– Здесь я чувствую себя лучше, – произнес Джамаль, обводя взглядом свои покои. – Это место, где я могу отдохнуть от суеты и посвятить время размышлениям. И только здесь мы должны решать с тобой наши вопросы, потому что связывающие нас тайны не должны стать кому-либо известными.
– Я помню, – ответила я, внимательно изучая известную мне обстановку. – Здесь чувствуется твоя атмосфера умиротворения и сосредоточенности, Джамаль. Хочу тебе напомнить, что когда я стащила для тебя «Свет тени» и не взяла за это ни копейки, ты дал мне слово, что Мансур никогда больше меня не потревожит. Однако он не просто не прекратил поиски меня, что мне хорошо известно, но и решил взять то, что принадлежит мне. Я не хочу, чтобы он вынуждал меня к войне.
– Кристина, я понимаю тебя, но я также понимаю и своего брата. Владеть такой женщиной, как ты, твоей красотой и знаниями, мечтал бы любой мужчина. Ты не только отличный ученый и сильный противник. Ты дикая кошка, способная оторвать голову даже льву. Но свое слово я всегда держу. Мансур не тронет тебя. Однако он может искать встречи с тобой, чтобы договориться. Ты не подумала об этом? – улыбаясь, медленно произнес он.
– Мне не о чем с ним договариваться, – строго заявила я.
– Ты не права, дорогой мой друг. Мансур – твой первый мужчина и имеет право… – начал говорить Джамаль, и от неожиданности я впервые в жизни его перебила.
– Откуда…? – ошарашенно выпалила я, но взяв себя в руки спокойно продолжила. – Джамаль, это не та тема, которую нам следует обсуждать.
– А я думаю, та, – чуть строже ответил он, продолжив свою речь. – Повторяю, он имеет право попросить тебя передумать. Ваш разрыв для него стал глубокой болью. Мансур молод и горяч, творит что хочет, когда речь заходит о тебе.
– Первый, но не единственный же! – возмутилась я.
– Дааа?! – расширив глаза с улыбкой, протянул Джамаль.
– Вот я же говорю, что это не та тема... – начиная злиться, ответила я.
– И много их было? – уже строже спросил он.
– Не важно. Главное, что не единственный, – ответила я и отвела взгляд.
– Мансур тебе этого не простит. Он уже год ищет тебя. Мне тоже непонятно, как тебе удается скрываться. Ты появляешься неожиданно, словно из другой жизни, и исчезаешь, как призрак, – продолжил нотацию Джамаль. – Женщине не подобает так жить.
– Мне нравится, – отрезала я и повела разговор в нужное мне русло. – Жените Мансура. Подберите женщину строгих правил, а ещё лучше собственницу. И Мансур успокоится.
– Нельзя так говорить, Кристина. Уважай наши обычаи, – начал строго говорить он, и вдруг смягчился. – Наши женщины не идут против воли мужчины. Это тебя не спасет. Лучше согласись принадлежать Мансуру, и весь вопрос будет решен. Вы были вместе столько лет. Почему вообще ты восстала против него и ушла?
– Именно потому, что из моего парня он перерос в собственника и заговорил о детях, – раздражаясь воспоминаниям, ответила я. – А я сама хочу решать, от кого буду рожать. И, к тому же, все это слишком рано. Послушай, Джамаль, у нас в кампусе были восточные девушки, которые имели современные взгляды, и они были из знатных семей. Почему бы ему не жениться на такой?
– Потому что Мансур не хочет. Я уже с ним поговорил, – задумчиво ответил мой друг. – Он не тронет тебя. Я дал слово. Пошли. У меня к тебе дело, наемница.
После этого разговора мы прошли в его личную библиотеку, где хранились редкие рукописи и ценные издания, посвященные истории и культуре мира. Он с гордостью показывал мне древние фолианты, рассказывая об их уникальности и исторической значимости. В этот момент я понимала, что за образом этого властного мужчины скрывается глубокий и образованный человек, стремящийся к знаниям и просвещению.
– Я ценю твой визит, Кристина, – сказал Джамаль, закрывая один из старинных томов. – И, конечно же, я в курсе причин твоего приезда. Мансур будет наказан. Но сейчас я хочу спросить твоего совета. Где мне искать это? – и он указал пальцем на мою собственную научную работу.