— Хэй! Червелло! Выходи по одному! — бросила я тут же в пустоту, делая очередной глоток виски из горла. — Ща я вам накостыляю… Хм? — но ко мне никто не вышел. — Прятки, значит? Окэ-э-эй!
Шатающейся походкой направилась прямо к центральному корпусу. Там как раз в одном из кабинетов горел свет. Хм? Стоп. Это же кабинет Дисциплинарного Комитета. Они что там забыли? Вообще уже совесть потеряли. Ну, я им…
Грозной и шаркающей походкой поднялась на второй этаж. Пару раз чуть с лестницы не свалилась, но это пустяки. Я — Джеки Чан, а у него всегда самые неудачные дубли только в конце показывают. Не ищите логику. Главное — это утешает.
Резко открыла дверь в кабинет, на ходу делая глоток виски. Заметила сидящего за своим столом Хибари Кёю, который работал с документами и был довольно-таки удивлён моему появлению. Однако сам факт того, что это непосторонний, а свой человек, меня безумно обрадовал.
— Хибари-и-и-суа-ан! — протянула я, от чего у парня задергалась левая бровь. — Хэллёу-у… это… я… — попыталась закрыть дверь, но в место этого чуть опять не упала.
— Серра, ты что… пьяна? — в это Кёя просто не мог поверить, поэтому продолжал сидеть за своим столом, сжимая в руках одну из рабочих папок.
— Агась… — счастливо кивнула головой, вновь сделав глоток из горлышка бутылки. — Правда, это у меня впервые, — заметила я. — Но я подумала, если не сегодня… то когда? Вот и… — посмотрела на парня. — А вы всё работаете и работаете… зачем? Завтра всё равно всё будет разрушено. Всё… Всё будет развалено и уничтожено ради каких-то битв. Бессмысленно что-либо чинить и заполнять. Бессмысленно что-то строить. Бессмысленно…
Подошла к столу Главы Комитета и одним большим взмахом смела руками всё на пол. Абсолютно всё. Даже настольную лампу. Документы белоснежным дождём разбросались по всему кабинету, не оставляя ни одного места на полу, где бы не лежал бумажный лист. Самое интересное, что в этот момент у Кёи не дрогнул ни один мускул. Он словно окаменел. Просто сидел на своем стуле и следил за моими действиями. А мне в свою очередь было на всё плевать.
Взобралась на стол Хибари, усевшись так, чтобы своими ногами упиралась в подлокотники стула парня. Это напомнило ту самую ситуацию, когда он сел передо мной точно также около года назад в торгово-развлекательном центре. Вот только ситуация совсем не такая же. Посмотрела в его серые глаза. Почему-то сейчас в них читалось спокойствие. Не злость, не ярость, не угроза, а именно спокойствие и смирение… Сделала очередной глоток алкоголя, чувствуя, как он выжигает всё у меня во рту.
— Серра, что ты хочешь? — неожиданно подал голос Кёя.
— Что я хочу? — засмеялась. — А разве не ясно, Хибари? — поняла, что убрала приставку «сан», но мне было как-то всё равно. — Я хочу свободы. Хочу, чтобы мне вернули «мою» жизнь. Хочу опять приходить в школу, учиться, работать в Дисциплинарном Комитете. Мне… мне здесь нравится! Мне нравится эта спокойная жизнь. Нравится уверенность в том, что будет завтра и послезавтра… Нравится стабильность… Я… — почему-то по глазам потекли слёзы, хотя не совсем понимаю, почему, я ведь улыбаюсь, верно? А когда люди улыбаются, они не должны плакать. — Я так устала от этого… Так устала бояться… Почему? Почему меня все хотят убить? Что им от меня нужно? Мои мозги? Чёрт… — вновь усмехнулась. Я смеялась, но слёзы не прекращали идти. Пришлось периодически вытирать их рукавом и заглушать некое чувство отчаяния в груди спиртным. — Всем нужны мои мозги, Хибари. Всем, без исключения… Даже ты оставил меня в своём Комитете по двум причинам: первая — это возможность сразиться с Реборном, вторая — это мои умственные способности. Будешь отрицать?
Кёя молчал. Ничего не говорил и не делал. Просто смотрел на меня из-под своей густой чёрной челки с каменным, слегка отстраненным выражением лица. Ему всё равно? Возможно и так. Но тот фонтан, что уже вырвался наружу, мне не остановить.
— По правде сказать, идея согласиться на предложение Занзаса так заманчива… — глоток из бутылки. — Вот только я знаю, что будет дальше. Они ждут от меня гениальных идей. Но я же человек. Ошибусь раз — меня не убьют, а отрежут какую-то часть тела. Чтобы в следующий раз знала, что советую. Ошибусь ещё раз, вновь что-нибудь отрежут. Им не надо, чтобы я ходила или что-то делала руками. Им главное это то, чтобы я думала и говорила. Для этого руки и ноги не нужны. И это я делаю вывод по тому, как он относится к своим подчиненным. «Мусор». Эх… — сделала довольно большой глоток виски. — Вот и судьба у меня быть женой одного из Боссов мафиози. Хотя я в судьбу не верю, но факты есть факты. М-да… А я ведь ни разу ещё даже не целовалась, — посмотрела на Кёю и наклонилась в его сторону. — Эй, Хибари, можно я тебя поцелую? Пускай женой стану другого, но хотя бы первый поцелуй будет с тем, кто мне хотя бы нравится. Ты мне нравишься. Так, можно?