Пока самолет набирал высоту, Павел молча наблюдал за мной. Его болезненная бледность не удивляла, а слабость и головокружение были неизбежным последствием огнестрельной раны в плечо. Кровотечение я остановила. Ещё на земле ввела ему обезболивающее. На такие операции всегда приходится брать с собой набор первой помощи при ранении. Потеря сознания – частое явление при сильном болевом шоке и массивной кровопотере. После моих манипуляций его организм начал постепенно восстанавливаться, получая необходимый кислород. Сделанная инъекция помогла снять мышечное напряжение и вернуть чувствительность. Туман в его голове медленно рассеивался, и мысли начали выстраиваться в логическую цепочку. И в этот момент Павел задал свой коронный вопрос, от которого я пришла в изумление:
– Почему мы летим к Ежевскому? Кто он тебе?
– Тебя, кажется, знатно приложило! А где, по-твоему, можно вылечить рану так, чтобы никто об этом не узнал? И где, по-твоему, Джорджа ждет Эми с сыном? – спокойно парировала я. – Что произошло между тобой и Борисом, что ты его так недолюбливаешь?
– Скажем так: он не всегда выбирает правильные методы, – пробурчал Павел.
– Бывает, – прошептала я, чувствуя, как ускользаю в объятия Морфея. – Борис – старый друг отца, а значит, и мой. Он многим мне обязан… Однажды я вытащила его из такой истории, что он до сих пор вздрагивает, вспоминая ее. И бизнес его тогда, тоже я спасла. Не забивай себе голову лишним, Павел. Сейчас тебе нужно набраться сил.
Он, не ответив, отвернулся к иллюминатору, и по напряженной линии плеч я поняла – мое объяснение его не убедило. Я устало вздохнула. Раскрывать перед ним весь этот клубок запутанных, почти родственных уз, связывающих меня с Борисом, не было ни времени, ни сил. Да и вряд ли он бы понял. Наши редкие встречи случались лишь тогда, когда на кону стояло нечто действительно важное. Ежевский был одним из немногих, кому я позволяла увидеть себя настоящую, сбросить броню и говорить открыто.
Я откинулась в кресле, закутавшись в местный плед. Усталость тянула на дно. Мое сознание проваливалось в дремоту. Джордж мирно посапывал в кресле напротив. Мерный рокот двигателей и легкая дрожь корпуса убаюкивали. Я попыталась расслабиться, хотя бы на миг отпустить контроль.
Полузабытье вызвало в памяти калейдоскоп последних событий. Павел… Его внезапное появление перевернуло все мои планы. Его преданность удивляла и одновременно восхищала. Он, как верный пес, готов был броситься в самую гущу событий, прикрывая мою спину. Невероятно, что такой человек возник рядом со мной именно сейчас.
За последние годы я привыкла к одиночеству. Более того – мне даже нравилось ощущать эту неприступность, свою независимость. Но, бросив взгляд на его спящее лицо, я вдруг поймала себя на неожиданном желании… просто смотреть на него.
ГЛАВА 21
Мягкое касание плеча вырвало меня из сна.
– Мы приземлились, – прошептал Джордж, боясь нарушить тишину.
Павел дремал, откинувшись на спинку кресла, с бледным, но спокойным лицом. Я благодарно кивнула Джорджу и принялась возвращать себе подобие нормального вида.
Земля встретила нас обжигающим морским воздухом и ослепительным солнцем. Борис ждал лично, с его неизменной обезоруживающей улыбкой и медвежьими объятиями. Его остров, этот райский осколок, я посещала редко, но он мне нравился. Белый шелковый песок, ласковое море и роскошная резиденция словно стирали грани реальности, даря обманчивое, но такое желанное спокойствие. Здесь можно было на время забыть обо всем.
– Во что ты вляпалась, чертовка? – прошептал Борис, сжимая мои плечи. – Я слышал, что Джамаль рвет и мечет. Эти ублюдки считают тебя костью в горле. Но, зная тебя, чую, месть уже стучится в их двери?
В его глазах плясали знакомые мне искорки. Борис для меня был больше, чем просто друг. Скорее, старший брат, с которым можно было разделить самое сокровенное, то, о чем молчат с остальным миром. Мы с ним два изгоя, калеки, лишенные права на нормальную жизнь, всегда делились друг с другом душевными шрамами, о которых не принято было говорить вслух. Одиночество – вот что когда-то нас сроднило.
Наши родители дружили, поэтому я знала его с детства, и даже когда они уехали жить в Европу, я часто гостила в их доме, особенно после смерти моей мамы. Жизнь развела нас по разным дорогам, но мы всегда знали: в случае чего – прикроем друг другу спину. Поэтому, когда на его жизнь и бизнес обрушился шквал криминальных атак, он без колебаний обратился ко мне. Тогда я мгновенно обезвредила кибератаку и взвела такие протоколы защиты, каких еще свет не видывал. Это были мои новейшие разработки, которые впоследствии я довела до совершенства.