Ремизова пожала плечами, беззаботно улыбнулась и посмотрела на меня, как на наивную дурочку.
— Вы слишком впечатлительны. Уверена, что для таких профессионалов, как вы, подобные вопросы — не будут представлять ни сложности, ни опасности.
Я метнулась взглядом к Комарову и поняла: старикашка уже клюнул на её провокацию.
Глава 3. Надя
Даже не знаю, кто из нас двоих тут больше на иголках — я или он. Сижу напротив Ремизова в этом недорогом, но очень уютном кафе, где, казалось бы, никто не должен нас знать, а я уже чувствую, как пульс учащается и мозг работает на пределе. Кажется, вот сейчас, дверь откроется и зайдёт кто-нибудь из знакомых и всё испортит. Начинаю наконец-то понимать, во что вляпалась. Я же ни черта не актриса. У меня и флиртовать-то нормально не получается. Борщ на моей одежде тому доказательство.
Он смотрит на меня с какой-то лёгкой настороженностью, хоть и старается скрыть её за ухмылкой.
— Вы здесь уже были?
— Да, на соседней улице университет, в котором я раньше училась, поэтому знаю об этом заведении. Здесь, правда, вкусно, — на последних словах вдруг чувствую себя неудобно. Будто оправдываюсь перед ним.
— По правде говоря, я уже не голоден, но от кофе не откажусь.
Вскидываю голову и смотрю на него, широко раскрыв глаза.
— Что? Тогда зачем вы поехали со мной?
— Да просто увидел, в каком вы были состоянии. Думал, что просто разрыдаетесь там. А девушка с пятнами супа и слезами… ну как-то совсем перебор.
— Вряд ли я разрыдалась бы, — фыркаю, гордо вскинув голову. — Но было обидно. И давайте перейдём на “ты”, как то неудобно, что постоянно “выкаете” мне.
— Хорошо, я не против, — опускает задумчивый взгляд и медленно проводит пальцем по кромке стола.
Через минуту подходит официант, и Арсений делает заказ. Я останавливаю свой выбор на кофе и десерте.
Пытаюсь как-то стереть неловкость между нами, рассказываю какую-то смешную историю, которая совсем недавно со мной приключилась. Он даже улыбается, еле заметно, но я ловлю момент и тоже искрюсь для него, словно лампочка.
— Ты так и не рассказал, почему твой день не удался сегодня.
— Да ничего особенного, — отмахивается он, будто речь идёт о каком-то пустяке, но по лицу заметно, что это важно для его бизнеса. — Знаешь, бывает так, что не всегда переговоры проходят успешно. Иногда ты выкладываешься по полной, рискуешь, а в ответ получаешь условно — ничего. Это как игра в шахматы. Не всегда удаётся предугадать ходы.
Он на секунду отводит взгляд, будто вспоминая что-то неприятное.
— В бизнесе нет места мягкости, робости, — говорит с ухмылкой, которая одновременно и холодит, и что-то обнажает. — Люди здесь — не друзья, а пешки. Их двигают, бросают, ломают… И если кто-то решит, что ты слаб, он ударит без предупреждения и без жалости.
— Вас кинули? Сорвалась важная сделка? — спрашиваю, нервно накручивая на палец салфетку.
Он на секунду замолкает, кажется, выбирая слова, и добавляет тихо:
— Можно сказать и так. Знаешь, это не только про сделки и деньги. Иногда… это и про людей.
Ремизов смотрит на меня, и в его взгляде столько невысказанного, что становится не по себе. Кажется, что он видит меня насквозь, хоть это и невозможно. Мы с ним точно никогда не пересекались.
— Теперь ты рассказывай о своей неудаче и как оказалась в той столовке.
Я так заслушалась и задумалась о его словах, что не сразу поняла, что теперь он обращается ко мне, а когда подняла взгляд и встретилась с его глазами — чуть не подпрыгнула.
— Я? — вздёргиваю брови. — Совершенно ничего особенного и интересного. Это всё мой руководитель. Отправил сначала по одному адресу, потом по-другому… — отвечаю уклончиво. — Я должна была встретиться с клиентом, но в итоге…
— Встречи не произошло? — заканчивает за меня Ремизов и прищуривается.
— Именно. Поэтому я просто решила пойти и пообедать. Но мне сегодня надо будет вернуться в офис и писать бесконечные отчёты, а я… с пятнами борща на одежде, — криво усмехаюсь. — Ещё и ты, подшучивал надо мной.
— Ты показалась мне интересной.
— Ты хотел сказать чудной?
— Интересной, — поправляет и откидывается на спинку диванчика.
К нам подходит официант — аккуратно ставит на столик чашки с кофе и тарелку с десертом передо мной. Запах свежей выпечки и горьковатый аромат кофе немного разгоняют моё напряжение.
Ремизов берёт чашку и делает глоток, не отрывая от меня взгляда.
— Ну что, продолжаем наш разговор? — спрашивает он. — Признайся. Ты же специально пролила на себя суп?