Подошла к трибуне и положила на неё красную папку, тем самым показывая, что задание выполнено. Многие в аудитории, смотря на меня, захихикали. Особенно девочки. Но, к этому я уже привыкла. Пускай, хоть смеются в голос, мне всё равно мороженое жалко. А ушки и внешний вид… да плевать! В последнее время чисто из принципа не смотрюсь в зеркало. А зачем себя расстраивать, верно? Как там говорится? «Не смотритесь в зеркало, иначе постареете». Вот я так теперь и живу. Вечно молода, вечно хороша собой.
Посмотрела на Танака, который сидел за одним из столов, размещенных большой буквой «П». Тот мило улыбнулся мне, а после смущённо отвёл взгляд в сторону. Стало как-то… не по себе. А ведь ему я нравлюсь такой, какая есть. Верно? Правда он совершенно меня не знает, и, думаю, сбежит при первой же возможности, когда узнает, но… приятно.
— Что это? — услышала голос, прямо рядом с собой. Это был Хибари, который также подошёл к трибуне. Он указал на остатки мороженого на моём лице.
— Небольшое происшествие, — пояснила я так, словно ничего страшного не случилось. — Хибари-сан, мне лучше снять эти ушки, иначе я их точно все перепачкаю. Вот, — указала на кончик ушка. — Уже началось, — искренне надеялась на то, что Кёя разрешит мне их снять. Нет, они не мешают, да и привыкла я к ним, но… эм…
— Хм, — протянул Хибари, беря в руку испачканное белое ушко, а после засунул его кончик к себе в рот, слизывая остатки шоколадного мороженого.
В аудитории возникла гробовая тишина. Все в шоковом состоянии пялились на то, что происходило около трибуны. Одна из девушек, державшая в руке целую кипу документов, выронила их, после чего белые листки разлетелись дождём по всему полу. Но никто не обратил на это внимание. Все смотрели на Хибари. А именно на то, что он делал. При этом взгляд стальных глаз был устремлён именно на меня. Он словно впитывал мою реакцию.
— Вот и всё, — в итоге, произнёс парень, демонстрируя чистый кончик ушка. Но я на него даже не взглянула.
На рефлекторном уровне поблагодарила и хотела уйти, так как сердце у самой буквально разрывалось от бешеного ритма, но не успела. Хибари бросил беглый взгляд на группу людей, которые буквально остолбенели. Особое внимание уделил Танака. После чего обхватил ладонью мою шею и подтянул к себе. Я ожидала чего угодно. Клянусь, чего угодно, но не этого! Кёя слегка наклонился в мою сторону и провёл языком по моей испачканной щеке. Медленно. Слизывая все остатки шоколадного мороженого.
В этот момент в кабинете опять что-то у кого-то упало.
Возможно, даже нижняя чёлюсть.
Возможно, даже моя…
В шоке были все. Но не Кёя. Он вёл себя так, словно это в порядке вещей. Вновь бросил странный взгляд в сторону Танака. И только после этого соизволил отстраниться, но лишь для того, чтобы с обычным ему спокойствием обратиться к аудитории.
— Кто желает выступить первым? — все молчали. В древнегреческой мифологии есть некое существо — наполовину женщина, наполовину монстр. Медуза Горгона. Тот, кто посмотрит в её глаза, тут же превратится в камень и замрёт. Вот почему-то мне на миг показалось, что именно эту способность обрёл Хибари Кёя. Все посмотрели на монстра и обратились в камень с разинутыми ртами и выпученными глазами. Некоторые даже не дышали. Просто замерли. — Повторяю, кто желает выступить первым? — вновь спросил Хибари. — Вашим клубам не нужно финансирование? — но только тишина в ответ. — Что ж… — Хибари взял с трибуны красную папку. — В таком случае, считаю совещание закрытым. Свои отчёты передадите после, — спокойным шагом направился к выходу из аудитории.
— Что… я… только что… видел? — произнёс один из парней, как только Кёя покинул кабинет. — Это… точно… реально?
— Не знаю… — отозвалась девушка. — Возможно… мы спим.
— Извините, — бросила я, после чего также помчалась к выходу.
Хотя кому нужно моё извинение? Никто даже не заметил этого. Думаю, сейчас у всех в голове одна сплошная неразбериха. Как и у меня. Я понимала, что только что произошло. Понимала, но не принимала. Просто никак. В голове абсолютный кавардак. Вот как? Ну, как мне понять Хибари? Как? Вот что это за фокусы? Демонстрация? Чего? Кому? Чёрт!
Бежала по коридору, выискивая Главу Комитета, который передвигался довольно быстро, но я всё равно его отыскала. Парень выглядел довольно странно. Думая, что рядом никого нет, прижался лбом к бетонной поверхности стенки, зажав при этом ладонью себе рот. Словно сдерживал внутренний крик. Однако, стоило ему услышать приближающиеся шаги, как вновь выпрямился и повернулся ко мне спиной, не желая сталкиваться взглядом.