочь. Если посчитаешь их ненужными — выкинь или попробуй и посмотри, что будет. — Что будет… — смеялась я. — Знаю, что будет. На наркотики меня посадите, и всё, — поставила баночку с белыми круглыми таблетками на стол перед Шамалом. — Я бы никогда не совершил нечто подобного со столь прекрасной девушкой, — улыбался мужик, краснея до ушей. — Кстати, вы сегодня свободны вечерком? — Мне четырнадцать, — напомнила я ему. — Самый лучший возраст для первой любви, — не успокаивался Шамал. — Шамал, советовал бы тебе быть осторожным, так как её мать, твоя знакомая, — усмехнулся Реборн. — Хм? — с непониманием протянул доктор. — У меня много знакомых женщин. Как её зовут-то? — А ты сам подумай, — продолжал усмехаться Реборн. — Серра Дарья её дочь. — С-с-с-серра?! — и вот тут Доктор Шамал побле