— Боишься за знания? — спросил Такеши, похлопав меня по плечу. — Не переживай! Ты умнее всех, так что один раз прогуляешь, ничего не случится.
— ЭЙ! — фыркнул Хаято, намекая, что он тоже не дурак.
— Да не в знаниях дело. По сути, вступив в Дисциплинарный Комитет, я, в принципе, могу не посещать занятия. Тут проблема в другом, — на всю комнату зазвонил мой телефон, исполняя песню «Avolnation — Run». — А вот и она… — вздохнула я, видя на экране мигающее имя «Хибари». — Чёрт! Не отвечу, точно убьёт!
— Хи-и-и! — воскликнул Тсуна, когда я протянула телефон в его сторону. Парни, которые знакомы с Главой Дисциплинарного Комитета не понаслышке, отпрыгнули от сотового в конец комнаты, как от бомбы.
— Дай сюда, — требовательно заявил Реборн, перехватывая сотовый. — Я, в конце концов, твой опекун. По правилам средней школы Намимори могу тебя задержать или вообще не пустить, если на то есть причина, — все переглянулись и успокоились. По сути, малыш прав. Он имеет на это полное юридическое право. Я молча наблюдала за тем, как мальчик жмёт на значок «Принять» и подносит телефон к уху. — Чаосс, Хибари! Да, она со мной. Да, на то была причина. Хм? Нет, она помогала семье Вонголе избавляться от конкурентов в виде якудза «Момокёкаи». Они тебе знакомы, не так ли? Их больше нет.
Я просто окаменела. Вот прям взяла и встала в ступор. Я ждала чего угодно: простыла, плохое самочувствие, заблудилась, послал на луну, но не ЭТО! Все остальные также разинули рты, понимая, что Реборн всё только усложнил.
— Тсуна, — плача, прошептала я, поворачиваясь к хозяину дома. — Прошу, на моей могиле напиши, что я любила эту грёбаную жизнь.
— Да-а-ар… — рыдал в ответ Тсуна, словно я уже мертва.
— Нет, мы уже закончили, — продолжал разговор Реборн. — Да, она свободна. Хорошо, она сейчас прибудет в школу. Ага. Передам. Чао! — малыш отключил телефон и передал его мне. — Хибари ждёт. Вроде бы, работа появилась.
— Да он меня в бетон вкатает! Зачем ты ему это сказал? — воскликнула я. — Больше всего он терпеть не может, когда у него отбирают его развлечение! А эти якудза как раз были его развлечением на этой неделе!
— Да? А я и не знал, — типа удивился Реборн.
— ВРЁШЬ!!! — воскликнули все присутствующие одновременно, но малыш тут же прикинулся спящим, надувая носом пузыри.
— Эх, ладно… — я передала мороженую курицу Тсуне и встала с пола. — Пойду сдаваться. Если буду тянуть время, то будет только хуже. А так, может ещё есть шанс загладить вину.
— Загладить вину? — спросил Такеши.
— Ну, заставит весь архив перетрясти, и вновь всеми документами заняться, а может, как и Тетсую на прошлой неделе, заставит всю школу зубной щёткой драить… — перечисляла я. — В общем… я пошла.
— Давай я пойду с тобой, — предложил Дино, вскакивая на ноги и выбегая вперёд в коридор. — Я тут впервые, а так и город осмотрю и помогу, если надо. Кто этот Хибари? — но не успела я и слово молвить, как блондин тут же оступился о собственную ногу и полетел кубарем вниз по лестнице, выплясывая грандиозное сальто.
— Эм… — протянула я, слыша протяжный стон итальянца. — Лучше не надо. Как-нибудь сама…
— М-да… — протянул Гокудера, выглядывая из комнаты. — Пустозвон и недалёкий… Лучше я на него внимания обращать не буду, — вернулся обратно в комнату Тсуны и завалился на кровать.
— Пока, Дар! — улыбался Такеши. — Передавай привет Хибари.
А этот всё ещё думает, что мы в игры играем.
— Ага… — бросила я, спускаясь вниз и перешагивая бессознательное тело блондина.
Если честно, то я не верующая. И считаю многие верования просто предрассудками слабовольных людей, которым каждый раз необходимо знамение и иррациональное объяснение всему, включая и собственные поступки. Это зачастую раздражает и злит, так как такие люди ведут свою жизнь, боясь того, что будет после неё. Я считаю, что всему можно дать научное объяснение. Всему! Просто мы слишком необразованны в некоторых вещах и пока просто не способны получить это объяснение. Пока не способны. Божества, демоны, призраки, проклятия, различные приметы и обряды, судьба и карма… Чушь!
Я никогда не верила во всё это. Но клянусь, что когда подходила к кабинету Дисциплинарного Комитета, то готова была поверить и в Али Бабу с разбойниками, лишь бы мне сохранили жизнь. Дрожащей рукой приоткрыла дверь и медленно вошла.
— Хибари-сан? — позвала я, с первого шага чувствуя в воздухе напряжение. Хибари сидел за своим столом, повернувшись к посетителю спиной. Я не видела его лица, но судя по тому, с какими бледными лицами на него косились остальные Элвисы, мне стало ясно — Хибари Кёя в ярости.