— Да, — растеряно произнесла я, смотря на свою правую руку, где сидело Кольцо Луны. — Я теперь прекрасно чувствую пламя, но… Я ещё не до конца понимаю свою коробочку. И все её возможности… сомневаюсь, что это всё.
— К сожалению, в этом я тебе помочь не могу, — с непониманием посмотрела на Хибари, тот как раз убрал свою коробочку во внутренний карман чёрного пиджака. — Эта коробочка с пандой — твоё личное изобретение. То, какой именно потенциал в ней заложен, знать можешь только ты. Если хочешь, — слегка наклонился вперёд и передвинул шахматную фигуру, делая ход. — Можешь воспользоваться одной из наших пустых исследовательских лабораторий. Изучи коробочку и своё животное. В принципе, коробочка типа защиты очень редкая, так как большинство предпочитают атакующую форму, но уверен, что в нашей базе достаточно информации.
— Хм… — вздохнула я, раздумывая над словами Кёи. — А что намерен делать ты?
— Со мной связался малыш, — на лице мелькнула небольшая усмешка. — Он в курсе о твоих результатах и теперь хочет, чтобы я принялся тренировать Саваду Тсунаёши.
— Тренировать Тсуну?! — несколько удивилась. — А разве его тренировками всё это время не занимается Лар?
— Да, — поднёс к губам чашку чая и сделал небольшой глоток. — Но, видно, она не достигла желаемого уровня. Десятый Босс Вонголы из этого времени впечатляет своей силой и боевым умением. Он… интересен, — очередная усмешка. — Я не против сразиться с ним так же, как и с малышом. Но этот Савада пока ещё не достиг и половины своих возможностей. Поэтому сейчас Лар Милч понапрасну тратит и своё, и его время.
Ого! Жестоко он её.
— И что ты решил? — насторожено спросила я.
— Я пока не дал окончательного ответа малышу, — вновь мягко, но несколько хищно улыбнулся, смотря на шахматную доску.
— Эм… почему? — сделала свой ход в шахматной игре, но чисто ради того, чтобы не задерживать сам процесс. Меня больше волновали слова парня.
— Мне это не интересно, — несколько небрежно произнёс он. — И если я начну свою персональную тренировку… могу и «случайно» убить его.
— А? Что ты такое говоришь? — начинала злиться. — Со мной же ты нормально работал, так что?..
— Ты особый случай, Дар, — улыбка исчезла с губ парня, а взгляд серых глаз устремился на меня. Впервые с того момента, как я оказалась в этом времени, увидела в его глазах… строгость? Ту самую, что часто видела в глазах Хибари Кёи юного возраста. Увидела строгость, но лишь на мгновение. Через несколько секунд она вновь исчезла. — Я уже говорил, что мне абсолютно всё равно на Вонголу и их деятельность. Сотрудничаю с ними, пока у нас общие интересы, но не более.
— Хм… — теперь моя очередь улыбаться. — Как странно слышать от тебя такие слова, Кёя. Ты ведь уже практически десять лет числишься как Сильнейший Хранитель семьи Вонгола. Хранитель Облака. Если бы тебя это действительно не интересовало, то, думаю, сказать своё «нет» ты мог бы давным-давно. Учитывая, сколько раз ты избивал ребят ещё во времена средней школы… Хочешь сказать, что всё это время было то, что интересовало и тебя, и Вонголу?
— Да, — спокойно ответил Кёя. Мы больше не играли в шахматы. Забыли об этой игре. Тут было нечто иное. Нечто важнее, чем обычные фигуры.
— И что именно? Безопасность в Намимори?
— Частично, — вновь краткий ответ и глоток чая.
— Что же ещё? — парень не ответил, лишь посмотрел на меня так, словно я и так знаю ответ. — Что? — нахмурилась, осознавая догадку. — Я? Ха! — улыбнулась, пряча лицо в ладони. — Чёрт… Это как-то слишком, Кёя. Будто в какой-то романтический фильм попала. Никакой логики, и меня это сбивает с толку. Нельзя же решать такие вопросы, ориентируясь только на чувствах и эмоциях, — Хибари вновь ничего не ответил, и меня это вновь начало напрягать. Слегка бросило в жар. Этот парень… чтоб его! Он даже не скрывает свои чувства. Не тот Хибари, что я знала. Вернее, не совсем тот. Ещё раз понимаю, насколько огромными могут быть десять лет. Интересно, я, наверное, тоже сильно изменилась. — Хорошо, — вздохнула, устало потирая глаза. — То есть, если я попрошу тебя начать тренировку с Тсуной?..
— То я начну с ним персональную тренировку, — закончил за меня фразу Хибари, ставя пустую чашку на шахматную доску и вставая с кресла, тем самым давая понять, что разговор окончен. Но не направился сразу к выходу. Обошёл шахматный столик и подошёл ко мне, наклоняясь к самому уху. — Но как именно я буду тренировать его, уже сам решу, — прошептал он, после чего мимолётно прикоснулся губами к моей щеке. Причём так быстро, что я ничего бы и не почувствовала, если бы не остаточное сохранившееся тепло на моей коже.