Даже дверь входная не хлопнула. Боль пока ещё не возвращалась. Но так и должно быть. Иногда он увлекался на несколько дней. Поэтому я старалась принимать зелья время действия которых было около двенадцати часов. А потом приходилось принимать новую дозу. Он мог пытать меня долго, но даже этому монстру нужно было питаться и спать.
Надо подниматься. Нельзя лежать и дальше в крови и ждать неизвестно чего. К тому же в связи с отсутствием ощущений я не могу адекватно оценить полученные повреждения. Может мне вообще нужна помощь.
Попыталась подняться и е смогла. Повернулась несколько раз не ощущая собственного тела и всхлипнула, когда ударилась им об пол. Волной накатила жалость к самой себе - слабой и беспомощной. Как и всегда после его визитов. Хотелось сжаться в комок и реветь, пока не нагрянет в гости госпожа апатия. Вдохнула сквозь крепко сжатые зубы и решительно оперлась на подрагивающие руки, поднимая непослушное тело в сидячее положение.
-Ани?...
И я снова всхлипнула. Кто угодно, но только не он... Почему именно Эйф видит меня в таком состоянии?...
ГЛАВА 20
-Ани,- его потрясенный взгляд не открывается от меня, в то время как я наоборот, опускаю голову, боясь смотреть на него.
Мне стыдно. До дрожи. Унизительно и мерзко, что он видит меня в таким состоянии. Видит мою кровь и размазанные по телу следы страсти супруга. Сама мысль, что он знает о том, что какое-то время назад, меня касался иной мужчина, вызывает тошноту.
-Уйди,- я прошу, почти умоляю оставить меня и дать мне сохранить остатки гордости.
Но я так же знаю, что он меня не оставит, не сможет бросить в таком состоянии. Не тогда, когда я выгляжу так, словно с меня содрали кожу.
Мое тело бьёт дрожь. Даже сидеть ему сейчас оказывается неимоверно тяжело. Но я сжимаю зубы, продолжая издеваться над мышцами и сухожилиями. Более того,делаю пока безуспешные попытки подняться на ноги. Так, наверное, ребенок учиться ходить. Поднимаясь и снова падая на пол. Эйф,касается моего плеча, пытаясь поймать мой взгляд,который я упорно отвожу. И тотчас одергивает руку, увидев моего шевельнувшегося стража.
-Пожалуйста,- я почти плачу, упираясь раскрытой ладонью в его белоснежную рубашку,- дай мне сохранить остатки самоуважения. Уйди. Не терзай себя и меня - я просто не переживу твоей жалости.
-Жалость?!- я слышу в его голосе искреннее недоумение и робко поднимаю голову, натыкаясь на полыхающий сдержанной яростью взгляд. К счастью, направленной не на меня яростью.- Прости, но вряд ли в наших отношениях вообще может возникнуть это слово. И ты и я слишком уважаем друг друга для того, чтобы испытывать подобные эмоции. Если хочешь знать, то я потрясен твоей стойкостью и восхищён, тем, что ты находишь в себе силы для борьбы. Поверь, больше всего на свете мне хотелось бы сказать тебе, что я как и раньше всегда буду за твоей спиной, что подобное больше не повториться, но я утратил право на такие слова, когда не смог защитить тебя. Поэтому, будь хорошей девочкой и не отвергай мою помощь хотя бы сейчас. Для меня это важно, Аниэлла. Дай мне хоть как-то почувствовать себя нужным и попытаться исправить последствия своей ошибки.
Понимаю, что не могу сейчас выгнал его. Переступаю через себя, позволив ему остаться. Через свой стыд, чувство унижения. Но вина внутри ядовитой змеёй поднимает свою голову, напоминая, что я не имею прав пользоваться его помощью. А от взгляда любимого мужчины и вовсе жалит своим ядом. Вот только молчу, потому что вижу на дне его глаз такую же ядовитую дрянь.
-Я не чувствую боли,- прикрывая глаза произношу, не в силах смотрет и анализировать сейчас происходящее. Тотчас на мои плечи опускается чистая простынь, в которую меня бережно заворачивают и поднимают наконец, на руки.
-Позвать целителя?
-Отрицательно машу головой - не хватало мне ещё других свидетелей.
- Надо наполнить ванну водой. На первом этаже есть лекарства.
- Понял,- он пинком распахивает дверь спальни и несет меня вниз, осторожно прижимая к себе.
-Почему ты вернулся так рано?
-Не смог связаться с Леоном - решил, что что-то произошло и оставил на дядю совет.