— Но это только два голоса, — фыркнул Педро. — Большинство всё равно на нашей стороне.
— Бовино Торо, — неожиданно раздалось с другого конца зала. И я замерла. Бовино Торо тут? Неужели? Что же он выберет, ведь Ламбо из-за действий Занзаса очень сильно пострадал. Высокий тёмноволосый мужчина был спокоен, а волосы, скрученные в заострённые рога, придавали ему образ этакого дьявола.
— Бовино?! — спросил кто-то из толпы. — Что это за семья? В первый раз слышу о ней.
— Наверное, молодая и совсем маленькая семья, — ответил кто-то другой. — К ней не стоит относиться серьёзно.
— Но его голос имеет силу, — парировал третий. — Не значит ли это, что он занимает высокий пост?
— Мой преемник Ламбо, — начал Торо, решая ответить на интересующие вопросы, — является Хранителем Грозы для Десятого Босса Вонголы, — толпа словно дар речи потеряла. Такого поворота мало кто ожидал. — Также мы являемся официальными союзниками и друзьями Представителя семьи Серра, Дарьи, — теперь люди были раздражены. — Отталкиваясь от всего изложенного, мы полностью солидарны с мнением госпожи Серра и голосуем за помилование.
Это было удивительно, но мы продвигаемся. Есть шанс! Есть! Или это всё? Осталось всего два голоса. Люди напряжены. Да что там… я сама на пределе крика. Хочу завопить в голос и сбежать из этого дурдома, так как в какой-то мере уже не верю, что, в принципе, отсюда выберусь. Но нет… мы продолжаем.
К центру вышел некий тёмноволосый высокий мужчина с пышными усами, слегка скрученными к верху. Тёмный костюм и лёгкая усталость в глазах. Хм… Видно, он уже давно тут, от того так вымотан. Наши взгляды встретились. Мне показалось или он как-то чересчур долго меня разглядывал? Причём с неким сожалением и… виной? Не понимаю. Кто это? Он смотрит так, словно мы знакомы.
— Сальваторе Франко, — представился мужчина негромким голосом. — Голосую за помилование, — вот и всё. Никаких пояснений. Только кто и что. Так… просто.
— Кто он такой? — вырвался у меня шёпот, после того, как мужчина вновь исчез в тени.
— Разве ты не знаешь? — так же шёпотом спросил папа, что стоял рядом со мной. — Это отец одного из Хранителей, — с непониманием посмотрела на родителя. — Отец Гокудеры Хаято.
— А? — удивилась я, совершенно запутываясь в данном вопросе. Нет, я знала, что фамилия «Гокудера» принадлежит его матери, но о своём отце Хаято мало что говорил. Если вообще говорил. А Бьянки свою фамилию просто не произносила. Так это был их отец? И он поддержал нас? Это… это несколько неожиданно.
Ладно… Поблагодарю отца Хаято позже, если появится такой шанс. Сейчас… Важен счёт. Четыре голоса, против четырёх. Последний голос решит всё. К свету вышел пожилой мужчина с густой седой бородой и небольшими очками на лице. Папа напрягся.
— Это плохо, — прошептал он. — Я знаю его.
— Знаешь лично? — переспросила я. — В таком случае, может, встретишься с ним? Или хотя бы помашешь рукой в знак приветствия?
— Э-э-эм… — протянул мужчина, нервно рассмеявшись. — Не уверен, что это хорошая идея, милая. Так получилось, что твой папочка в прошлом разорил его, играя в покер.
— Ну, так намекни, что ты вернёшь ему часть состояния, — злобно бросила я.
— Не получится, — шлёпнул губами, вызывая лёгкий звонкий хлопок. — Я жульничал и… в итоге, он это понял.
— ЧТО?! — меня бросило в жар. — Папа, ты… Ты!.. Чёрт! — обхватила ладонями лицо, вытирая скопившийся пот. — Теперь понимаю, почему ты получил прозвище «Хитрый Лис».
— Но это было так забавно! — усмехнулся мужчина. — Я не смог отказаться от такого удовольствия. Обвёл вокруг пальца, словно детей, ха-ха-ха!
— А теперь мы находимся в совершенно иных условиях, — фыркнула я, чувствуя, как голова начинает гудеть. Знакомый отца как раз представился. — Ну, что? Забавно? — бросила на папу злобный взгляд.
— Ох, ты сейчас так на свою маму похожа, ха-ха-ха!
Вот так всегда! Стоит осознать, что папа в чём-то виноват, он ведёт себя как дурак. Именно эту черту ухватил Рома. Видно, в нашей семье поведение мужчин одинаково. Особенно в подобных ситуациях. Но неожиданно лицо отца стало серьёзным, а брови нахмурились. Взгляд золотистых глаз был устремлён на последнего голосующего.
— Что-то не так… — произнёс папа. — Это… это… не он…
С непониманием посмотрела на пожилого мужчину, который должен был решить итог суда. Он выглядел… как-то странно. Если минутой ранее это был вполне солидный мужчина, пожилого возраста, то теперь… Этот человек запрыгнул на перила, запрокинув ногу на ногу, свесил их вниз и, осматривая всех окружающих, тихо посмеивался. Все эти жесты и мимика… что-то мне безумно напоминало. Что-то опасное, диковатое, необузданное и бредовое… что-то, от чего хотелось и кричать, и смеяться одновременно. Что-то…