- Вы не обижайтесь на них, Анатолий Георгиевич, они ребята шумные, но безобидные.
- На таких и захотел бы да не смог, - улыбнулся Талян.
- Лёшка вообще безотцовщиной рос, - кивнул начальник на рыжие усы, - Если бы после восьмого класса в Суворовское не взяли, то точно бы своей энергией школу разнес. Потом танковое училище, Авган, ЗГВ, дикая дивизия, когда Горбачев страну продал, он тоже решил что-то с этого поиметь. Энергии до хрена. И связей. Вымутил себе квартиру в столице, старшего сына там пристроил. В области бизнес наладил, сеть оружейных магазинов «Кольчуга». Может слышали? Младшему бизнес отдал. Жене квартиру. А сам сюда, на родину, в военкомы подался. Вон Вовку везде за собой таскает. Того тоже в главные МЧС-ники пробил. Узнал про ваш паспорт, в тот же день в Москву сорвался. Каких трудов это ему стоило, один Бог знает. Вы же у нас в городе легенда. В школе про вас стенды висят. Только памятника не хватает. А тут еще вы ребенка спасли.
За спиной слышался жующий разговор о пропавшем трупе.
Из окна было видно, как сидевшая на заборе небольшая трехцветная кошка мягко прыгнула на крышу собачей будки, потянулась своей худобой, спрыгнула на землю и смело подошла к миске с едой. Как только Пират в очередной раз оторвал морду от еды, она моментально надыбилась, зашипела, зафырчала и попыталась лапой съездить ему по носу. Пес отпрыгнул, рыкнул, но кошка нагло бросилась на него. Басовито лая он побежал по кругу, намериваясь забежать кошке сзади. Но она в два прыжка оказалась прямо перед Пиратом и теперь обеими лапами пыталась вцепиться ему в лохматую морду. От неожиданности тот тоненько по щенячьи взвизгнул, бросился мимо миски и, не раздумывая нырнул в спасительную конуру. Кошка не спеша подошла к еде и начала лакать похлебку, не выпуская из поля зрения вход в будку. Как только оттуда появлялся собачий нос, она тут же начинала утробно урчать.
- Ну а Юлий Капитонович? – задал свой главный вопрос Талян, ради которого он и согласился на свое чествование.
- Это отдельная тема, - с удовольствием продолжил начальник, - Мы с Юлькой за одной партой сидели. Вместе Сименона до дыр зачитывали. Это я больше законник, придаток к печатной машинке, а Юлька сыскарь, от Бога. И в области мы вместе начинали. Он быстро старшего получил, потом по особо важным. В девяностые как-то случился у меня разговор с одним авторитетным вором, так он сказал – вам Юлика короновать надо, генеральскими погонами, беспредел бы в органах пресёк, порядок навел, а то ведь мы что, мы все только на вас глядя. Такое уважение опера в криминальной среде дорогого стоит.
- Тогда почему он здесь? - не удержался Талян.
- Долгая история.
- Так я и не спешу, - выдал свой неподдельный интерес к капитану Талян, и тут же поправился, - Если не гоните, конечно.
- Началось все с того, что в девяностые попало к нему дело об изнасиловании. Там и разбираться особо нечего было – отпрыск одного из наших депутатов. Но давить стали. Сверху. Генеральскими погонами. У Юльки дело забрали. А его самого перевели, от греха подальше. Да в такую жопу, не приведи Господь. Там и Железнодорожный вокзал и Центральный рынок и таборы цыган и узбеки с таджиками и сферы влияния. И в довершение ко всему – всё отделение поголовно кто наркоту крышует, кто проституток вокзальных, кто с рынка дань снимает, кто регистрацию кроет. Наверху конечно про это все знали. Денежные ручейки наверх текли. Вот и наводи порядок, если ты такой правильный. Мне тогда служба виделась такой безнадегой. Либо под бандитов ложись, либо сам им становись, либо увольняйся. И казалось, что всё это будет длиться вечно. Я тогда сломался. Освободилось место заместителя начальника тут, в нашей глухоманьской родине, вот я быстренько рапорт, и нырнул сюда до пенсии доживать, район охранять.
- А что Юлик, отказался?
- Ага, - грустно кивнул начальник милиции, - Восемь эпизодов изнасилования, на четыре уголовных дела нарыл. А было так. Линейные, что по вокзалу дежурят, совсем обнаглели в своей безнаказанности. Мало им было, что проституток на субботники тягали, так они ночные обходы по залам ожидания делали, нормальных девчонок, ну кто транзитом ехал, кто в ночь уезжал, с вечера на посадку приходил, заводили к себе в дежурку, что у них за камерами хранения, для проверки документов, ну и насиловали всей сменой. Старались выбирать без местной прописки, чтобы потом перед самым отправлением в поезд затолкнуть, проводнице сдавали как будто пьяную. Но один раз перегнули, может девка сопротивлялась сильно, может ударили неудачно, только убили они ее, а потом труп на рельсы подложили.