В любом случае, и днём, и ночью я продолжала бежать. Бежать от Ромы в неизвестном направлении. В первые два дня я заблудилась и просто блуждала по округе, пытаясь понять, как мне выбраться к тропе, что приведёт меня к городу. Но на третьи сутки местность стала более привычной и знакомой. Узнала, где находится речка с питьевой водой, несколько кустарников с разнообразными ягодами, грибы, хотя и ядовитые, но мне какая разница? В общем, школа выживания в самом разгаре.
Одно сводило с ума и одновременно приводило в чувства — отсутствие шоколада. Ох, это, пожалуй, была самая чудовищная часть тренировок. Я так хотела сладкого, что буквально чувствовала, как мой мозг скукоживается от нехватки сахара. В какой-то момент, у меня возникла навязчивая идея, что в той походной сумке Ромы, обязательно найдётся хотя бы кусочек шоколада. Почему? Не знаю. Но возникла цель — отобрать сумку, что оказалось не такой простой задачей.
Ведь каждый раз, когда Рома меня ловил, то… нет, не убивал меня, но издевался точно. Например, сядет мне на спину и заставляет отжиматься от земли с его весом. А я даже дышать толком не могла, не говоря уже, чтобы подняться хотя бы раз. Или вот ещё был пример, двое суток назад вновь попалась, так этот козёл в наказание заставил меня сесть на полный шпагат и просидеть так час, а то и больше. Сначала я чувствовала долгую, мучительную боль в области мышц и связок, но потом… вообще ничего не чувствовала. Ни мышц, ни ног в целом. Передвигала конечностями чисто на интуитивном уровне.
Пришлось хитрить и создавать ловушки. В этом я не особый мастер. Тем более, что у брата в этой области больше навыков и опыта. Три ловушки подряд он обнаруживал и в момент разрушал, громко насмехаясь над моими попытками. При этом указывал, что будь на его месте самый обычный человек, то, возможно, они бы и сработали, но не против Ромы. Чёрт! Тяжело вести бой, когда твой противник так же умён, да к тому же и опытен. Осознав, что обычными способами его не одолеть, я решила использовать то, что знаю своего противника. А именно: его слабости. Ох, это подло. Я знаю. Но на войне как на войне.
Осознав, что обычные ловушки, в виде петли на земле и небольшой ямы, не помогут, пришлось менять стратегию кардинально. Всё это время я пряталась, убегала, старалась скрыться из виду Ромы, но теперь вышла на самое открытое место. Более того, притворилась спящей. Честно скажу, что спать мне удавалось всего несколько часов в сутки и то урывками. Братец был жесток в этом плане и сам, казалось, совершенно не спал. Да и не ел. Он вообще человек? Ай, ладно… В общем, как и ожидалось Рома меня нашёл. По отработанной схеме, он пытался схватить меня, а потом провести очередной урок экстремальной гимнастики, после которой тело толком не чувствую. Однако в тот самый момент, когда Рома оказался совсем близко, я медленно открываю глаза, приподнимаюсь и с самым невинным видом взираю на парня снизу верх, выдавливаю пару слезинок и мягким голоском произношу:
— Братик, не надо… Мне так больно! — даже немного хныкнула в конце, потирая кулачком один глаз. За такой ход, отдаю отдельное спасибо японской современной литературе, то есть — комиксам. Но я-то человек подкованный, и тут больше года уже живу, а вот Рома…
Ох, результат превзошёл все ожидания. Рома совершенно не ожидал от меня «такого» поведения. Глаза у парня расширились, дыхание сбилось, весь побледнел и вспотел. Более того, задрожали руки и ноги. Он даже отступил на несколько шагов назад, совершенно не зная, как реагировать. Вот тогда-то я и стала действовать. Отыскала верёвку, спрятанную в жухлых осенних листьях, которая по совместительству исполняла роль спускового крючка в ловушке. Дёрнула, что было сил, и с неописуемым наслаждением наблюдала за тем, как моего старшего брата схватывает верёвка за ноги и поднимает вверх, свисая с ветки дерева.
Более того, пока парень всё ещё не успел сориентироваться, хватаю заготовленную заранее дубинку, благо их в лесу предостаточно, и со всей силой и скопленной злостью бью парня в район солнечного сплетения. Я часто видела, как это делает Хибари Кёя. Его излюбленный способ утихомирить противника за несколько ударов. Причём если приложить достаточно усилий, противник может и потерять сознание от болевого шока. И, кажется, Рома, испустив последний кислород, отключился, обмякнув на верёвке. Но я так просто в это не верю. Необходим «контрольный выстрел», поэтому наношу очередной удар в область затылка.
Верёвка не выдерживает и рвётся, сбрасывая парня на землю, как мешок картошки. М-да, хоть материал, из которого сшит гакуран, и прочный, думаю, он не предназначен для того, чтобы из него делали ловушки. Хотя свою основную функцию он исполнил.