Куда?- спросила она. Он Ответил: Да на Канары.
Чем я лучше твоей Тамары? Она молчала, стыдливо пряча те мысли, где он целует ее в висок. Только Тома, наверное, красотка. С правильной грудью и носом, с выпрямленными волосами, которые блестят так надо – сами, природой дано, ну как бы. В этих Томочках все до скуки красиво. Они, будем честны, все немного суки и все же они - любимы. Их вечера не диван, не кот, не телевизор с кучерявой Керри.
У них там свои интерьеры.
Они не опускаются с пеной в ванну, чтобы пеной скрыть и спрятать комплексы. Чтобы торчала одна голова и колени. А там под водой то самое тело. И грудь. Но вам это слышать снова и снова уже надоело.
Пока она размышляла, уставившись на дно коричневого чая, Он встал, помыл чашку и блюдце. Он моет посуду! Она чуть не упала со стула, нет так, не бывает. Его не бывает, Он призрак, мираж, воспаление мозга от одиночества. Ах, знала бы мама, какое несчастье случилось с ее дочерью.
Он подошел к ней близко. Она встала. Какой уставший бледный призрак,- подумала. Поцеловала. Он прикоснулся к талии руками. И настоящий.
А дальше все как в пошленьком романе. Он так хорош, но я-то, я – то? Не думала, что так развратна. Бедный Вадим, подумалось под утро. Уснула. Призрак рядом спал.
Она проснулась. Он уже уехал. А может быть его придумала ее болезнь. Она решила не задумываться больше. Вся жизнь по-прежнему ровным пунктиром и тире, где разницу почти не уловить. Ах, да, кота свозить к ветеринару.
Сказать Вадиму, что им пора расстаться. Они, конечно, пара, как колготки. Смешные вытянутые червячки. Им никогда не быть обоим идеалом. Наверное, уж лучше бы Его и не встречала.
Вся жизнь теперь как нитка с узелком.
Пирог с капустой тоже очень вкусно. Надежда глупая больная баба. Мне нужен просто один вечер. Он не вернется, и позабуду все рецепты – убеждала. Саму себя. Где Он, где я? Килиманджаро. В дверь позвонили.
Он для нее слишком красив. Обычно в спину им шептали…
Конец