— И что, все прошло нормально? С ребенком и Настей точно все в порядке? — вновь спрашивает, пытаясь унять дрожь в голосе.
— Егор, что такое летучка? — игнорирую его вопрос. Не до Насти мне сейчас — другое дело горит.
— Планерка.
— Я так и подумала. Спасибо.
— Ага, — кивает он, мешкается, смотрит на документы в моих руках. — Давай, помогу. Теперь понятно, почему ты такая заполошная.
— Да нет, я всегда такая, — выдаю себя.
— Я в шоке, Настя здесь прямо в офисе… Да уж…
— С кем не бывает, — отшучиваюсь, пожимая плечами.
— Вообще-то ни с кем, — ухмыляется он.
Далее мы молча готовим переговорку, но Егор то и дело поглядывает на меня с улыбкой.
Закончив расставлять стаканы с водой и поправляя на стене криво висящую картину с абстракцией, я чувствую, как нервы натягиваются, словно струны. В голове прокручивается что, как только Жданов увидит меня, опозорит и выгонит при всех.
Егор все еще здесь, будто сомневается, стоит ли оставлять меня одну на этом "Титанике".
— Может, кофе? — предлагает он, заметив мое состояние. — После планерки. Вижу, что ты нервничаешь и расстроена из-за первого рабочего дня.
— Не откажусь, — выдыхаю. — Только крепкий. И побольше.
— А… может, тогда просто после работы заскочим в кофейню? Тут есть хорошая неподалеку.
— Я не против, — выдаю с улыбкой.
— Кхм-кхм, я вам не помешал? — раздается ледяной голос за спиной.
От страха вздрагиваю и резко оборачиваюсь назад.
Жданов багровеет от злости, сжимая в руке папку.
— Опять ты?
— Я… я подготовила переговорку к планерке, как вы и просили, — лепечу, стараясь не смотреть ему в глаза. Руки предательски дрожат.
— Я просил? Тебя? — пауза. Жданов занимается самокопанием в своей памяти, — Филиппов, выйди, — наконец рявкает биг-босс.
Егор словно ошпаренный, испаряется за секунду, захлопнув за собой дверь.
Марат Артурович демонстративно идет к столу, с грохотом бросает толстенную папку. В помещении наступает гнетущая тишина, нарушаемая лишь моим сбившимся дыханием.
Ну теперь точно, доигралась ты, Сазонова. И никакие торчащие соски тебе не помогут.
— Оля, Оленька, Олёнок, что же мне с тобой делать? — говорит, затем переводит внимание на часы и тихо чертыхается. — Так, бери блокнот, ручку, записывай все важные моменты, которые будут обсуждаться. Справишься — работа твоя, а если нет, я лично выброшу тебя из офиса. Понятно?
— Спасибо! Я справлюсь! — взвизгиваю от радости.
Но радость была недолгой.
Когда переговорную начали заполнять сотрудники, я поняла одно: планерка обещает быть жаркой.
Глава 4
Оля
Вы смотрели ток-шоу, где обсуждается какая-либо острая тема и участников, а также зрителей накрывает эмоциями? Крики, споры, жаркие баталии…
Кажется, именно на такое шоу я и попала. П-с-с? Где камеры? Куда смотреть?
Теперь понимаю, почему Жданов поручил мне это задание. Вот же хитрый жук! Два часа ада. Из ноздрей разве что дым не идет, спина липким потом покрылась, дышу паровозом. Да я и половины записать не успела! А главное, как из этого базара можно было понять, что “важное”, а что нет?
— Антонов — Восток под твою ответственность, особенно проверь Владивосток, там вплоть до проверок дошло. В общем, плохо все. Филиппов — жду отчет по Челябинску, Екатеринбургу, Тюмени и Тобольску. Кирсанова — Беларусь, где данные по сотрудникам? Наталья, я долго еще буду ждать? Все, начинаем работать, а не штаны протирать! — Жданов хлопает по столу, и все мгновенно вытягиваются по струнке. — Все, давайте закругляться. Расходимся по рабочим местам. Каждому срок — три дня.
Все стремительно утекают из переговорной, и мы с боссом остаемся вдвоем.
— Ну что, Ольга Егоровна, как ваши успехи? — спрашивает он с нотками язвительности.
Пожимаю плечами, а лицо такое, будто лимон съела.
Жданов протягивает руку. Встаю, передаю свои кривые записульки, сажусь обратно на стул. Стыдно-то как.
Читает, брови то вверх ползут, то вниз, то усмехается, то складывает губы в трубочку и выдыхает…
— Ольга Егоровна, сами что думаете?
— Что вы дали мне слишком сложное задание.
— Что значит сложное? Мы с вами тут не в песочнице играем, чтобы вам легко было.
— Марат… — вновь вскакиваю со стула, цепляюсь за что-то колготками. Уродливая стрелка быстро ползет вниз. Только этого мне и не хватало для полного счастья.
Жданов отрывает взгляд от бумаг, внимательно смотрит на меня, скользит взглядом по ногам.
— Ольга, сядьте, — спокойно говорит, указывая на стул. — И да, задание сложное. А вы думали, я вас здесь в качестве картины оставил? Так, для красоты… Вы же сами хотели доказать, что стоите того, чтобы я вас оставил. Вот ваш шанс. Был…