— Спасибо за подробности. Это то, что мне нужно знать на первом свидании, — внимательно осмотрела розы, может найдутся шипы, все же? Хоть один?
— Понял, принял, без подробностей. Тебя отвез сегодня, и поехал на работу. Думал.
— И надумал?
— Да. Что так нельзя. Зацепила ты меня, моя воспитанная, — Игнат притянул меня за талию к себе, неприлично вжал в свое тело. — Очень зацепила. Чего скрывать, я бы хотел думать о тебе меньше, но не могу. Как встретились, не могу перестать о тебе думать. Может, ты ведьма?
— Конечно, я ведьма. Не только у тебя есть недостатки, — потянулась к его лицу, и несмело прикоснулась к линии скул пальцами.
Красивый какой. Только нервный очень, резкий и острый. Но ведь пришел, думал обо мне. И я думала все время. Стояла у самодельного станка, тренировалась, и думала, вспоминала.
Мечтала.
Может, я и правда ведьма? Думала, и вот — Игнат здесь, со мной.
— Я хочу попробовать, малышка. Нормальные отношения. С тобой, — хрипло прошептал он. — Согласна?
8
Согласна ли я на отношения?
Да.
Да!
Да, Боже!!!
— Так что, м? — Игнат провокационно потерся об меня колючим подбородком, слегка оцарапывая щеку. — Ты будешь моей, Слава?
И шепчет ведь. Горячо. Дыханием обжигает, смущение вызывает. И… жар. Я вспоминаю его голову между моих ног, и хочу еще.
Отношений.
Любви.
Секса.
Игната хочу!
— Я подумаю, — сдержанно ответила, и отстранилась мягко. — Подождешь? Я цветы в вазу поставлю, ладно?
Он, кажется, искренне удивился. А я воспользовалась моментом, и юркнула в отель.
Цветы подрезать нечем, прикормки нет. Жаль, недолго простоят… впрочем, еще не вечер, и можно забежать в цветочный за этими мелочами. Игнат не откажет.
А вдруг я выйду, а его нет? Вдруг обиделся на такой мой ответ?
«Если обиделся, то он дурак, — рассудила я. — Я ведь не отказала, я просто «да» не сказала»
Поставила цветы на прикроватную тумбочку, и снова вышла из номера. Походка нервная, а я ведь умею идеально её контролировать, но… волнуюсь очень. И вообще не верю, что со мной все это происходит.
Лет до двенадцати я мечтала о принце из сказки. Затем мои мечты стали чуть более взрослыми, но все равно наивными — хотелось блистать на сцене, и чтобы меня, приму-балерину, увидел какой-нибудь молодой и красивый аристократ. Или, на худой конец, не аристократ, а миллиардер. Но обязательно, молодой и красивый.
А после травмы, когда мама с папой сидели со мной рядом, и мама рассказывала о своем опыте болезни, я отбросила эти мечты. И захотела также, как у родителей — чтобы любовь была. Только влюбляться я, почему-то, могла только в героев книг, в актеров, но никак не в обычных парней.
И тут Игнат. И чувства, буквально оглушившие меня, сбившие с ног так, что взлететь хочется. Он не британский аристократ, и не миллиардер, и… и хорошо, что так! Мне кажется, что все они — те еще засранцы.
Я вышла на крыльцо. Игнат сразу же бросил зажженную сигарету в урну.
Курит, значит.
Взглянул на меня с тенью недовольства, и я приподняла бровь:
— Что?
— Снова испугался, что не выйдешь. Трусом становлюсь.
— Почему я должна была не выходить? — взялась за его локоть, но рука сама собой соскользнула вниз.
И мы переплели ладони.
Да, так намного лучше.
— Почему ты должна была не выходить? — не очень весело усмехнулся Игнат. — А почему ты не согласилась быть моей?
— Я не отказала.
— А что ты сделала?
— А ты догадайся, — придвинулась к нему, прикоснулась щекой к мужскому плечу. — Догадайся, Игнат. Все ведь просто.
Он приноровился к моему шагу, и мы пошли по тротуару, проигнорировав его машину.
Если бы Игнат спросил в лоб, надавил, то я бы сказала, что я — его. Но хочется-то иного: чтобы он постарался, чтобы были свидания, походы в кино, в кафе.
Цветы.
Конфеты.
А просто сказать: «мы вместе», и пойти к нему ночевать я всегда успею.
— Понял, — улыбнулся он. — С тобой не будет просто, да?
— А ты бы хотел, чтобы было просто?
— А ты всегда отвечаешь вопросом на вопрос, Слав?
— Бывает. Кто из нас без недостатков, — тихо рассмеялась я.
И мы пошли по улице, болтая обо всем на свете. Что может быть лучше, чем быть влюбленной девушкой в Питере?
Это у нас с мамой общее — чувства к этому городу. Он не самый удобный для жизни, с бестолковым движением, с машинами, припаркованными прямо на дороге, но все недостатки искупают достоинства. Это даже не архитектура и величие, а сама атмосфера.