Выбрать главу

Мэри и Кэрол Хиггинс Кларк

Он бережет твой сон

Mary Higgins Clark, Carol Higgins Clark He Sees You When You're Sleeping 2001год

Перевод: NatalyNN, Nara

Бета-ридинг: codeburger, Nara, Мария Ширинова

Перевод осуществлен на сайте http://lady.webnice.ru

Принять участие в работе Лиги переводчиков

http://lady.webnice.ru/forum/viewtopic.php?t=5151

Аннотация

До Рождества осталось всего несколько дней. Брукс Стерлинг вот уже сорок шесть лет (по земным меркам) томится в приемной Небесной канцелярии, ожидая решения своей загробной участи. Наконец наступает заветный день, и небесные чиновники сообщают Стерлингу, что он прожил свою жизнь ни шатко ни валко, поэтому не достоин пропуска в рай. Однако есть шанс исправиться… И предлагают ему поучаствовать в эксперименте – вернуться на землю и кому-нибудь помочь. Если он справится со своей миссией, то Небесный Совет пересмотрит свое решение и наградой станет вечное блаженство. Стерлинг соглашается…

Глава 1

Нет ничего печальнее, чем внимать звукам подготовки грандиозной вечеринки, зная, что тебя на нее не пригласили. «Еще хуже, когда вечеринка проводится на Небесах», – размышлял Стерлинг Брукс. Он томился в Небесной приемной, расположенной прямо у священных врат, вот уже сорок шесть лет по земным меркам и в данный момент ясно слышал, как Небесный хор репетирует песнопение, которым начнется предстоящее празднование сочельника.

«Вести ангельской внемли…»

Он всегда любил эту песню. Стерлинг вздохнул, поерзал на сиденье и посмотрел вокруг. Ряды скамеек были заполнены людьми, ожидающими вызова в Небесную канцелярию, чтобы отчитаться за совершенное или несовершенное в жизни, прежде чем получить допуск на Небеса.

Стерлинг пробыл здесь дольше всех, поэтому чувствовал себя ребенком, которого мать забыла забрать из школы. Обычно он легко изображал непринужденную любезность, но в последнее время ощущал себя все более и более несчастным. Со своего места у окна он все эти годы наблюдал, как многие из знакомых со свистом проносятся мимо, без остановки попадая в заветные жемчужные врата. Иногда Стерлинг возмущался и даже немного злился, что им не пришлось томиться в Небесной приемной. Даже парень, который мухлевал с налогом на прибыль и лгал о своих достижениях в гольфе, безмятежно миновал мост, отделяющий зал ожидания от священных врат.

Но появление Энни разорвало ему сердце. Брукс любил эту женщину, но так и не женился, поэтому потерял, и вдруг она проплыла мимо, выглядя такой же красивой и молодой, как в первый день их знакомства. Стерлинг подбежал к информационной стойке и задал вопрос об Энни Мэнсфилд, душа которой только что отлетела от смотрового окна. Ангел взглянул в монитор и поднял брови:

– Она умерла несколько минут назад, на восемьдесят седьмой день рождения. Задувала свечи, и вдруг у нее закружилась голова. Что за образцовую жизнь она вела! Щедрая. Добрая. Заботливая. Любящая.

– Она была замужем? – полюбопытствовал Стерлинг.

Ангел нажал несколько клавиш и пошевелил «мышью», словно билетный кассир в аэропорту, ищущий подтверждение бронирования.

– Очень долгое время встречалась с каким-то придурком, – нахмурился ангел, – который просто морочил ей голову, а после его неожиданной смерти впала в отчаяние. Глупцу пробило череп мячом для гольфа.

Ангел снова перевел курсор и посмотрел на Стерлинга:

– Ой, извините. Это вы, оказывается.

Стерлинг понуро вернулся на свое место.

С момента кончины Брукс много размышлял и понял, что провел пятьдесят один год на земле, никогда не принимая на себя ответственность и всегда старательно держась подальше от неприятностей и тревог. И честно признался сам себе, что руководствовался девизом Скарлетт О'Хара – «Я подумаю об этом завтра».

Единственный период в биографии, когда он долго и по-настоящему переживал, – пока томился в списке кандидатов на зачисление в Брауновский университет. Все его школьные друзья получили толстые конверты из выбранных ими колледжей с сообщениями о том, что их ждут с распростертыми объятиями, и настоятельными призывами немедленно отправить чеки на оплату обучения.

А Стерлингу из приемной комиссии позвонили всего за несколько дней до начала учебы с подтверждением, что для него нашлось-таки место на первом курсе. Долгожданное известие положило конец самым длинным четырем с половиной месяцам его жизни.

Брукс знал, что причина его затяжного приема в Браун, несмотря на острый ум и отличные результаты в спортивном многоборье, состояла в том, что он, не особо напрягаясь, просто плыл по течению до университета.

Внезапно его охватил ледяной ужас. Тогда он все-таки попал в вожделенный колледж, но, возможно, здесь и сейчас ему не настолько повезет, а ведь до сей поры он был абсолютно уверен, что в конце концов окажется в Раю.

Стерлинг напомнил ангелу возле двери Небесной канцелярии, что кое-кого из попавших сюда гораздо позже уже вызывали на Совет, и поинтересовался, не забыли ли про него случайно. Ангел вежливо, но твердо предложил ему вернуться на свое место в приемную.

Стерлинг мечтал попасть на Небеса уже в предстоящий сочельник. Выражения лиц людей, пролетающих мимо окна и изумленно взирающих на открытые врата, наполняли его сладким предвкушением. А теперь и Энни отправилась туда.

Ангел у дверей жестом привлек всеобщее внимание:

– У меня для вас радостная весть – некоторые попадают под объявленную Рождественскую амнистию. Счастливчикам не придется представать перед Небесным советом. Выходите через дверь справа, которая ведет прямо к Небесному мосту. Встаньте и степенно проследуйте к выходу те, чьи имена я назову… Уолтер Каммингс…

Уолтер, бодрый девяностолетний старикан, сидевший несколькими скамейками позади, вскочил и щелкнул каблуками.

– Аллилуйя! – завопил он и побежал вперед.

– Я же сказал – степенно, – попенял ангел каким-то отрешенным голосом. – Хотя не могу вас винить, – пробормотал он и назвал следующее имя: – Тито Ортиз…

Тот радостно вскрикнул и заспешил по проходу, наступая на пятки Уолтеру.

– Джекки Миллс, Деннис Сосны, Вероника Мерфи, Шарлотта Грин, Паскуале Д'Амато, Уинтроп Ллойд III, Чарли Поттерс, Джекоб Вайс, Тен Эйк Элмендорф…

Ангел выкликал имя за именем, пока скамьи не опустели.

Потом закончил читать список и сложил бумаги. Стерлинг был единственным, кто остался. Слезы навернулись ему на глаза от ощущения полного одиночества. «Должно быть, я ужасный человек, – опечалился он, – поэтому никогда не попаду на Небеса».

Ангел убрал документы и направился к нему. «О, нет, – лихорадочно заметались мысли в голове Стерлинга, – только не говорите, что посылаете меня в другое место».

Брукс впервые осознал, что значит чувствовать себя совершенно беспомощным и отчаявшимся.

– Стерлинг Брукс, – провозгласил ангел. – Вы вызываетесь на внеочередное заседание Небесного совета. Следуйте за мной, пожалуйста.

Крошечная искорка надежды зажглась в душе Стерлинга. Может, ему дают еще один шанс. Собравшись с духом, он встал и последовал за ангелом. Тот с полным сочувствия лицом участливым голосом прошептал:

– Удачи.

Потом открыл дверь и втолкнул Стерлинга внутрь.

Небольшая комната была залита мягким чарующим светом, подобного которому Брукс никогда не видывал. Окна от пола до потолка открывали восхитительный вид на Небесные врата, и он понял, что сияние исходит от них.

За длинным столом лицом к вошедшему сидели четыре женщины и столько же мужчин. По ореолам над головами Брукс сразу догадался, что все они святые, даже если он и не видел их на витражах в соборах, которые посещал во время отпуска. Одеяния самые разнообразные – от библейских времен до двадцатого века. Внезапно проснувшаяся смекалка подсказала, что они облачены в типичные для своей эпохи наряды. Мужчина с аскетическим монашеским лицом на другом конце стола начал заседание:

– Садитесь, Стерлинг. У нас имеются к вам вопросы.

Брукс опустился на стул, остро ощущая, что все взоры устремлены на него.