. Нам нужны Аркобалено, чтобы восстановить баланс в мире. Они нам необходимы. А для их возврата — нужна жертва. Но Бьякуран похоже же всё для себя решил: — Вот и всё, — обращался он к Юни, в то время как поверженный Тсуна лежал за его спиной. — Теперь, когда твой герой пал, пора вернуться ко мне, Юни-тян. Больше некому тебя защищать. Уж не думаешь ли ты, что эта горстка обессиленных людей сможет мне помешать? — Всё не так, — гневно бросил Реборн, привлекая к себе внимание. — Тебя победит мой ученик — Тсуна. — О-о-о… — с усмешкой протянул Бьякуран. — Ты сказал, что Тсунаёши-кун уничтожит меня? — Точно, — не моргнув и глазом, отозвался малыш. — Разве ты не видел? — уже откровенно смеялся Бьякуран. — Я победил Тсунаёши-куна! — Не недооценивай силу Предсмертной Воли Тсуны, — требовал Аркобалено. — Кроме того, я не говорил о том, сможет ли он победить или нет. Тсуна, — обратился к Саваде, что тем временем лежал на земле. — У тебя нет другого выбора, кроме как уничтожить Бьякурана. Ты не единственный, кто сражается в битве Предсмертной Воли. Юни жертвует своей жизнью, чтобы вернуть вас в мирное прошлое! — В этот момент Юни слегка вздрогнула и виновато посмотрела на Реборна, но Аркобалено продолжал: — Возрождение Аркобалено — это нечто большее, нежели просто возвращение к порядку в мире. Это ключ к возвращению в прошлое, и Юни хотела пожертвовать своей жизнью, чтобы добиться этого. Волна удивления пронеслась по лесу, но больше всего была удивлена сама Юни. — Дядя, откуда ты знаешь? — не понимала девушка. — Конечно, я знаю, — несколько устало бросил Реборн. — Догадался. Ты и твоя бабушка Луче очень похожи, как две капли воды. Особенно всё стало ясно, после слов Дар… — Что? — произнёс Бьякуран, взгляд которого стал наполняться неким сумасшествием. — Тогда я должен помешать тебе делать такие глупости, Юни-тян. Ты не забыла? Твоя жизнь принадлежит мне. Так что… — шагнул в сторону Юни. — Давай-ка… — Но договорить он не успел, так как за его спиной послышался глухой кашель Савады Тсунаёши, пришедший всё-таки в себя. — Ха? Не могу поверить. Тсунаёши-кун и правда очнулся после твоей бессмысленной поддержки, Реборн-кун. Вы двое определённо составляете поразительный дуэт, не так ли? — Я не… — кашлял Тсуна, содрогаясь всем телом. — Не отдам… тебе Юни… — А? Ха-ха-ха! Да ты весь дрожишь! — смеялся Бьякуран. — Твоё тело не хочет лгать, да? Оно боится и не хочет быть избитым. Хах, твоя дрожь почти заразна. Как же для тебя неудобно проснуться именно в этот момент. Ах! Но ведь раньше в школе тебе не везло, Тсунаёши-кун… Я всё о тебе знаю. Всё. Не так давно ты был обычным учеником, пропускающим школу. Обычный неудачник, на которого никто никогда бы не обратил внимание. А потом к тебе пришёл убийца и сказал, что ты наследник Босса огромной мафии, которая закинула тебя в страшный мир. У тебя есть невеста, которая способна убить и предать тебя в любую секунду, и вообще… С тех пор, несмотря на ненависть к конфликтам, ты вынужден был бороться за титул Босса. Однако самой большой твоей неудачей было то, что ты пришёл в это время. Если бы тебя не забросили сюда, тебе бы не пришлось проходить через всё это. Разве ты не проклинаешь свою судьбу? Верно? Хе-хе-хе… Бьякуран улыбался, наслаждаясь тем, как выглядел Тсуна. Он даже на ноги подняться не мог. Пламя Посмертной Воли погасло, и парень действительно дрожал, а взгляд был слегка затуманен. Он задумывался над словами противника. Ведь Бьякуран не лгал. Всё было именно так. Но у Тсуны своя точка зрения. — Нет… всё… не совсем правда… — Голос прерывался из-за тяжёлого дыхания, но в словах чувствовалась уверенность. — Ну… будущее страшное… и болезненное… А также наполнено неопределённостью. Я очень редко чувствовал себя счастливым, как попал сюда, и постоянно выходил из себя. Но… я чувствую, что будто сейчас понял всё… Дело не в том, хорошо это или плохо… Дело в том, что всё, что тут случилось, важная часть моей жизни. И пускай, всё было не сладко, я ни о чём не жалею… — Хм, у тебя необычный метод восприятия вещей, — усмехнулся Бьякуран. — Но я не хочу, чтобы ты думал, что всё так просто. Скажу прямо, твоя смерть — единственный способ, прекратить эти муки. Думаю, — протянул Бьякуран, доставая из рукава небольшой серебряный нож с рукоятью в форме белого дракона. — Одного небольшого ножа, пронзившее твоё сердце, будет достаточно. — Что?! — ахнул Тсуна, приподнимая пред собой ладони. — Подожди! — Не хочу, — бросил противник, после чего метнул лезвие в грудь Саваде. Всё было так быстро, что мы даже осознать толком ничего не успели. Секунда, и вот уже Тсуна лежит на спине. — Итак, Юни-тян! С твоим рыцарем в сияющих доспехах окончательно покончено! Но, нет… — Оу-у-у! Ой-ёй-ёй! — послышался голос Тсуны, вызывая общий шок, радость и удивление. Кроме, разве что, Бьякурана. Тот явно не был рад. Парень поднялся и принялся хлопать себя по груди, пытаясь понять, что же спасло ему жизнь. Как оказалось, нож вонзился остриём в… — Кольцо?! — Да, именно. На шее Тсуны было ещё одно кольцо, которое подарил ему в своё время Ланчия. Бывший противник и обретенный союзник. — И правда… — шептал Тсуна. — Оно помогло мне… Ничего из того, что случилось, с тех пор, как я попал в будущее, не было бессмысленным. Да, были горькие вещи… болезненные вещи… весёлые вещи… Именно из-за всего этого я сейчас здесь. Всё то, что я нашёл, с тех пор, как пришёл сюда… навыки и оружие… ничего бы не получилось, если бы я был один. Из-за того, что был не один, я смог достигнуть всего этого. Ты назовёшь это неудачей?.. Я — нет. Время, что я провёл здесь со всеми, для меня — сокровище. И моё пламя родилось из мира, что ты захватил. Это пламя… всех! — Неожиданно голос Тсуны стал грубее, увереннее и спокойнее. Перчатки вновь вспыхнули, приняв гипер-форму, и на лбу засияло ярко-оранжевое пламя. — Тот факт, что ты причинил боль всем этим невинным людям… Я заставлю сожалеть тебя об этом!!! Тсуна смог вернуть своё утерянное пламя самостоятельно. Не использовав при этом ни специальной пули, ни таблетки. Исключительно только свою решимость. Но это не впечатлило Бьякурана. — Ха-ха-ха! Извини, что развею твои розовые мечты, но ты вообще ничего этим не решил! — В голос смеялся противник. — Разница в нашей силе не изменилась, ты проиграл! — Я сомневаюсь в этом, — раздался неизвестный нам голос, который звучал, казалось бы, со всех сторон одновременно. Более того, кольцо на моём пальце начало буквально полыхать излучая странное тепло и белое сияние. Даже при свете дня оно было заметно. — Что за?.. — охнула я, чувствуя вскрики непонимания и остальных хранителей. Видно, это происходит со всеми одновременно. Даже кольцо у Хибари стало полыхать на удивление ярко, и он с хмурым видом обратил на него внимание. Далее последовало ещё одно шоу, от которого у меня мозги в трубочку заворачивались, и я уже вообще ничего не понимала. Просто шаурма вместо головы. Из всех колец вышло небольшое сияние, напоминающее голограмму прямо над нашими головами. В этих голограммах отражались никто иные как первые Хранители Вонголы. Причём над каждым кольцом свой Хранитель. Передо мной и Кёей стояли Хранитель Облака, Алауди, и Хранитель Луны, Доротея. Вновь поразилась удивительным внешним сходством нас самих с Первыми Хранителями. Во всяком случае, Кёя был очень похож на Алауди, а я… на Доротею. Разве что цвет волос другой. Алауди имел ту же причёску, что у Кёи, но имел от природы чуть ли не белоснежные волосы и голубые глаза. В то время как у Доротеи были тёмно-каштановые волосы, слегка загорелая кожа, но точно такие же золотистые глаза, как у меня. — Как глупо, — хмыкнул Алауди, осматривая нас с Хибари. — Хм, — усмехнулась в свою очередь Доротея, также смотря на нас. — Как же мы долго их ждали, — наклонилась вперёд так, чтобы наши лица были на одном уровне. Я пребывала в таком шоке, что даже как правильно дышать разучилась и совершенно ни на что не обращала внимание. Нет, отдалённо слышала разговор остальных Хранителей Первого поколения, но не прислушивалась. Следила за Доротеей. Той, кто считается моим предком. — Дитя, — позвала девушка, которой по внешности не дашь и двадцати пяти. Сколько же ей тут? — Думаю, у нас мало времени, — с некой грустью заметила Доротея. — Прошло много лет с тех пор, как последний Представитель надевал это кольцо. История нашей семьи перевёрнута и забыта в песках времени. Найди истоки прошлого своего древа. — Что? — шептала я, не от того, что голос пропал, просто во рту всё пересохло от паники. — Я… не понимаю вас. Вы говорите загадками. — Тея, — тихо позвал девушку Алауди. — Ты знаешь правила. Мы лишь отголосок прошлого. — Однако можем повлиять на будущее, — настаивала девушка, протягивая к моей голове изящную ладонь. — Дитя, наша история начинается задолго до меня. Найди истоки. Пойми, кто мы есть. Кто ты есть. — Но… где начать искать? — решила спросить я, отложив вопрос «что именно искать» в сторону. — Я уже ответила на этот вопрос, — улыбалась девушка, после чего прикоснулась указательным пальцем к моему кольцу. — Отныне не бойся, дитя. Делай то, что считаешь нужным. Верь в то, что считаешь правильным. Я освобождаю тебя от связывающих уз. Кольцо стало буквально пылать, но не обжигало кожу. К кольцу Хибари также прикоснулись и сияние колец усилилось. А когда всё потухло, я поняла, что и форма кольца изменилась. Теперь на моём пальце красовался огромный персте