Наконец, студентка появилась в поле нашего зрения. Она явно торопилась, но по ней было видно, что ночи она проводит правильно. Спит, пускай и не в постели. На щеке у девушки явственно отпечаталась сегодняшняя лекция, прямо указывая на то, что подушкой у нее в эту ночь был конспект.
Послышались смешки от парней и якобы остроумные замечания. Пришлось цыкнуть на шутников и отвести единственную даму помимо меня в сторонку, где я с грехом пополам, но все же наколдовала воду. Поняв что к чему, моя непосредственная протеже покраснела как маков цвет, что было заметно даже при свете пульсара. А девочка очень миленькая, кудрявая блондиночка, хрупкая как лепесток нежной орхидеи. Она удостоилась заинтересованного взгляда даже от Леона, не говоря уж о молодых парнях. Леону я украдкой показала кулак, намекая, что игр в его манере по отношению к моей студентке не потерплю. Тот понятливо вздохнул и постарался впредь так явственно не скашивать зрение на хорошенькую девчушку.
-Итак, студенты,- выдвинулась я вперед,- В связи с явной активностью хантароги, было решено провести внеплановую практику по ее изучению. Учитывая, что наш путь лежит в ночной лес, требую соблюдать от вас правила безопасности. Никаких шалостей, минимум шума, минимум магии. Двигаемся одной группой, сильно не растягиваемся, в сторону не уходим, в прятки не играем. Впереди я и ректор, замыкающим — Леон. Очень сильно надеюсь, что мозги у вас имеются и мы доберемся до источника звука в кратчайшие сроки.
С этими словами, я хлопнула в ладоши, гася пульсар ректора. С громким пуфом тот схлопнулся, а я удостоилась удивленного взгляда от Эйфа и тихого шепотка от студентов:
-Сильна мать...
Ну я же не только листочки два года в приемной перекладывала. Было время для тренировок.
-И что мы так в темноте и будем пробираться через чащу?- удивленно спросил кто-то из студентов.
-Мы все умрем..,- трагически громким шепотом возвестил кто-то еще.
-Поменьше пафоса, ребят,- попросила я, доставая свои зелья.
-Хантароги - важные для магической экологии существа,- быстро просвещала я народ, пока мы двигались к границе леса.- Их задача состоит в поглощении эманаций смерти. По сути, они чистильщики, убирающие опухоли на астральном плане. В местах, где водятся хантароги никогда не будет нежити. К сожалению, эти твари редки. На лес, как правило приходится не больше пары, редко когда лесные границы делят две пары. Три — никогда. Подозревают, что создателями столь специфических существ были почти исчезнувшие сейчас друиды. Необходимость в хантарогах была продиктована высокой смертностью среди людей. Не мне вам рассказывать, что в обычаях человеческого племени хоронить умерших за околицей деревни поближе к лесной границе. А то и вовсе в лесу. Так вот. В давние времена помимо прочего были в чести кровавые обряды и жертвоприношения во славу богов. Так в заповедную рощу пришло племя Ат-Шагоуйра, поклоняющееся одному из таких божеств. Вошедшие во вкус жрецы решили, что им мало резать собственное население и пленили одного из друидов. В момент гибели магия друида сменила полярность и вместо жизни он исторг из себя такое количество смерти на беззащитные заповедные места, что там до сих пор стоят лишь мертвые коряги. Друиды ушли из рощи искать для себя новый дом. Но так просто история не закончилась. Уже через неделю на племя напала стая диких котов, которая выпила досуха жрецов и перебила все население кровавого племени. Надо сказать, что друиды обезопасили себя и окружающих. Магия жизни, которая превалировала среди почти сейчас исчезнувшего вида, является основным и естественным антагонистом магии смерти, а потому губительна для хантарог. В основном же, эволюция со временем изменила созданных тварей до неузнаваемости, сделав их практически неуязвимыми и невероятно опасными. Некроманты, кстати, по- прежнему их любимое блюдо, так что надеюсь среди вас нету тех, кто владеет магией смерти.
Тихо выругался один из студентов и закашлялась моя студентка. Тааак...
Теперь уже я ругалась про себя. Ну, конечно. Как я не догадалась. С тех времен почти никто не связывает магию природы и смерти воедино. Никто и предположить не может, что подобное сочетание возможно.