– А на самом деле ты это делал? – спрашиваю у него.
Тот в ответ снова ухмыляется. От эмоций будто начинает моргать ещё чаще.
– Меня принудительно перенесли в Омниум и посадили с другими погибшими и опальными инженерами работать над созданием методики картирования мозга умерших людей, – говорит Артём. – Не буду работать – сотрут.
– И как успехи? – с сомнением интересуюсь.
Я, конечно, не программист, но мне кажется, вряд ли из мёртвого мозга можно извлечь что-либо ценное. Как только угасают мозговые импульсы, исчезает и сознание, а остаётся просто мёртвая плоть. Вместо ответа Артём просто машет рукой, подтверждая мои мысли.
– Я постараюсь разобраться, как работает этот код, – говорит он, похлопывая себя по карману с визиткой. – И тогда смогу восстановить твой допуск.
– Спасибо, – благодарю его. – А когда…
– Подожди здесь, у меня для тебя есть кое-что, – прерывает он меня и ныряет за дверь.
Горящий зелёным считывающий глазок моргает и начинает светиться красным. Он больше не проявляет ко мне агрессии, но на всякий случай отхожу чуть подальше от ограждения.
Долго ждать Торжевского не приходится. Программист скрывается в здании и выходит из него уже буквально через три минуты. К стеклянной двери парень подбегает вспотевшим и со сбившимся дыханием.
– Вот, – говорит, потрясая рукой.
Он демонстрирует мне какой-то брелок, напоминающий круглый пульт от автомобильной сигнализации. На нём всего одна кнопка.
– Эта таблетка вышибет из Омниума незаконно погрузившегося и сохранит адрес его подключения, – объясняет Артём. – Просто наведи на него и нажми эту кнопку…
– То, чего мне не хватало!
Забираю устройство и верчу в руках. Торжевский останавливает меня ладонью.
– На себя лучше не наводи, – просит он. – А то мало ли… Не знаю, как Перспектива поведёт себя в твоём случае.
– А если я направлю эту штуковину на обычного Мнемоса? – спрашиваю.
– Ничего не произойдёт, – отвечает Тёма. – Мнемосы, хотя и самостоятельные личности, но всё же являются частью единого кода с Администратором, а поскольку тот – изначально находящаяся здесь нейросеть, его и вышибать некуда. Нельзя отключить Омниум от самого себя.
Убираю кнопку в нагрудный карман рубашки и жму Артёму руку. Его ладонь очень маленькая, но рукопожатие при этом сильнее моего.
– Какой тебе интерес мне помогать?
– Если ты не лжёшь, мы с тобой оказались почти в одинаковом положении, – говорит Тёма. – Когда пойму, как вытащить тебя отсюда, может и сам смогу выбраться.
– Без тела? – сомневаюсь я. – Нужно чтобы кто-то там, снаружи, изготовил тебе Супервента…
Он в который уже раз гогочет, демонстрируя эмоциональную нестабильность.
– Разве я говорю белиберду? – спрашиваю.
– Знаешь, как говорят: «у каждого палача своя виселица, но не каждый из них тянет рычаг».
– Кто так говорит? – удивляюсь, слыша выражение впервые. – И что это значит?
– Что некоторым палачам вместо масок набрасывают петли, – проговаривает Артём, вдруг переставая моргать. – Пустить внутрь не могу, возвращайся часов через пять, всё уже будет готово.
Прощаюсь с Торжевским и спешу обратно к линии наземного межэпохального метро. Судя по клонящемуся к закату солнцу, времени остаётся с запасом на посещение «Вечера времён», поимки мошенника и возвращения обратно. Теперь, с таблеткой, которую дал Артём, мне будет достаточно вычислить преступника. Совсем ненужно гнаться за ним – просто направлю устройство в его сторону, надавлю кнопку, и дело в шляпе!.. А я в – в Омниуме.
Ну, этот вопрос Торжевский тоже сможет решить, ведь не зря говорит так уверенно.
Поначалу пустой вагон с каждой новой остановкой всё сильнее наполняется разношёрстными пассажирами. Тут тебе аристократы и битники, стиляги и бродяги, представители бесчисленных субкультур различных времён и просто одетые со вкусом своих молодых лет люди. И ведь все едут на вечеринку общественным транспортом, хотя могут мгновенно переместиться к темнеющим у самого Рубежа башням.
Изучая полные предвкушения хорошего вечера лица жмущихся друг к другу пассажиров, понимаю, что в этом-то для них и всё удовольствие – не пользоваться быстрым перемещением, не делать свою внешность идеальной, а пытаться скрыть недостатки одеждой, причёсками и косметикой. В настоящей жизни ведь нет ни телепортации, ни гибких настроек своего аватара.