- Брали бандиты бомжей, без жилья, прописки, родственников, таких в городе полно было, которые в коллекторах ночевали, пропив свои последние коммуналки. Отмывали их, брили, откармливали недельку две, одевали в дорогие костюмы, выдавая их за бизнесменов, а потом вывозили их на дальние пляжи от глаз подальше, вместе с настоящим бизнесменом. Выкапывали две глубокие ямы, в одну закапывали чистенького бомжа, по самые плечи, и чик, простой косой, молча, без единого слова, сносили ему голову одним движением, на глазах у правдушного бизнесмена. Показательное выступление. Реалистично. Наглядно. Вы когда-нибудь видели, как из артерии фонтан бьет, кровь пульсирует? Без всяких уговоров и избиений. Тут весь бизнес отдашь, лишь бы остаться в живых. Вторая яма для тебя.
- К чему вы это, Юлий Капитонович?
Юлий помолчал, глядя вдаль. Потом еще понизил голос.
- Когда меня система прессовать стала, и с Наташкой все это случилось…. Подъехали ко мне два «новых бизнесмена», мягко говоря. Передают мне коробку заклеенную. «Юлий Капитонович, мы точно знаем, кто покалечил вашу дочь, пытаясь убить. Она-то причем? Это неправильно. Так точно не должно быть». Я вообще тогда не понял этих слов….
- Пока коробку не открыл? А там….
- В целлофановых пакетах две головы основных фигурантов дела. И видеокассета с их признаниями.
- И вы об этом никому не сообщили….
- Я слишком хорошо знаю систему. Мне что, с этой коробкой нужно было на службу явиться? Да к тому времени я и службу потерял, и подследственным оказался.
- Да уж, мало у вас было проблем….
- Дело об исчезновении пока никто не открывал, заявлений нет, трупов нет. Все решили, что они в бегах. Только розыскные мероприятия. Первый раз в жизни я так сильно испугался… за Наталью. Что с ней без меня будет. Все ближние и дальние пляжи сам объехал, тела разыскивал…. Вы единственный, кому я смог это рассказать. Не могу я больше это в себе таскать. И выхода не вижу….
Громко хлопнула калитка. Юлий с Таляном обернулись. Через лужайку в сторону беседки шли Аделаида с Платоном. У Таляна ёкнуло сердце и слегка зашевелились волосы на голове. Если бы он мог раствориться в воздухе, то непременно бы так и сделал.
Первый раз в своей жизни он видел Аделаиду среди людей, и это не предвещало ничего хорошего. Обнявшись с сыном, он представил подошедших Юлию.
- Что-то случилось? Экстраординарное? - произнес Талян, с замиранием сердца, - Не зря же явилась.
Аделаида удивленно-непонимающе подняла брови.
- Что празднуем? А, вижу, - она поднялась на ступеньку беседки, взяла в руки папку, - Гляди-ка, ты прямо родственник-родственник. Официально, - Аделаида пролистала бумаги, - Дедушка-опекун. Поздравляю.
У Таляна пробежал холодок по спине.
- Да расслабься ты.
- Какие новости в «Омуте»?
- Нуу… вот ты сына в хранилище бросил, к нам носа не кажешь… ну какие это для тебя новости.
- И это все…? – пришла очередь удивиться Таляну.
Лоранс, еще издалека завидев гостей, сразу усадила уставшую Наташу в каталку, укутала её пледами и стояла у детской коляски, напряженно вслушиваясь в разговор.
- Ну вот еще Платон хотел тебя зачем-то видеть. Пусть сам скажет.
- Папа… - с детской непосредственностью начал взрослый дядька, но взорвавшийся смех смутил его, не дав начать.
- Вот что с молодежью сырые подвалы делают…!
- У нас сухо, - улыбалась Аделаида, - Претензии больше к тебе. Нельзя учить русский язык по старым рукописям. Нужно живое общение.
- В чем смех, папа…?
- Брось ты эти формальности, - Талян тоже улыбался, - Говори так, как слова в голове лягут. Тебя никто за это не осудит. Дель, надо ребенка забирать от вас. На вольные хлеба.
Аделаида только пожала плечами, отщипывая виноградинки от большой грозди.
- А кто против? Запущенный случай. Тобой. Ни одно дело до конца не доводишь, на полпути бросаешь. Близнец что ли ты по гороскопу?
- Так что ты хотел спросить, Платон?
- Можно я и другие сундуки буду лезть… буду лезать… буду лазать…, - Платон возмущенно бросил тискать упрямый глагол, - Смотреть в них.
- Конечно можно. Даже очень похвально. Это же твои предки…
- Я скажу. Я понял главное – мой настоящий дед гений…, нет, мой дед настоящий гений, твой дед Ай-Болит, - Платон улыбнулся, довольный знанием советских сказок, - Я хочу стать гениальным Ай-Болитом!
- Ну а что, все предпосылки для этого есть, - выплевывая виноградные косточки в кулак, проговорила Аделаида, - Есть сумасшедший папаша, вернувшийся из ссылки. Есть сумасшедшая мамаша, бизнес-леди, которая на третий день сбежала в свою фарм-компанию, бросив сына. Видите ли, на ней ответственность, за тыщи людей, а на ответственность за сына ей наплевать. Кукушка.