- Первый раз он здесь, - как бы виновато извиняясь, кивнул он ведьмочкам, – Завтра проспится. Загрузил я вас, девочки… ну что, по палатам?
- Таль, может останешься? – двузначно сказала Лора, взяв его за пояс и просительно заглянув в глаза.
- Обязательно останусь… только не сейчас, - масштабно перевел он ее двузначие, – Мне бы сейчас со своими делами разобраться, порешать кой-чего, архив деда разобрать, виноват я перед ним, полтораста лет его сундук меня дожидается…, - и еще раз глянув ей в глаза, добавил – Спасибо тебе, Лоранц….
- За что? – она вскинула брови.
- В себя приходить начал….
«Лорка – большая умница, и радуется она мне совершенно искренне, добрая она… но и ей лишнее знать ни к чему…» - тепло думал Талян, улыбаясь и вставляя кусок пластика в свою дверь.
продолжение три
Не спалось. Совсем не спалось. Ни одним глазом. Абсолютная тишина глубины давила, начинала раздражать. Последние сто лет он засыпал под щебет птиц или завывание вьюги, мурлыканье кошки… на худой конец под шорох тараканов по бумажным обоям или писк комара. Жизнь ни на секунду не останавливалась вокруг него….
Талян встал с кровати, быстро принял душ, насухо вытерся, побрился, оделся попроще…. Лифт поднял его на первый этаж и тихо открыл двери в темный коридор фойе. Едва касаясь ногами мрамора, Талян дошел до фонтана, когда услышал, вернее, почувствовал в темноте Аделаиду, сидящую в глубоком кресле. Перед ней на маленьком столике лежал древний фолиант.
- Кхм… - робко кашлянул Талян, - Аделаида Вельзевуловна…
- Не спится… понимаю… - ответила ему темнота.
- Дык, от тишины такой уж отвык… решил вот на зорьке утренней в Омуте купнуться… моцион, так сказать…, - соврал он.
- А чего на полусогнутых…?
- Дык, обеспокоить в ночи боюсь кого….
- Таль, кончай кривляться, - она перевернула страницу.
- Да рази можно, Аделаи….
- Ну дело твое, - перебила она его.
- Первая начала, - с детской обидой запоздало отреагировал Талян, и тут же передразнил, - Ах не помню.., Забубенский…, денек потерял… - стюардесса ёп-тель….
– Паспорт с собой? Может там подправить чего? – ни на секунду не поверив в «водные процедуры» спросила она.
- Да он у меня правдушный. Еще серпастый молоткастый честно на двуглавый поменял, - с ноткой иронии буркнул он.
Аделаида в темноте безразлично пожала плечами, не отрывая взгляда от книги. Талян не спеша прошел мимо столика к двери.
- Там, внизу, архив твоего отца, - в спину Таляну тихо проговорила Аделаида.
Он резко остановился и развернулся.
- Знаешь? – спросила она
- Читал.
- Где?
- Вот в этих руках, - он показал ей ладони, – Держал расстрельный приказ на него…
- Ну тогда мне проще. Не надо объяснять. Когда вернешься, дам тебе ключ.
Прозрачная дверь беззвучно отъехала в сторону…
Не успел Талян перешагнуть порог и вдохнуть чистый лесной воздух, как входная дверь противно скрипнула, одновременно блямкнув колокольчиком и со всего размаху врезалась ему в зад. От неожиданности он дернулся, споткнулся о прогнившую ступеньку и, потеряв равновесие растянулся на песке, зарывшись в него носом.
«От мляа, народец, - возмущенно подумал он, отряхивая одежду и вытирая лицо от песка, – Ракеты в космос запускаем, атомоходы под воду, самолеты реактивные, а унитазы до сих пор текут, сто лет в сливных бачках гирьки чугунные на цэпочках висят… все недосуг, все не до пустяков. Бомбу атомную взорвали, реакторы построили, а жопы лопухом вытирали, в лучшем случае «Комсомолками» и прочими официальными лицами. Правда, прогресс наметился - в последние годы научились нефть на туалетную бумагу менять….»
Сидя на песке, он улыбнулся в темноту, вспомнив, как давным-давно, спасая от очередного Совета, дед привел его к Вениамину, гениальному колдуну, который всю жизнь занимался искривлением пространства и времени. Вот такие вот «безумные физики» и умудряются впихнуть огромный холл в кривую хибарку, а вот то, что у этой хибарки дверь по жопе бьет тугой вековой пружиной… так то фигня, «издержки глобальных перспектив».
«Обязательно куплю доводчик…» - с удовольствием подумал Талян и снова как давеча потянулся до хруста в суставах.
На северо-востоке небо понемногу светлело, отделившись от темной массы леса. Едва заметный ветерок шевелил макушки деревьев. Озеро сонно шептало камышами, тихо журчало, перекатывалось лениво плескаясь, манило. Талян скинул обувь, засучил брюки, подошел к кромке воды, спугнув спящую лягушку, и опустил в озеро руки. Маслянисто-черная вода качнула звезды, обрадовано заиграла, хлюпнула мелкой волной о берег. И Талян не смог удержаться от такого искушения, сбросил одежду и без всплеска вошел в воду, боясь потревожить предрассветный сон природы.