сто наконец-то прекратилось. — Говори, — повторил Кёя, слегка встряхнув мою голову, чтобы я не засыпала. Осмотрела Хибари и заметила на его руке Кольцо Облака. Он достал его. Надо же! Разбираться с устройством браслета, содержимое которого я и сама не видела, для Кёи будет трудно. А для меня объяснять в таком положении — невозможно. Но тут в голову пришла другая мысль. Она может сработать. И Хибари справится. Во всяком случае, должен. — Подключите… сотовый телефон… к своему браслету… — каждое слово давалось с огромным трудом. Мысли то и дело уплывали в сторону. Я пыталась сконцентрироваться, но… как же это трудно! Я так хочу спать… хотя бы пять минут. — Что? — не понял Кёя. — К моему? Ты имела ввиду к твоему. — Нет… — время. Последние секунды ценнее любого золота на свете. Странно, но Хибари не спорил. Быстро и ловко отыскал нужный USB-вход на двух электронных устройствах, использовал провод, который притащила с собой, и вошёл в специальную программу своего браслета. Вот только там был лишь синий экран и длинный код, который так просто не изменить и не выучить, если ты не программист. — Что дальше? — голос всё также холоден. Он словно хирург, проводящий сложнейшую операцию. Никакой паники. Только точность и скорость рук. — Скопируйте… код, — мой голос становился всё тише и тише. — Скопируйте… на свой телефон. После… — бороться со сном стало практически невозможным. Я вновь и вновь проваливалась в чёрную, плотную и густую бездну. Это и есть Смерть? — Подключите телефон… к моему браслету. Перепишите… код… — язык заплетался. Я даже не уверена, понимает ли он меня. — Замените его… на свой… Кольцо… используйте своё кольцо… Кажется, я успела рассказать, что ещё нужно сделать до того, как окончательно потеряла сознание. А может и умерла вовсе. Единственное, что я помню, это как Кёя звал меня. Отдалённо. Словно через огромную толщу воды. Но вот в чём фокус, как только я оказалась в этой темноте, мне стало так хорошо. Прохлада и покой. А самое главное — никакой боли. Совершенно никакой боли. Я растеклась в той темноте, и мне не было страшно. Ни боли, ни страха, ни сожалений… просто покой. Вот она какая… Смерть. Просто засыпаешь вечным сном, и всё. Неожиданно появилась резкая вспышка света. Причём эта вспышка исходила из меня самой. Из груди. Но лишь на кратчайшее мгновение. Я думала, что на этом всё, но вспышка повторилась. А после ещё и ещё… В итоге, света стало так много, что окружившая тьма расступилась, и я… открыла резко глаза, жадно глотая воздух и кашляя. — Что… что… что… — дышала я, приходя в себя. Ничего не понимала. Просто сидела и смотрела на свои ноги, пытаясь собраться с мыслями. Грудная клетка болела так, словно по ней били кувалдой. — Что… Наконец-то отдышалась и осмотрелась. Ночное небо до сих пор вспыхивало ярко-оранжевым пламенем. Битва… Да, теперь я вспоминаю. Рядом сидел Хибари и растирал мою левую руку так, чтобы кровь по ней текла быстрее. На браслете горела зелёная лампочка, говорившая о том, что антидот введён в тело. То есть, он всё же смог? Он понял, что я хочу от него? В сущности, всё просто: скопировать написанный код программе на устройстве Хибари, вставить его в мой браслет и использовать Кольцо Облака для активации антидота. В итоге, всё выглядит так, будто мне нужно было Кольцо Облака, а не Луны. Хитрость, но сработало. — Эм… — произнесла я, после чего прокашлялась. Голос как у прокуренного старика. — А почему… рёбра так болят? — Искусственный массаж сердца всегда болезненный, — коротко отозвался Кёя. — А, ясно, — кивнула, понимая, что только что этот парень меня с того света вернул. В прямом и переносном смысле. Вот только без последствий это не прошло. Нет, я не о возвращении с того света, а о введении яда в десятикратном размере и противоядия. В нормальных дозах это, наверное, спокойно можно перенести. Наглядный пример — Хибари Кёя. Но вот когда дозу увеличивают… на мозг действует кардинально. Я и до этого видела галлюцинации, но теперь всё переросло в самый настоящий бред, причём прекрасно это осознаю. Как именно? Да всё просто. Например, сейчас над головой Хибари Кёи летало как минимум шесть Хибердов, и все в голос кричали: «Хибари! Хибари! Хибари!», словно в мультиках. У меня вырвался хохот, который я тут же постаралась унять, обхватив ладонями рот, вот только он продолжал вырываться в виде громкого хрюканья. Кёя нахмурился и бросил на меня угрожающий и предостерегающий взгляд. Явно не такой он реакции ожидал, спасая чью-то жизнь. И, чёрт возьми, я его понимаю! Но мой мозг, пережив самую жуткую агонию в его жизни, теперь, получив противоядие, испытывает своего рода эйфорию, словно после наркотика. Он счастлив и демонстрирует это своеобразными видениями в виде галлюцинаций. Уверена, это временный эффект, но… его всё же придётся пережить. — Простите, — бросила я, тут же посмотрев на Кёю. — Хибари-сан, вы должны знать, из-за повышенной дозировки яда и противоядия, я сейчас вижу галлюцинации. Не знаю, сколько это продлится, и как сильно меня накроет, но прошу… Ха-ха-ха-ха!!! — вырвалось у меня после того, как Хиберды, парящие над головой Кёи, синхронно подняли крылья и одну нижнюю лапку вверх, кружа уже не только вокруг головы парня, но и вокруг собственной оси. Этакий элемент русского балета. И это притом, что я слышала музыку, под которую они танцевали. «Танец Белых Лебедей» — Чайковский! О, небеса! Это прекрасно! Я не могла остановиться. Смех вновь и вновь сковывал моё тело. Слёзы ручьём потекли из моих глаз. Хотела извиниться, пояснить ситуацию, ведь логически я понимаю, что со мной, но… не могла. Даже дышать не получалось нормально из-за хохота. — Ясно, — неожиданно спокойно отозвался Хибари. — Вставай, — он обхватил меня за плечи и помог подняться на ноги, которые еле меня держали. Это было так странно… Парень и сам с трудом стоит. Его раны глубокие. Кровь не останавливается, а ещё и я повисла тяжёлым грузом. — Хи-хи-хи… Хибари! Пфха-ха-ха! Кровь! Р… ха-ха-ха… Раны! — говорить не удавалась, но постаралась указать на предмет моего беспокойства рукой. М-да… никогда над его ранами так откровенно ещё не смеялись. Но он меня понял. Использовал ткань собственной рубашки и перевязал окровавленные места. При этом сначала отказывался от моей хихикающей помощи, но потом сам попросил затянуть потуже, так как ему было просто неудобно делать это самому. Далее, обхватив друг друга за пояс, придерживали и помогали не упасть, направились в сторону корпуса «В», где в своё время вёл битву Ямамото. Тем временем музыка Хибердов сменилась, и теперь они танцевали «канкан» под соответствующую мелодию. Никогда я так не смеялась. Аж до икоты. Просто видеть, как эти пернатые обхватили крыльями друг друга, и синхронно поднимают то одну, то другую лапку, было убийственным. Я даже подумывала попросить Хибари сводить меня в туалет. Сил больше не было смеяться. — Что ж… — неожиданно произнёс Кёя, после очередного моего хохота, который пыталась подавить всеми силами. — Хоть кто-то сегодня смеётся. В любом случае, единственные, кто не будет после смеяться, это то сборище травоядных. — Травоядные… — хихикала я, немного дрожа и спотыкаясь. — Я травоядное… хи-хи… — Нет, — оборвал Кёя. — Ты не травоядное. — А кто? — хохот удалось подавить, но лишь в том случае, если я смотрю себе под ноги, а не на Хибари. — Хищник? — И до хищника тебе далеко, — ответил он. — Сам не знаю, что ты. Внешность и сила кролика, дух и воля тигра… Надо же! Он так спокойно это говорит. Может, потому, что думает, что ничего не запомню? Да, нечто подобное со мной уже случалось, и, в итоге, я многие вещи забыла. Хотя, он только что спас меня. Снова. А это сближает лучше, чем любое мирное время, проведённое вместе. — Хи-хи-хи, — вновь заулыбалась. — Я… знаю, кто я. Хи-хи-хи… — И кто же? — спросил Хибари. — Саблезубый Кролик, — хихиканье усилилось. — Подвид редкий, дикий, отличается умом и сообразительностью. Питается шоколадом. Хи-хи-хи! — Саблезубый Кролик… — Кёя хмыкнул, но больше ничего по этому поводу не сказал. Мы вошли в здание корпуса, которое со времён битвы Такеши со Скуало мало чем изменилось. Разве что вода исчезла. В центре огромного полуразрушенного зала на первом этаже стоял точно такой же трёхногий столб, а около него Такеши в бессознательном состоянии. Кёя прислонил меня к стенке, чтобы не упала, а сам направился в сторону столба, намереваясь разрушить его. Всё это время я усиленно старалась не хихикать. Зажимала рот рукой, отвлекалась на что угодно, но всё без толку. Галлюцинации преследовали меня повсюду. Видела бегущего за страусом нарисованного койота. Причём птица вечно выкрикивала своё: «Бип-бип!». Словно в мультик попала. Койот бежал-бежал, а потом свалился со второго этажа мордой в бетон. Причём оставил после себя дырку в форме собственного тела. Смотрела в окно на небо, в надежде отвлечься, но в место этого видела сражающихся там Тсуну и Занзаса. Причём мой мозг и тут постарался. Мне виделись ангелы с огромными огненными крыльями. Я понимала, этого не может быть. Это нереально. Это… что угодно, но не то, что я вижу. Крылья? Откуда? Ну, у Тсуны ещё ладно, но Занзас? Ой, да ладно… Наконец-то Такеши был вылечен. Он быстро пришёл в себя, улыбаясь и благодаря Кёю за помощь. — Уф! Еле успел! — радовался бейсболист. — Спасибо! Ты спас меня. — Ты нарушил бы дисциплину, если бы умер на территории школы, — бросил через плечо Хибари,