-2-
Утром я с трудом встала. Во-первых, с непривычки рано просыпаться, во-вторых, Аркадий Сергеевич преследовал меня и в мыслях, и во снах.
Усевшись на рабочем месте, и с помочью правой приподняв левую руку, облокотилась на неё головой и принялась набирать мемориальный ордер.
– Доброе утро! – сказал вошедший в кабинет Аркадий Сергеевич. Я нарочно не посмотрела в его сторону. Не хотела видеть. Но ему это не понравилось.
– Наташа, Вы там живы? – спросил он. Все молчали – значит вопрос адресовался мне.
– Немного плечо болит, а так всё нормально, – не смотря на него, ответила я. Не знаю почему я так сказала, но через несколько секунд пожалела о сказанном. Плечо у меня действительно болело, хотя больше беспокоило вырывающееся из груди сердце. И почему я такая глупая? Накрутила себя как школьница!
– Вы ходили в больницу?
– Да.
– К какому врачу?
Я задумалась. Естественно не запомнила ни фамилии, ни имени-отчества.
– Маленькому кругленькому, – посмотрев на него, ответила. Больше избегать его я не могла.
Аркадий Сергеевич ухмыльнулся.
– Всё ясно. Нина Петровна, я забираю её что бы отвезти к своему знакомому. Через час верну в целости и сохранности!
– Хорошо, – недовольным голосом сказала она. Как же я не любила этот голос. Начальница мстительная женщина и эта поездка выйдет мне боком. Но и возразить не могла.
Спустя десять минут мы подошли к черной иномарочке. В точности такой же, какая сбила меня. Неприятная мысль пронзила словно молния.
-3-
За Игоря вышла замуж по настоянию родителей. Он был сыном лучшей подруги матери. Сказать, что я его любила не могу. Просто мне было двадцать пять и мать сутками вбивала в голову, что нужно срочно создать семью. Вот я и создала. Но, у судьбы оказались свои планы – все попытки забеременеть были обречены на провал. Врачи разводили руками – несовместимость, церковь и молитвы тоже не помогли. Затем Игорь загулял. Да и я не далеко от него ушла. Нет, изменять не изменяла, но вот постоянные влюблённости имели место.
По натуре я ужасно влюбчивая. Главное кому-то улыбнуться и сделать комплемент, и я уже мечтаю о любви. Мечтаю потому, что никогда не испытывала и не переживала то, что показывают в фильмах. Сильные чувства, побуждающие на подвиги, кружащие голову и переворачивающие всё нутро. Кто-нибудь знал бы как я их жажду.
Вот и сейчас, когда директор проявил заботу, я вспорхнула словно бабочка. Думала, что парю в небесах, а оказалось – приближаюсь к пламени.
Я бы всё на свете отдала, что бы иномарочка была не его, или что бы меня сбили на другой машине, но…
К больнице мы подъехали быстро. Аркадий Сергеевич всю дорогу развлекал меня как мог, а я, искусственно улыбаясь, снова и снова возвращалась в день аварии, напрасно пытаясь вспомнить хоть что-то о водителе и машине.
– Какие люди! – говорил высокий лысый полный мужчина, когда мы вошли в кабинет. Алексей Александрович работал главным врачом в травматологическом отделении частной поликлиники, и, одновременно, был лучшим другом Аркадия Сергеевича. А если точнее – соседом, с которым он вырос.
– Привет, Лёх. Я тут тебе подчиненную привел. Будь другом, посмотри до обхода.
Врач перевел взгляд на меня и оценивающе осмотрел с ног до головы. Его правая бровь дрогнула, а меня словно кипятком облили. Кто-нибудь знал бы, как я ненавижу такое поведение у мужчин. Не знаю, что заставило её дрогнуть, если внешне я вполне обычная: среднего роста, стройная (за что отдельное спасибо генам отца), с карими выразительными глазами на овальном лице и тёмно-русыми волосами длиной чуть ниже плеч.
– Смотрю, типаж не меняется. Ладно, куда тебя девать – давай карточку.
Выехав с работы, мы сразу заехали на съемную квартиру за рентгеном и прочими документами по лечению. Начальник знал, что без них Алексей Александрович и пальцем не шевельнет. В этом плане он педант. Хотя, со слов начальника, врач по жизни через чур правильный.