Оба засмеялись.
– А к урочищу-то едем? – Алёша поцеловал её в плечо, отчего по Олеськиному телу побежали горячие волны, – Сколько можно тянуть? Пацан ждёт.
– Зимой?
– Завтра уже весна, Олесь, погода хорошая, и… у меня практически вездеход.
– А… ну да. Ты теперь человек Тефлонового короля, люди которого ездят на джипарях.
– На Эдуарда Викторовича я не работаю.
– А разве так можно? – Олеся недоумённо нахмурилась.
– Уйти? А почему нет-то? Это не Костян. Эдуард Викторович любит щедрые жесты… ну, когда это выгодно ему, разумеется. У меня всегда были свои цели и мечты.
– А машина откуда?
– Кино кручу для трудящихся, – Алёша загадочно улыбнулся.
– Порнуху? – Олеся испугалась.
– Олесь! О чём ты? Конечно, нет. Я всегда мечтал снимать кино, но сгодился только на то, чтоб открыть сеть видеосалонов.
– Ты спёр мою идею? – она рассмеялась.
– Ага.
– Ладно, давай вставать. Позавтракаем и поедем на твоё страшное урочище смотреть.
– Не страшное, а древнее.
– А и пофиг.
– Только потеплее оденьтесь. Всё же не лето.
Глава 51. Торжественная часть
Олеся с удовольствием разглядывала своё отражение в зеркале, улыбаясь одной ей понятной мысли: настоящий жених появился у неё только тогда, когда она сама твёрдо встала на ноги. Несколько месяцев она была предоставлена самой себе, но не растерялась, как предполагала, а обнаружила в себе скрытые силы и таланты. Оказалось, что не настолько глупа и беспомощна, как сама о себе думала, что умеет договариваться с людьми, не теряя контроль над собой. Костян был не прав насчёт её несостоятельности. Точнее, он нагло брал её на понт, а сам до самой смерти пускал на свою «сладкую Синицу» слюни…
Теперь Олеся свободна и от Костяна, и от прошлого. Да, Краско мог попортить ей кровь, если б захотел, но мотивации уничтожать её у него на сегодняшний момент не было. Олеся слишком маленькая и неприметная для такого титана. Она могла позволить себе жить неспеша, наслаждаясь каждой минутой и выбирая то, к чему лежит душа.
На свою долгожданную свадьбу она выбрала атласное платье кремового цвета, простого кроя, но с ажурными вставками на плечах и спине, длинное, в пол, надела под него эффектные лодочки на невысоком каблуке. После ранения носить шпильку было сложно и больно.
Парикмахер несколько часов колдовала над её причёской, вплетая в волосы искусственные цветы – получилось настоящее произведение искусства. Неброский макияж, оттеняющий и без того яркую красоту завершал эффектный образ.
Невеста.
Сегодня её день.
ИХ с Алёшкой день, и никаких неприятностей.
Рядом суетился сынишка. Тот переживал за организацию праздника даже больше, чем она: собственноручно проверил, чтобы всем подружкам невесты были розданы бутоньерки, проконтролировал, чтобы фотограф не напился раньше времени, а потом и вовсе смылся давать ценные указания жениху, подъехавшему к их подъезду на украшенной разноцветными лентами машине.
Честно говоря, никаких роскошных торжеств Олеся не планировала, но незамужние подружки наперебой галдели о том, что справлять свадьбу в тишине – идея противоестественная. Тем более, что жениха наверняка есть привлекательные приятели.
В общем Олеся подумала и сдалась: один раз живём! Грешно прятать радость и не делиться ею с другими.
Пусть весь город знает, что она счастлива. Ну или хотя бы некоторая часть города. Единственное от чего Олеся отказалась – это от выкупа и прочих патриархальных традиций.
Выкупать её незачем, да и не у кого: она теперь своя собственная.
Жених вошёл в её квартиру с букетом розовых роз и на секунду застыл в дверном проёме, разглядывая Олесю с ребяческим восторгом. Олеся сразу оценила, насколько он преобразился: графитовый костюм-двойка свободного кроя с двубортным пиджаком, кипенно-белая рубашка, чёрный галстук, гладко зачёсанные назад белокурые волосы. Запредельно хорош. Невероятно! Ещё бы дополнить образ чёрными кожаными перчатками и вылитый итальянский мафиози.
– Так нечестно, – заявила Олеся воинственно.
– Нечестно? – от неожиданности Алёша забыл, что собирался подарить свой букет невесте.
– Ты выглядишь красивее невесты, – Олеся прыснула, – Это неприлично с твоей стороны, – и рассмеялась, наслаждаясь глупым Алёшкиным замешательством, – Цветы очень идут к твоему образу.
– Лёня, букет нужно подарить маме, – деловито подсказал вовремя подоспевший Алёша-младший, – Ну же, дари давай! И пойдёмте уже, а то опоздаем в ЗАГС!
– Ну да, – жених хлопнул себя по лбу, – Это тебе, – он протянул Олеське розы, – Ты настолько красивая, что у меня случился приступ столбняка. Поэтому невесты не разрешают смотреть на себя в подвенечном платье до свадьбы? В нокаут и в ЗАГС?