— Чтоб тебя… И куда ты пошла? — крикнул мне парень. — Ты вообще живёшь в другом направлении! Э-э-эх! — он почесал голову, словно над чем-то думая. — Да что с тобой сегодня? Этот бейсбольный придурок упоминал, что ты какая-то странная, но Реборн-сан велел не влезать, — я просто пошла дальше, не обращая внимания на слова Гокудеры. В то время как парень начинал злиться всё сильнее и сильнее. Его сигарета потухла от влажности, из-за чего возрастала злость Хаято до уровня демона. — Фек! Это меня не касается! — бубнил парень за моей спиной. — Это меня не касается! Так велел Реборн-сан! Это меня не касается! НЕ КАСАЕТСЯ! Чёрт… ЭЙ! ВЕДЬМА! СТОЙ! — за спиной послышалось приближающееся хлюпанье. — Идём!
— А? — только и смогла высказать я перед тем, как Гокудера схватил меня за руку и потащил в неизвестном направлении.
— Ты там ничего не подумай, — добавил он, не оборачиваясь. — Я это делаю не для тебя, а для Десятого. Ведь я всё же его Правая Рука.
— Что? — всё ещё не понимала я, но на этот раз Хаято не ответил. Сопротивляться не имело смысла, да и как-то не думала об этом. Гокудера всегда проявлял некую агрессию по отношению ко мне, так что уверена, что скоро он психанёт и отпустит меня.
Но нет. Парень привёл меня к невысокому одноэтажному дому, открыв дверь своим ключом и силой впихнув в здание. Внутри было тепло, сухо и тихо. Это его дом? Скорей всего, так и есть, так как Гокудера, не глядя, швырнул обувь и сумку на тумбочку в прихожей. Снял промокшую ветровку, продолжая о чём-то ругаться. Зонтик сложил и повесил на крючок, также в прихожей. На меня никакого внимания не обращал.
Бъянки, старшая сестра Хаято, живёт в доме Тсуны, но о том, где живёт сам Гокудера, я не знала. Видимо, тут. Снимает домик, как и я. Вот только зачем он меня сюда привёл? Со всего тела градом стекала вода, вызывая огромные лужи под ногами.
— Вот, — произнёс Гокудера, выходя из какой-то спальни протягивая мне стопку одежды. — Пройди в ванную и переоденься.
— Я… — смотрю на аккуратно сложенную одежду. А он педантичен. — Я, пожалуй, пойду домой… — повернулась к двери, но тут же почувствовала, что меня вновь схватили за руку.
— И куда ты пойдёшь в такую погоду?! — вскрикнул гневно парень, после чего силой потащил в ванную комнату. — Мне, знаешь ли, это тоже не очень-то нравится! Просто не хочу потом со стыдом в глаза Десятому смотреть, поняла? — Гокудера пихнул меня в ванную и резко захлопнул за спиной дверь. Правда, предварительно включил в комнате свет.
Из одежды он мне дал свою тёмно-красную футболку, на котором было изображено НЛО в форме летающей тарелки. А также шорты цвета охры. Также имелось одно полотенце явно намекающее, на то, чтобы я вытерла волосы. Немного посмотрев на вещи, мне ничего не оставалось, кроме как переодеться. Всё равно домой, похоже, просто так не пустят, а в мокром разгуливать — Гокудеру злить.
Все действия были на уровне подсознания. Сняла мокрую одежду, накинула сухую, которая на несколько размеров была больше меня, после чего выжала из своей формы влагу, повесив их сушиться там же, и вышла в коридор. Перед дверьми в ванную уже стояли готовые для меня тапочки. Ковров тут я не видела, да разгуливать босиком — мне не привыкать, но всё равно уважу хозяина и надену их. Хм… они явно принадлежат Хаято. Моя нога в них буквально утопает.
Шаркающими шагами прошлась по коридору, выискивая одноклассника. Уже хотела позвать его, как из дальней комнаты послышалось небольшое хлопанье и ругательства на итальянском. Как оказалось, парень злился на телевизор, что отказывался работать. Хаято уже успел переодеться и выглядел как-то по-домашнему. На нём не было его излюбленных колец и брелков с черепами, что придавали парню этакий стиль рокера. Он был одет в обычную футболку и шорты, похожие на те, что были на мне. Пепельные волосы собраны в короткий хвостик на затылке, а на носу сидели очки.
— Дерьмовое старьё! — злился он на итальянском. — Ты будешь работать или мне тебя выкинуть, а?
— Позволь мне, — обратилась я к парню на его родном языке, протягивая раскрытую руку. Парень сначала вздрогнул, не ожидая, что нахожусь так близко. Потом осмотрел меня с головы до ног и, хмыкнув, вернулся к своему занятию.
— Иди, для начала обсохни, — перешёл он на японский, махнув в сторону кресла, который находился в конце зала. Пожав плечами, направилась в указанную сторону и, сев в кресло, поджала ноги, обхватив их руками. Тело было ледяным, но мне привычно. Люблю холод. Даёт возможность хорошо подумать. Не знаю, сколько времени прошло, когда перед моими глазами возникла чашка горячего шоколада, испускающего приятный сладкий аромат ванили. — Держи, — бросил Хаято с неким безразличием, делая маленький глоток из точно такой же чашки. — Эх, старая рухлядь, — вздохнул он, садясь в другое кресло. — Надо будет хозяину дома об этом сказать. На свалку давно пора выкинуть. Или в музей.