– Делаю, да…Для Надюхи и Ритки… – улыбнулся он, будто задумавшись.
– Они часто здесь бывают?
– Ну…Когда как…Признаться честно, хотелось бы чаще, но мы выросли…Поэтому я отдельно от родительского крыла…
– Понимаю…У меня нет братьев или сестёр, но хотелось бы…
– Сонь… Сейчас погоди… – он отставил кастрюльку с огня и тут же перелил в кружку, разбавляя свежими сливками. – Так ещё вкуснее…
Не знаю почему я тут же улыбнулась. Он был таким же милым, как когда мы познакомились. И я не знала, вправе ли думать о нём плохо, ведь со мной он всегда вёл себя по-доброму.
Подав мне кружку, он сел напротив и принялся молчаливо рассматривать меня, пока я прятала от него свои глаза.
– Я не хочу, чтобы ты представляла меня лучше, чем я есть…Потому что это неизбежно приведет к разочарованию…
– Я понимаю, но как ещё? Если ты всегда был со мной добр и мил…Если ты казался мне примером…
– Ты говоришь в прошедшем времени, Соня. Говори, как есть. Даже если придётся расстаться. Что теперь? Врать друг другу до конца своих дней? Это мне тоже не подходит…Давай будем честны…
– В моей семье что мама, что папа очень мягкие…достаточно спокойные…Я бы даже сказала, набожные, Кир…Наверное, поэтому я такая…Я не то чтобы верующая, но…Я считаю, что есть какие-то грехи, за которые мы всю жизнь несём ответственность…
– И ты боишься за мои грехи? Думаешь, ты как-то будешь за них отвечать вместо меня? Или твой выбор должен быть так же чист, как твоя душа…?
– Не знаю… Наверное, я боюсь видеть это, наблюдать…Ведь в какой-то мере несу за это ответственность…Ты же сделал это из-за меня…
– Соня…Ты сама сказала, я мог сделать иначе. Значит, это был мой выбор. Тебе не нужно себя винить в этом…Пей шоколад…Грейся и ложись спать…
– Ты не расскажешь мне? О чём ты говорил там…
– Нет, прости…
– Понятно.
– Дело не в тебе.
– Вы с Глебом давно знакомы, да?
– А что?
– Просто хочу это знать…
– Давно. Кажется, что всю жизнь. И я не лучше его. Если ты вдруг сделала такие выводы.
– Дело не в этом, Кир! – подорвалась я, огибая стол, и подошла к нему практически впритык, встав между его коленей и глядя в глаза. – Ты ведь понимаешь меня? Скажи, что понимаешь…
Мои ладони сами легли на его плечи, а он смотрел на меня как раненный зверь, которому сейчас нужно было только одно – ласка и прощение.
– Я понимаю одно, – прошептал он, отодвигая меня от себя. – Если ты считаешь, что тебе рядом со мной не место, то не стоит и начинать что-то. Потому что уже достаточно больно, Соня. И я явно не тот человек, который сможет измениться в угоду твоим набожным представлениям.
– Почему? Почему, если ты…Ты ведь другой…Я вижу в тебе это, Кир. Ты хороший. Ты…
– Ты себе это придумала, малыш. Просто придумала, понимаешь?
– Нет, не понимаю…Я не понимаю, почему ты делаешь это со мной…Почему ты так резко…Изменился…
– Я не менялся, Сонь. Ты видела одну мою сторону. И я никогда бы тебя не тронул. Как не тронул бы ни одну другую девушку. Всё просто. Всё офигеть как просто…
– Но я уже чувствую к тебе многое…Как мне просто уйти? Будто между нами ничего не было…Будто тебе не важно.
– Мне не важно? Ты сейчас серьезно? Поэтому я прострелил какому-то быдлану колени? Потому что мне не важно?
Я ощутила, что мои глаза начинают слезиться, сразу как он отторгнул меня от себя, а после этих фраз и вовсе словно оказалась за тысячи километров от него.
– Кир, обними меня, пожалуйста…
– Сонь…Зачем? Чтобы что? Чтобы завтра услышать от тебя, что я воспользовался? Что я плохой человек? Прости, но я убежден, что если ты сразу этого всего не приняла, то не примешь и потом. И мы будем только мучить друг друга. Кому это нужно?
А вот после этой фразы я совершенно расклеилась и начала рыдать уже навзрыд, отчего Кир естественно растерялся и не смог стоять в стороне, прижав меня к себе.
– Малыш… Не надо так…Я прошу тебя успокоиться… – его большие пальцы вытирали слёзы с моих щек, а я вдруг не выдержала и начала целовать его, вонзившись солёными поцелуями в его мягкие губы, обрамленные жесткой щетиной. Не знаю, чем я руководствовалась, просто сама себя не понимала. С одной стороны, я уже нарисовала его совсем другим и влюбилась в него. А с другой – увидела его настоящее лицо и испугалась. Но сейчас мне хотелось стереть все свои представления и попытаться узнать его заново.