– Что там у тебя? – интересуется.
– Сова, блин! – огрызаюсь и тыкаю в неё своим гаджетом.
– Успокойся и сядь, – твёрдо требует она, повторяя похлопывания по лавке.
Не собираюсь ей подчиняться. Убираю прилипшие к брови волосы и сдуваю с кончика носа капельку пота. Готовлюсь вдавить кнопку в пластиковый корпус.
– Ну как хочешь, – сдаётся женщина. – Предлагаю деловой подход: ты перестаёшь за мной следить и работать на «Заслон», а я называю тебе адрес твоих родителей здесь в «Омниуме».
– Мои родители не здесь! – бросаю я.
– Неужели? – усмехается женщина и принимается хрустеть огрызком.
Даже слушать эту болтовню не собираюсь. Этот незнакомец, кто бы он ни был, тем и зарабатывает, что другим на уши приседает. Нажимаю на кнопку. По корпусу устройства пробегают разноцветные огни. Тихим электрическим писком звучит звуковой код. Ничего не происходит.
– Не понятно, что? – спрашивает женщина. – Подойди-ка поближе.
Делаю несколько шагов в её сторону и давлю повторно. Звук прибора дрожит в ночной прохладе.
– Всё равно не понимаю, чего хочешь, – вздыхает она. – Может там батарейки сели?
Шагаю ещё ближе. Жму кнопку в третий раз. Мерцают лампочки. Девайс пищит. Незнакомка вытягивается в удивлении. Успех? Внезапно та взрывается хохотом.
– Ладно, это уже перестало веселить, – переводит дыхание. – Неужели думал, что со мной такое сработает?
И действительно, почему прибамбас Артёма не работает?
– Ты что же… – гадаю я. – Кто же… Мнемос?.. Нейросеть?!
Молча кивает. Вот ведь зараза! Мог бы и сразу догадаться! Шпионская программа, встроенная в Перспективу! Именно по этой причине Администратор её и не стирает – он, если я правильно понимаю слова Артёма, не способен отличить нейронку-шпиона от себя самого…
– Верно, Вить, – говорит программа.
Она что же, и мысли мои…
– Читаю, – подтверждает мою догадку. – Теперь да, как ты уже догадался, благодаря тому трюку с QR-кодом. А вот держи новый.
Нейромошенник протягивает мне новую визитку вниз изображением кода.
– Тут адрес твоих родных, – поясняет. – Подумай о моём предложении ещё раз.
– А не то что? – спрашиваю.
– Да ничего, – отвечает ИИ. – Я ведь могу и стереть их.
С этими словами нейросеть схлопывается в крошечную точку и исчезает. Быстрое перемещение. Визитка падает в траву. Хотя не имею доверия к этой шпионской нейронке, всё равно поднимаю карточку и, не глядя на неё, кладу в нагрудный карман вместе с бесполезной кнопкой Торжевского.
Шумит дверь лифтовой платформы. Наружу начинают выходить новые посетители тысяча девятьсот сорок седьмого года. Среди них уже довольно много людей, одетых по моде других времён, однако, как только те ступают на землю, – тут же перевоплощаются в более подходящие к здешней эпохе образы. Понятия не имею, происходит ли это автоматически, или же гости сами настолько хорошо организованы, что не желают нарушать местный колорит.
Жду, когда платформа опустеет, и запрыгиваю внутрь стеклянной шахты. Вниз спускаюсь в одиночестве, из-за чего поездка кажется жутковатой – чувствую себя хрупким ничтожеством посреди этого безлюдного бетонного диска. Снаружи снова проплывают этажи каких-то никогда не существовавших ретровейв-времён. Наконец платформа опускается к подножью башни.
Спешу в противоположном движению толпы направлении к ветке метро. Жмусь к поручням на платформе и спускаюсь по лестнице на нижний ярус, где в поезд садятся редкие одиночки, отгулявшие своё на сегодня. Присоединяюсь к ним.
Состав берёт разгон, а я тем временем пытаюсь упорядочить в голове новую информацию. Выходит, злоумышленники каким-то образом умудрились внедрить внутрь Омниума вредный код, подстроившийся под исходную программу Администратора.
Сделать такое явно можно было только изнутри системы, и на это способны только высококлассные специалисты. Тут могло быть два варианта – или после смерти по предварительной договорённости с подельниками в Омниум отправился умелый хакер, или же ворующий данные искусственный интеллект разработал кто-то из погибших, либо намеренно перемещённых сюда инженеров «Заслона».
Вторая загадка – каким образом полученные здесь данные попадают в реальность. Если бы не повышенный контроль, в сообщничестве можно было бы заподозрить Модераторов, но все их действия фиксируются, а воспоминания о проведённых сеансах проверяются сотрудниками УБПС. Скорее всего, стоит искать виновных среди технического персонала, проводящего обслуживание Омниума и теоретически способных при должных навыках на несанкционированное погружение. С другой стороны, опять же, не стоит забывать о проверках воспоминаний после смен. Есть какая-то лазейка. Как мы могли такое проморгать?