Кёя вновь хмыкнул и отошёл в сторону. Наблюдая за тем, как он медленно направлялся к своему столу, с некой кошачьей ленью потягиваясь и зевая на ходу, задавалась вопросом: «Какого чёрта?!». Ощущения его руки на моей шее, до сих пор отчётливо чувствовалось. Моё сердце билось безумно быстро, что дало Хибари понять — я боюсь. Но… это не так. Я волновалась. Обычная физическая реакция, но его не боюсь, и именно это меня пугает. Чувствовала тёплые пальцы на своей коже. Понимала, что он и в самом деле может меня убить, как кот мышонка. Вот только… инстинкты дали сбой, и я совершенно не ощущала опасности рядом с ним.
Что за ерунда? Почему рядом с этим человеком всё именно так? Он спрашивает меня «что ты такое?», а сам он кто? Кто такой этот Хибари Кёя, что собственная интуиция подводит не в первый раз? Всегда чувствовала опасность и избегала её, но тут… выручает только логика. И она мне говорит — надо валить. Это ненормально. Или мне просто нравится, как он издевается, насмехается и подшучивает? В принципе — мне всё равно. Не чувствую удовольствия, но и особого отвращения не испытываю.
Порой у меня возникает мысль, что Реборн специально меня сюда вызвал. Знать бы, что задумал этот малыш. Всегда молчалив и хитёр. Улыбается, скрываясь в стенах школы. Знал бы Хибари, что за туннели тут имеются — снёс бы всё до основания.
В дверь кто-то постучался. Хибари тут же приподнял подбородок, с вниманием выглядывая посетителя. Дверь медленно приоткрылась и в помещение заглянула напуганная голова Савады Тсунаёши. Тело пока пряталось за самой дверью.
— Это… — начал он неуверенно, осматривая помещение, но, встретившись взглядом с раздражительным Хибари, вскрикнул: — Хи-и-и!!! Прошу прощение, Хибари-сан!
— Чего надо, травоядное? — сталь в голосе говорила о том, что ему, в принципе, всё равно, но лучше не медлить.
— Я… это… к Дар! — выпалил он.
— Ко мне? — удивилась я, наклонив голову набок.
— Вот! — парень подбежал к моему столу и поставил передо мной небольшую светло-бежевую коробку, украшенную белоснежным шёлковым бантом. — Прости, я не знал! — поклонился Тсуна. — С прошедшим Днём Рождения, Дар!
— А? — что? Как? Почему? Неужели Гокудера проболтался? Нет! Он же обещал! — Откуда…? — только и смогла я спросить.
— Реборн всем рассказал, — смущёно ответил Савада, почесав затылок. — Также он сказал, что ты не празднуешь его, но не пояснил причину. Однако… на мой День Рождения ты принесла подарок. Вот и я…
— Эх… — вздохнула я, понимая, что отделаться просто так, не получится. Приоткрыла крышку коробки. — Что там?
— Платье, — пояснил Тсуна.
— Платье? — вот это поворот. — Только не говори, что оно свадебное?! Ты знаешь мой ответ, Тсуна…
— Нет-нет-нет! — замахал руками перед собой парень, краснея как рак. — Я не имел виду ничего подобного! По правде сказать, это платье выбирала мама, так как она лучше разбирается в подобном. Вот…
— Так это подарок ещё и от Наны, — поняла я. — Ладно, — закрыла коробку, убирая её со стола. — Спасибо, Тсуна. И передай маме, что мне понравился подарок.
— Ага, — улыбнулся он, возвращаясь к двери. — Ещё раз с Днем Рождения, Дар, — взялся за ручку и тут резко вспомнил, что что-то забыл. — Всего доброго, Хибари-сан! — не соблюдать дисциплину перед Главой Дисциплинарного Комитета… Тсуна не настолько глуп.
Я делала вид, что ничего не произошло, хотя прекрасно понимала, что подобное явление Савады совершенно не нравится Хибари. Он молчит, но это пока. Лучше вообще не поворачиваться в его сторону, чтобы не давать парню повода для того, чтобы пойти и избить кого-нибудь. Хотя… когда это ему нужны были причины?
В кабинет вновь постучались, и тут же в помещение вбежал вечно радостный Ямамото.
— Привет, Дар! — бейсболист даже не посмотрел в сторону Главы Дисциплинарного Комитета, руки у которого уже тянулись к тонфам. — Слышал, что ты у нас именинница. Пятнадцать лет, совсем взрослая, ха-ха-ха, — Такеши наклонился через стол и потрепал мою макушку, словно я его пёс. Лицо парня на миг стало серьёзным, и он наклонился ещё ближе. — Ты из-за этого грустила вчера? Прости, я не знал.
— Вовсе нет, — улыбнулась я, немного смущённая тем, как быстро меняется настроение у Ямамото. — Просто… я, в принципе, этот день не люблю.
— Вот как? — на лицо парня вновь вернулась безмятежная улыбка. — Как бы то ни было, вот. Это тебе! — парень достал из-за спины завёрнутую в подарочную упаковку бейсбольную биту, если судить по форме.
— Бита?! — удивилась я. — Но… мне совершенно не знакома эта игра.
— Я не успел должным образом подготовиться, поэтому решил подарить то, что является самым ценным для меня. Это моя первая бейсбольная бита. На ней даже автограф есть одного из самых популярных игроков, но думаю тебе это имя не знакомо.