, да? — улыбнулся Такеши. — Да! — отозвался Хаято. — Давайте все выложимся! — А… ну… да, давайте сделаем это, — кивнул Савада, приближаясь к нам. Но на секунду Рёхей обернулся в сторону Хром и Кёи, что стояли слегка в стороне. — Вы, ребята, можете просто остаться там, где находитесь, окей? — парень был спокоен и даже не кричал. Чего это с боксёром? Такой снисходительный. — Мы ввели десятиметровое правило, так что вы тоже в круге! — все посмотрели на Рёхея с неким непониманием. Десятиметровое правило? Впервые слышу. Что это вообще такое? Может, его ввели, когда меня не было? — Это правило — граница, все в радиусе десяти метров включаются в объединённый круг. — И что это за ерунда? — фыркнул Хаято. — Чем бы дитя не тешилось… — устало вздохнула я, обхватывая руками плечи стоящих рядом Гокудеру и Ямамото. Если Сасагаве так проще, то почему бы и нет? Хоть он и уступил принципам этих двоих, всё равно, косвенно, настоял на своём. Не зря этот парень занимает пост Главы Боксёрского клуба. Видно, что умеет находит общий язык с упрямцами. Не удивлюсь, если в будущем ещё лучшим другом Кёи станет. Чисто из принципа. Ха! — САВАДА, ВПЕРЁД!!! О-О-ОХ!!! — прокричали мы, после чего направились по указанным на браслетах местам. — Окей, — улыбнулся напоследок своему Боссу Хаято. — Увидимся позже. — Будьте осторожны, Босс, — пожелала искренне Хром. — Удачи! — крикнул бодро Рёхей. — Будь сильным, а о нас не беспокойся, — улыбнулась я. — Но не будь безрассудным, ладно? — добавил Ямамото. Единственные, кто промолчал, были Ламбо и Кёя. Ламбо, потому что спал, а Кёя, потому что… да потому, что он Кёя. Разве нужны ещё какие-либо причины? Тем более, Тсуне и этого оказалось вполне достаточно. Уверена, что он так просто не сдастся. Это не заметишь невооруженным глазом, но парень стал сильнее. Намного сильнее. Реборн не проводил с ним время просто так. Каждый день он тренировал мальчишку, и теперь… время показать, чего стоят его тренировки. Посмотрела на экран браслета. Хм… Мне сказано прийти к входу центрального корпуса. Как раз рядом с тем местом, где я проводила свой бой. К моему приходу там уже стояла Эдда. На девушке больше не было кандалов, но ярость в её глазах никуда не исчезла. Мне казалось, что она тут же кинется мне на шею, но нет. Она спокойна. Контролирует себя. Достала из кармана чёрных кожаных брюк длинную пластину жевательной резинки, кинула её в рот и с раздражительным чавканьем стала надувать пузыри, хлопая их. Девушка даже не смотрела в мою сторону. Выжидала сигнала или чего-то подобного. Всё её тело напряглось. Её можно было сравнить разве что с кошкой, в тот самый момент, перед прыжком. Однако, интерес вызывало и кое-что ещё. Перед самым крыльцом центрального корпуса был установлен трёхногий высокий столб с небольшой плоскостью на самой вершине. Там что-то лежало, но из-за расстояния я не могу понять, что именно. Высотой он был приблизительно в три этажа. Нам что, залезать на неё придётся? — Что это за столб? — послышался голос Рёхея из динамиков браслета. Хм, так мы ещё и слышим друг друга? Вот это поворот. — Мы установили столб на каждом поле битвы, — ответили Червелло также через динамики устройства. — На каждом столбе лежит кольцо одного типа, которое соответствует своим Хранителям. — Что? — этот голос принадлежал Хаято. — Только не говорите мне, что нас ожидают снова смешанные битвы?.. — Ши-ши-ши, другими словами… — теория Бела подтверждается. — Мы тоже будем сражаться? — Вы свободны в своих действиях, — ответили Червелло. — Ха! Слышала, Представитель? — смеялась Эдда. — Кажется, для нас заказан ещё один танец! — Тц! — только и смогла произнести я, понимая, что так просто от неё не отделаюсь. На ней до сих пор имелись раны предыдущей нашей битвы. Если я поправилась благодаря Шамалу, то она, видно, зализывала свои раны в одиночестве. А если судить, что она была в кандалах, то предприняла попытку убежать, вот только Занзас её поймал. На ладонях имелись наложенные плотно бинты. Я хорошо помню, как проткнула её руки, тем самым обездвижив. Такого девушка мне не простит. Она хочет убить меня, как и раньше. Единственное, что изменилось, это то, что меня признали. Признали как серьёзного противника, но не более. — Да, — вновь подала голос Червелло. — Вы свободны в своих действиях. Только… — неожиданно браслет подал странный механический писк. — Если будете способны. — Что? — не понимала я, после чего почувствовала, как руку словно ужалила оса. Это было резко и едва уловимо, но ощутимо. Боль огненной лавиной потекла по моим венам. Поднималась все ближе к плечу, а от плеча распространялась уже по всему телу. В тело впрыснут яд. Более того, с каждым ударом сердца кровь распространялась по организму, принося безумную боль. Дышать стало невозможно. Голова закружилась, ноги и руки ослабели, из-за чего я и Эдда одновременно рухнули на землю. — Что… за дьявол? — ругалась девушка. — Что… яд?! Меня тут же бросило в жар. Горячо… как горячо… словно кто-то влил мне в вены расплавленный металл, и теперь он выжигает все мои внутренние органы. Как же плохо!.. Стало жарко. Перед глазами всё поплыло, а со лба градом скатывался пот. Краем уха слышу голоса остальных Хранителей. Они ничего толкового не говорили, но по их вскрикам поняла, что каждый также поражён ядом. Но почему я? У меня же… иммунитет, верно? Что происходит? — Что это было? — кричал Тсуна, в голосе которого чувствовалась паника. — Только что все Хранители были поражены ядом, введённым из их браслетов, — спокойно пояснила Червелло. — Этот яд называется «Смертельным Удавом». После введения он парализует нервы жертвы. Даже просто стоять будет тяжело. После жгучая боль распространяется по телу, постепенно увеличиваясь. Но спустя тридцать минут… жертва умрёт. Однако, учитывая способности Серра Дарьи и её выработанную невосприимчивость к ядам, мы были вынуждены увеличить дозу яда в десять раз. Таким образом, время у Хранителя Луны со стороны Савады Тсунаёши сокращается вдвое. Хоть у неё и выработан иммунитет, против такого никто не может устоять. Через пятнадцать минут она умрёт. — Дерьмо… — выдохнула я с негромким кашлем и смехом. Вот уж такой подставы не ожидала. Зараза! Хоть у меня и иммунитет к обычному яду, но это не значит, что я ничего не чувствую, сволочи! А теперь прохожу через этот Ад в десять раз лучше остальных. Отлично! Губы пересохли… Хочу пить. Хотя бы глоток воды. В глазах одна сплошная чернота. Только слух более-менее не подводит. — ЧТО ЭТО ЗНАЧИТ?! — Тсуна был в панике и в бешенстве одновременно. — Предполагалась Небесная Битва! Почему остальные вовлечены в это? Это неправильно!!! — Потому, что Небо — предназначение Босса, — пояснила Червелло. — Солнце, Гроза, Ураган, Дождь, Луна, Туман, Облако — оно влияет на всех них. Понимать и принимать всех их — это и есть предназначение Неба. В данной битве жизни Хранителей переданы в руки их Босса. Такова суть истинной Небесной Битвы. Единственный способ прекратить распространения яда — поместить соответствующее кольцо в браслет Хранителя. Как только кольцо будет вставлено в разъём, активируется механизм, вводящий антидот, хранившийся в браслете. Что? Так значит… противоядие тоже тут? Хм… это меняет положение. Нужно только попытаться вскрыть браслет. Но как? Чёрт, я даже пальцем пошевелить не могу. Тело такое тяжёлое, а голова… Такое чувство, словно мой мозг варится сам в себе. Если я не умру через пятнадцать минут, то точно сойду с ума. Голоса ещё звучали из динамика, но я уже не в состоянии их различить. Просто не в состоянии. Ничего не понимаю. Мысли подобны переваренной манной каше — осталось только выбросить. Единственное, о чём я могу думать, это о воде. Прохладной свежей воде. Мне так хотелось пить. Пить, хотя бы чуть-чуть! Стала видеть странные образы. Галлюцинация? Да. Это она. Я видела, что лежу на песке перед морем. На улице день, а мой брат Рома подносит мне только что купленное свежее шоколадное мороженое. Оно подтаивает, и тёмная капля медленно скатывается по вафельному рожку. Рома смеётся, предлагая мне мороженое. Оно кажется мне этаким золотым Граалем. Протягиваю руку, надкусываю, но, в итоге, кажется, что грызу сухой горячий песок. Становится ещё хуже. Море исчезает, и теперь я одна посреди пустыни. Солнце безжалостно испепеляет меня. Даже пот высыхает под таким пеплом. Но потом я вернулась в школу. Кашель сотрясал моё тело. Не могла точно понять, мне холодно или жарко? Потела так, словно находилась под дождём, но эта дрожь… Я лежала на спине и смотрела на чёрное небо, на котором периодически вспыхивали ярко-оранжевые огоньки. Хм? Что это? Похоже, бой между Тсуной и Занзасом уже начался. — Почему ты лежишь и ничего не делаешь? — позвучал голос сбоку. Посмотрела на его источник. Рядом на земле сидел Рома и с улыбкой махал мне. — Привет, сестрёнка! — что он тут делает? А он вообще тут? — Верно, я лишь плод твоего воображения. Твоё тело в шоке, и, чтобы спастись, подсознание посылает то, что, как оно думает, поможет в такую минуту. Иными словами, я лишь крик о помощи к тебе самой. Так вот я и спрашиваю, почему ты не борешься? Давай! Вставай и делай что-нибудь! Что? О чём он? Я и пальцем пошевелить не могу. Ему легко говорить, но… мне так хочется пить. Пожалуйста, дайте хотя бы один глоток воды! — Дар, соберись! — настаивал брат. — Я тебя не этому учил! Выживай! Цепляйся за малейшие выступы! Кусай, царапайся, толкай, пинайс