Я всё это слушала, сохраняя абсолютно спокойное выражение лица, при этом полностью понимала скопившийся ужас Савады. Как понимала? Да просто я испытывала его сама. Мне было так страшно, что казалось вот-вот либо стошнит, либо я сойду с ума и начну смеяться как безумная. Не знаю, что ещё удерживает рассудок. Хотя мне кажется, будь на моём месте кто-нибудь другой, он бы уже давно покоился в психиатрической клинике. У меня проблемы с эмоциями. Я их чувствую, но несколько сжато и обрублено, нежели другие. Нежели такие, как Тсуна.
Наверное, в этом моя слабость, но в этом и моя сила. Собирать всю информацию, какой бы она не была и предлагать варианты решения. Не реагировать на эмоции и ситуации личностного характера. Какое бы безумие меня не окружало, я должна быть опорой для Тсуны и всей нашей команды. Даже если саму внутри трясёт и возникает яростное желание заорать во всё горло. Нельзя. Мне нельзя этого делать. Это позволительно Хару, Ламбо, Хаято и даже Тсуне, но не мне. Если стержень внутри карандаша сломается, плевать насколько прочная вокруг древесина, основное уже потеряно.
— Хм… — протянула я, спокойно съедая печенье. — Не знаю… — Тсуна резко поднял голову и посмотрел на меня. — Я не знаю, какой ты «Босс». Плохой или хороший… не знаю. Тут я тебе сказать что-либо не могу. Да, Реборн всё время твердит тебе, что ты Босс семьи Вонгола и должен отвечать за каждого, но… по правде сказать, это такая чушь. Тсуна, — посмотрела парню в глаза и наклонилась вперёд, указывая в него надкусанным печеньем. — Ты — обычный подросток шестнадцати лет. Мальчишки в этом возрасте на улице мяч гоняют или играют в компьютерные игры, ходят на свидания и заводят свои первые романы. Но в один день ты оказался в самой настоящей жопе под названием «Прекрасное Будущее», и теперь от тебя что-то там требуют. Расслабься. Ты обычный человек, и вот что я тебе скажу: бояться — это нормально. Только идиот не будет бояться. А если боишься, значит, есть, что терять. Для меня ты не Босс, или уже забыл о нашей договоренности? Принял меня не как Советника Десятого Босса Вонголы. Ты принял меня, как обычную девчонку и друга, с которым можно иногда подурачиться, а иногда и помощи обоюдной попросить. Так вот, действуй из того, кто ты есть на самом деле. Не как Босс, а как обычный парень, Савада Тсунаёши.
Проглотила несколько кусочков печенья, позволяя парню осознать сказанное мною, но это не конец. Брови парня нахмурились. Он явно начал немного успокаиваться и пытаться что-то понять из сказанного мной, но ведь ответ он ещё не получил, верно? Поэтому, закончив с упаковкой печенья и стряхнув крошки на пол, я продолжила:
— Что касается ребят, то… — задумчиво наклонила голову на бок. — Трудно что-либо сказать. Во время битвы за кольца, все показали себя как опытные бойцы, невзирая на то, как потом всё сошлось. Например, Такеши, конечно, валяет дурака и ведёт себя так, словно это всё игра, но скажи, он хотя бы раз подводил тебя? — Тсуна замер, выпучив на меня глаза. Он явно не ожидал такого вопроса. — Можешь не отвечать мне. Ответь себе. Что касается Хаято, то он уже подходил ко мне со своей проблемой и работает над ней. Там тренировки не помогут, — нервно почесала затылок. — Тренировки бывают разные и не только на физическую выносливость, как у тебя. Тут скорее необходимо посидеть, подумать и поработать с бумагой, так что оставь его на какое-то время. Уверена, он просто так не сидит, сложа руки. А Бьянки… хм… А ей ничего не говори. Чувствую, что между ними имеются недомолвки. Пускай сами разбираются, не маленькие уже. Но вот, что касается Лар… — устало вздохнула, потирая переносицу. — Она ведь Аркобалено, верно? Думаю, это местная радиация на неё влияет. Я про неё мало что знаю, так что вряд ли смогу помочь, да и вообще, я не врач. Однако могу понять девушку. Вероятно, лекарства от этой болезни просто не существует в данном времени. Значит, с каждым днём Лар будет становиться только хуже, и она это прекрасно осознает. Но девушку пугает не то, что она может умереть в бою. С этим она уже смирилась из-за радиации. Её пугает то, что когда остальные узнают о личном состоянии, Лар сразу же отодвинут на скамью запасных. Для женщины, которая привыкла быть в эпицентре любых битв — это равносильно смертной казни, а то и хуже. От того она и требовала от тебя решения не медлить, так как не ясно, что будет, спустя пять дней.