— Рядом с тобой пакет с одеждой, — Кёя, как обычно, был спокоен и холоден. Воплощение айсберга. — После еды наденешь.
— Вы купили мне одежду? — удивилась я, хотя прекрасно понимала, что не в халате же пойду потом в школу. Но единственное, на что смела надеяться, это то, что Кёя одолжит свою одежду, хотя он, кажется, очень щепетилен в этом отношении. И, вероятно, брезглив.
— Покупал не я, — коротко отозвался парень, не поворачиваясь в мою сторону. — Послал одного из своих людей в магазин, дав приблизительные предпочтения и пропорции.
— О как! — теперь мне стало даже любопытно.
Вот будет забавно, если там окажется какой-нибудь костюмчик в стиле секс-шопа. Тогда думаю, дар речи потеряю не только я, но и сам Кёя. А после и тот, кто решился на такую покупку. Уж Хибари об этом позаботится. Хотя, возможно, Кёя уже успел посмотреть на покупку и одобрил её.
Приоткрыла бумажный нежно-голубой пакет, заглядывая внутрь. Хм? Форма? Нет, не совсем. Эта одежда очень похожа на форму Дисциплинарного Комитета, что я обычно ношу в школу. Чёрные брюки, белоснежная рубашка, красный галстук… Вот только вместо стандартного чёрного гакурана, женский чёрный пиджак. Более того, даже имелись лакированные блестящие ботинки моего размера, и… нижнее бельё. Причём то, что я обычно предпочитаю. Значит, всё-таки в чём-то я была права. Но откуда он знает? Ах, точно… Как-то раз оставался у меня дома, в тот день, когда были травмированы мои глаза. Уж не думала, что парень всё запомнит. Забавно.
Если подумать, то я сейчас сижу у него дома, рядом с ним на кухне в одном халате, без нижнего белья. Чёрт, и почему у меня эта мысль вызывает смех? Наверное, потому, что я уверена, что Кёя ничего мне не сделает. Особенно после вчерашнего. Но и ещё по одной причине. Давайте глянем в лицо реальности. Я не красотка. И тело у меня далеко от идеала. Как по мне, оно худое, костлявое, тощее, без нужных женственных изгибов и форм. Действительно, без жалости на меня не глянешь. Но что поделать? Такой уж я уродилась.
Хотя родители и Рома заверяют, что я пошла телосложением в маму. Знаю, что её в детстве вообще Васей называли. Уж очень она была похожа на мальчика. И меня, значит, такая же участь ждёт? Вот только после шестнадцати мама стала расти как на дрожжах и превратилась в этакую красотку, но я что-то сомневаюсь, что меня ждёт такая же судьба. Мне скоро шестнадцать, но вот тело… как было костлявым и угловатым, таким и осталось.
Передо мной появилась тарелка с каким-то незнакомым мне супом, с плавающими в нём моллюсками. Запахло морем и специями.
— Ешь, — приказал Кёя, после чего также сел за стол и принялся за свою еду.
Стоп. Суп с моллюсками? А не его ли готовят в Японии как средство от похмелья? Я, конечно, в этом не спец, но мне душа вполне хватило. Голова немного шумит, да и в теле некое томление и усталость, но это естественное моё состояние. Особенно в последнее время. И всё же спорить с Хибари на этот счёт? Не-е-е… не то настроение.
Зачерпнула бульона и погрузила его в рот.
— Ох, чёрт! — ну, естественно. Все люди как люди, а я так погрузилась в свои мысли, что совсем не обратила внимания, что суп-то горячий. Теперь язык ошпарила. Молодец, Дар! Высший пилотаж!
Я думала, что Кёя сейчас усмехнётся и отметит, насколько я нелепо себя повела. Но нет. К моему удивлению, парень просто встал со стула, подошёл к холодильнику, достал оттуда небольшую бутылку холодной минеральной воды и передал её мне, также поставив на стол. Опять странный жест. Что это? Забота? Ни слова не произнёс. Более того, даже сейчас тупо смотрит в свою тарелку и молчит. Телевизор выключен. Эх, эта тишина давит на нервы. А почему бы не воспользоваться ситуацией? А что я теряю? Пф! Всё страшное, что может со мной произойти, ожидается в одиннадцать часов вечера. Пан или пропал.
— Знаете, Хибари-сан, — начала я, сделав несколько глотков из бутылки и с наслаждением заметив, что от прохлады боль с языка потихоньку сходит. — Это несколько нечестно.
— О чём ты? — спросил парень, насторожено переведя на меня свой грозный взгляд.
— Вы обо мне знаете практически всё, что только можно, — заметила, подперев подбородок рукой. — По сути, я для вас как раскрытая книга. Но о себе вы ничего не говорите. Хотя я задавала множество вопросов.
— И этим раздражала, — бросил гневно парень, вновь вернувшись к супу.
— Ой, да ладно! — вздохнула я, чувствуя некую обиду. — Дайте мне задать вам несколько вопросов. Возможно, это мой последний шанс! — стальные глаза с яростью уставились на меня, вот только на этот раз не из-за раздражения, а из-за какой-то внутренней злобы. Ему мои слова не понравились. Но на это я лишь ответила расслабленной и слегка ленивой улыбкой.