Неожиданно Хиберд, что до этого просто сидел у меня на голове, взлетел и стал кружить над головой, выкрикивая лишь одно слово:
— Хибари! Хибари! Хибари!
Танака замер и побледнел, смотря по сторонам, но поблизости Главы Дисциплинарного Комитета не было. Однако надо было смотреть наверх, так как в следующую секунду прямо около нас на землю приземлился сам Хибари Кёя, придерживая рукой гакуран, что висел на плечах. Причём, если ориентировать проекцию полёта, он спрыгнул либо с третьего этажа, либо с крыши. Лицо каменное. Ни одной лишней эмоции, но Танака был бледнее снега. Что-то не так. Опять злобная аура?
— Вместо того, чтобы толпиться здесь и заниматься всякой ерундой, — начал Хибари ледяным голосом. — Могли бы вспомнить, что у вас сейчас собрание глав клубов по распределению финансов на следующий год, — повернулся в сторону Танака. — Или волейбольный клуб в этом не нуждается?
— Н... никак нет, — тут же отозвался Джобен и поклонился, выражая уважение. — Прошу нас извинить, Хибари-сан, сейчас же направимся в кабинет, — посмотрел на меня и шёпотом произнёс: — Пошли.
Джобен пошёл к входу центрального корпуса, и я последовала за ним, но не тут-то было. Почувствовала резкое натяжение в области шеи не позволяющее мне и шагу сделать. Как оказалось, это был Хибари, который схватил меня за галстук, словно за поводок и теперь не отпускал.
— А ты, — строго бросил Кёя, крепче сжимая галстук. — Саблезубый Кролик… — голос был тихим, но довольно чётким. Выглядело всё так, словно Глава Дисциплинарного Комитета меня придушить хочет. Причём еле сдерживается. Вот только я его не боялась. Просто смотрела на то, что будет дальше. — Где находится папка с документами об эффективности клубов?
— У меня на столе, — пояснила я. — Красная папка на краю стола.
— Хм, — бросил Кёя, разжимая кулак и выпуская галстук. — Возьми папку и иди на собрание, — посмотрел в сторону Танака, который до сих пор стоял недалеко от нас и с опасением следил за Хибари. Боялся, что тот что-то мне сделает. А что поделать? Репутация Кёи идёт впереди него самого. — Ты ещё здесь? — произнёс Хибари, после чего за одно мгновение в его руках показались стальные тонфы. Танака вновь быстро поклонился и наконец-то скрылся за углом, не желая продолжать злить Главу Комитета.
Я тоже поспешила скрыться, вот только это не очень-то помогло, так как Кёя передвигается довольно быстро и не выпускал меня из поля зрения. Сталкер, чёрт подери! В любом случае, вернулась в кабинет Комитета и подошла к своему столу. Там, к моему удивлению, меня ждал небольшой сюрприз, а именно рожок шоколадного мороженного, который медленно таял при комнатной температуре. Видно, что его ещё даже не пробовали. Просто стоит себе, словно меня дожидается.
Кстати, это не первый раз на этой неделе. Всё время вижу на своём столе то шоколадку, то какао, то пончик, то теперь мороженое. И главное, спрашивала всех: «Чьё?». Никто не знает. Кёя просто говорил: «Не моё», и на этом расспросы оканчивались. Ну, а я решила для себя, чего добру зря пропадать и съедала всё, что находила у себя на столе. Если там имеется яд, то я его даже не почувствую. И это мороженое не пропадёт. Взяла нужную красную папку, мороженое и побежала обратно к выходу.
В коридоре Кёи не было. Он уже направился в сторону совещания. По мере приближения стала слышать различные голоса глав клубов, которые распределяли очерёдность своих презентаций. Они должны доказать, почему именно их клуб нужно финансировать. Поровну делить школьный бюджет никогда не получается, да и это не эффективно. Нужно поспешить, иначе начнут без меня.
Потянулась рукой к дверной ручке, как она открылась сама, причём вперёд. В итоге, то мороженое, что я держала в руке, с хлюпающим звуком впечаталось мне в щёку, пачкая при этом кончик одного из кроличьих ушек, что свисало перед лицом.
— Ой, прости, — услышала женский голос. — Ты не ушиблась?
— Нет, — ответила я, с тоской и грустью смотря на повреждённый десерт. Он сейчас стал похожим на сплющенную консервную банку, откуда со всех щелей лезло мороженое. Вздохнув, погрузила скомканный рожок целиком в рот, облизнув при этом пальцы.
Зашла в кабинет, где до сих пор негромко шли дебаты об очереди. Хибари с неким безразличием сидел на подоконнике и смотрел в сторону окна, не интересуясь происходящим в классе. Но когда в помещение вошла я, соизволил всё же обратить внимание на одного из своих подчинённых. То, что он увидел, его несколько… удивило. Наверное, я выглядела нелепее некуда. Вся щека и рука в шоколадном мороженом. Даже кончик кроличьего уха перекрасился в светло-коричневый оттенок. А ведь эту вещь потом просто так не постирать.