Я устала гадать и пытаться его понять. И так хожу целыми днями с этими ушками, над которыми каждый второй школьник смеётся. Даже учителя хихикают, приговаривая «каваи». Эх, это так утомительно… Вначале я смущалась и старалась держаться от ребят особняком. Слишком много внимания, к которому не привыкла. Но потом… расслабилась, махнула на это рукой и даже принялась фотографироваться со всеми желающими, если они того просили. Стала возвращаться в свой первостепенный режим пофигиста. Особую активность проявляли парни, предлагая всё новые и новые позы. То обними их, то обхвати за шею, то прижмись так, чтобы выглядело так, словно мы парочка. Иногда за этим наблюдал Кёя, но ничего не говорил. Во-первых, был обеденный перерыв, во-вторых, это всего лишь фотография, в-третьих, какого чёрта он будет мне указывать где, как и с кем фотографироваться?! Мы даже не друзья! Сам это сказал.
Правда, после того, как он замечал меня во время фото-сессии, нагромождал таким количеством работы, что я даже выйти из кабинета не могла, не говоря уже о прогулке по школе. Эх… Да что с ним?! Нет, были моменты, когда мы разговаривали нормально, и мне даже казалось, что парень наконец-то остыл. Тогда я сидела в кабинете и заполняла небольшую анкету, которую раздали учителя всем старшеклассникам. В принципе, эта стандартная анкета, которую ученики выпускающего года заполняют чуть ли не каждый месяц. Там спрашивали о наших вкусах, желаниях, а так же куда мы хотим дальше поступать.
Как ни посмотри, а я в выпускающемся классе. Нужно подумать о том, куда подавать документы дальше. Тсуна тут будет ещё целый год, а у меня есть возможность закончить учёбу раньше и начать помогать ему с более профессиональной точки зрения. У Хибари была такая же анкета, но что он в ней написал, не знаю. Зато поинтересовался, что заполнено в моей. Тогда-то я и подумала, что наконец-то лёд тронулся, ну и рассказала правду. Сказала, что хочу поступить в какой-нибудь колледж или университет, в котором будут обучать робототехнике и программированию. Мне это нравится. А что касается трёх классов старшей школы, то их пропустить. Тем более я нашла несколько университетов с соседнего города, где я смогу спокойно проделать то, что задумала. Нужно лишь сдать вступительные экзамены.
Знаете, что сказал на это Хибари? А ничего! Просто развернулся и сел обратно за свой стол. Словно этого разговора и не было. Ни поддержки, ни нравоучений — ничего! Однако после этого, он вновь стал вечно всем недовольным. Заставил Хиберда всюду преследовать меня. В прямом смысле. Просто посадил мне его на голову и сказал: «Будь тут». В итоге, куда бы я не шла, этот пернатый кружил рядом, напевая гимн Средней школы Намимори. Но это лучше, чем выслушивать замечания со стороны Кёи. В какой-то момент мне это всё надоело, и я решила вернуться на уроки. Вроде, и не прогуливаю, но и присутствие этого деспота просто невыносимо. И главное спрашиваю его напрямую: «Хибари-сан, что не так? Просто скажите, и я постараюсь исправить», но, в итоге, выходит, что придирки мелкие и незначительные, но их так много, что даже дышать становится невыносимо. Папки разложены не в алфавитном порядке. Документы неаккуратно разбросаны на моём столе, и, вообще, там бардак. Воротник моей рубашки вечно помят, а галстук висит криво. Шнурки торчат, и так далее.
С этими его придирками, я то и дело ловила себя на мысли, что хочу снять с себя этот красный галстук и завязать его на шее парня. Причём так туго, чтобы он больше никогда и ничего не сказал в мою сторону. Но нет, в итоге, я просто улыбалась и обещала исправиться. В общем, свалила на уроки.
И это, не смотря на то, что начались самые мои нелюбимые занятия — физкультура. Хорошо хоть то, что занятия смешанные с разными классами, и я смогла встретиться с ребятами. В последнее время их толком не вижу.
— Что, так до сих пор ходишь с этими ушами? — фыркнул Хаято, разминая ноги, перед забегом на дистанции. — Глупо выглядишь.
— Да… — согласилась я, вздыхая. — Но если я их снимаю… — очередной вздох. — Лучше уж с ними.
— А мне очень нравится, — улыбнулся Тсуна, зашнуровывая кроссовки. — Тебе очень идёт.
— Вот-вот, — согласился Такеши, пихая локтём Хаято в бок. — Тебе бы тоже не мешало нечто-то подобное. Было бы забавно увидеть Гокудеру с такими ушками, ха-ха!
— Смерти ищешь, бейсбольный идиот?! — взревел Хаято, тут же вытаскивая из-под футболки три динамитные шашки.
— Ну-ну! Я просто пошутил! — Такеши приподнял перед собой раскрытые ладони, словно извинялся и сделал несколько шагов назад, продолжая добродушно улыбаться.
— Дар-тян! — к нам подбежала Киоко и её подруга Хана. Тсуна тут же глупо заулыбался и засмущался, осматривая, как на Киоко сидит школьная спортивная форма. — Решила присоединиться к физкультуре? Это здорово! И я так рада, что ты продолжаешь носить эти ушки, — девушка искренне улыбнулась, сияя, словно солнышко.