– Может, выпьем что-нибудь? – предложил он, и я, закусив губу, согласилась. Игра началась.
Мы прошли к бару, где он заказал нам по коктейлю. Смесь сладкого манго и крепкого рома обожгла горло, разнося по телу приятное тепло. Я грациозно пригубила напиток, наблюдая за Дороховым краем глаза. Он сверлил меня взглядом, как будто оценивал товар на аукционе. Хищник, уверенный в своей победе, привыкший брать желанных женщин. Без обязательств. Без последствий.
Разговор тек непринужденно. Он травил банальные истории о своих путешествиях, об археологии и истории, и в силу своего отличного образования вел весьма занятные беседы. Я слушала вполуха, с каждой минутой все больше убеждаясь в своей правоте. Под маской лощеного молодого мужчины скрывалась циничная насквозь душа самца.
Ближе к середине ночи, когда танцпол начал пустеть, он предложил продолжить вечер в более уединенном месте. Я согласилась, сдерживая торжествующую улыбку. Мы вышли из клуба, и он повел меня к припаркованному неподалеку белоснежному Bentley.
– Твой, – спросила я, кивая на автомобиль. Ло говорила мне, что это не его машина.
– Нет. Это моего друга. Мы здесь встретились, чтобы решить дела и совместить приятное с полезным. Немного развлечься, – продолжая нагло улыбаться, ответил он.
– Предлагаю поехать ко мне. К тебе с другом я точно не собираюсь. Не люблю сюрпризы, – играя обеспокоенность, произнесла я.
– Я за свободу выбора, особенно для женщин. Покажешь, куда к тебе рулить? – спокойно ответил он.
Всю дорогу до моей временной обители он не умолкая щебетал о том, как ему повезло встретить такую загадочную и прекрасную девушку. Я молча улыбалась в ответ, предвкушая скорую развязку.
Когда мы оказались в пустом доме, я позволила ему заключить себя в объятия, а затем, дерзко оттолкнув его, захлопнула дверь на замок. Как пантера, направляясь к опешившему мужчине, я нежно протянула:
– Ты любишь игры?
В его глазах застыла похотливая улыбка, губы растянулись, оголяя ряд белоснежных зубов, а глаза расширились в удивлении, заблестели искрами желания.
– Какие именно любишь ты? – дерзко спросил он, притягивая меня к себе за руку.
Он захватил мои губы в требовательном, властном, настойчивом поцелуе, исследуя каждый уголок моего рта. Его футболка в секунду полетела на пол. Мое дыхание сбилось, голова начала кружиться, даже несмотря на то, что легких коктейлей я выпила всего два, и была практически трезва.
Он подавлял. Да. Собственно, то, что он сейчас делал, можно назвать только так. Ведь его мужская харизма подкупала. Смелые, сильные руки, блуждающие по моему телу, заявляли, что их владелец очень опытный в этих играх партнер. Павел незаметно скользящими движениями практически раздел меня. Вспомнив, как я вылетела на газон со второго этажа особняка Говарда, я мгновенно очнулась от наваждения.
– Сейчас покажу, – играючи ответила, толкая его в грудь и роняя на кровать. Я подняла с пола подготовленные наручники, и демонстративно потрясла перед ним.
– Ооо! Неожиданно! Я почему-то думал, что ты хорошая, скромная девочка, – растягиваясь в улыбке, похотливо произнес он.
Не дожидаясь его согласия, я начала закреплять руки и ноги этого темного «ангелочка» к спинкам кровати. Он игриво наблюдал за моими движениями, при этом уверенно улыбаясь. Видимо даже не подозревая, что продолжение у нашей встречи будет весьма другого плана.
– Ты был плохим мальчиком? – спросила я, садясь на него сверху.
– Очень плохим, но иногда мне нравится быть хорошим, – продолжая улыбаться, ответил он.
Я протяжно поцеловала его в губы, закрепляя последний наручник у изголовья кровати. После чего медленно встала. Прошла к столу и взяла клубнику, предварительно спрятав в нее свое любимое, запланированное оружие для мести – самый жгучий перец в мире Каролина Рипер, который я очень люблю в блюдах, и поэтому выращиваю у себя в поместье.
– Открой ротик, плохой мальчишка, – сказала я, проводя ягодой по его красивым губам.
ГЛАВА 10
Продолжая эту опасную игру, я засунула ему в рот сочную клубнику, скрывающую в себе огненный сюрприз. «Ангелочек», с самодовольной улыбкой, начал жевать, но внезапно его лицо исказила мучительная гримаса страха и боли. Мгновенно я зажала его рот, не давая вырваться содержимому наружу, и заставляя глотать месиво из клубники и жгучего перца.
– Глотай, скотина. Я тебе покажу, кто морковку под землей красит, – прошипела я на русском языке, и каждое мое слово было как удар хлыста.