Именно об этом долге я ему и напомнила, когда понадобилось срочно вызволять и прятать Эми и Джорджа, пострадавших из-за меня. Если бы я только не связалась с этой мразью Мансуром… если бы я раньше разглядела в нем опасность… если бы не хвасталась перед ним своими разработками… ничего бы этого не случилось.
Много было всяких «если бы», но теперь поздно пить боржоми. Сейчас мне нужно было добровольно-принудительно спихнуть на Бориса измученного Джорджа и раненого Павла, чтобы умчаться в свое поместье и навсегда захлопнуть шкаф прошлого, из которого с таким упорством вываливались скелеты, вызывая у меня оскомину.
– Беда в том, что эти два брата возомнили себя вершителями не только моей судьбы, но и всего мира, – ответила я, позволяя Борису заключить меня в объятия.
– У этого мира всегда хватало безумцев, – грустно улыбнулся он. – А зачем ты притащила ко мне Дорохова, и на кой черт он тебе сдался? – внезапно спросил он, буравя взглядом спускающегося по трапу Павла.
– Если бы не он, я могла бы оттуда и не выбраться живой, – встала я на защиту своего нового друга.
– А, тогда понятно. Лично выпишу ему медальку! Почему ко мне не обратилась? Его взяла, а меня нет! – обиженно констатировал Борис. – Кстати, ты плохо выглядишь. Тебе нужно отдохнуть.
– Он сам навязался, – сухо отрезала я.
Вертолет Бориса взмыл в воздух, оставляя позади невзрачное здание аэропорта. Под нами расстилалось изумрудное море, исчерченное белыми полосами пены. Маленькие островки, словно рассыпанные изумруды, украшали водную гладь. Солнце играло бликами на волнах, создавая живой калейдоскоп света и тени. Ветер ласково трепал волосы, а свежий морской воздух наполнял легкие, вытесняя спертый запах тревоги.
Я смотрела вниз, пытаясь обуздать внутреннее напряжение. Борис прав, мне необходима передышка, чтобы обдумать план возмездия. Но сейчас первоочередная задача – защитить тех, кто оказался втянут в эту историю по моей вине. Павел, Джордж… они не должны пострадать. Борис поможет, я знаю. Он – единственный, кому я доверяю безоговорочно, но даже он не знает всего о другой стороне моей жизни.
Вертолет плавно снижался, приближаясь к острову. Внизу показалась белоснежная полоса знакомого пляжа, обрамленная роскошной тропической зеленью. Резиденция Бориса, утопающая в садах, казалась оазисом умиротворения и спокойствия. Здесь я могла на время сбросить груз проблем и перевести дух. Хотя бы ненадолго.
Земля неумолимо приближалась, и я почувствовала, как внутри меня все сжимается от напряжения. Вертолет коснулся площадки, и дверца распахнулась. Я вышла на залитую солнцем землю, глубоко вдохнула пьянящий морской воздух и мысленно приготовилась к необходимому мне сейчас отдыху.
Резиденция Бориса всегда поражала своими масштабами и роскошью. Белоснежные стены, огромные окна, террасы с видом на бескрайний морской горизонт – все здесь кричало о достатке и изысканном вкусе владельца. Внутри располагались просторные гостиные, обставленные антикварной мебелью, картинная галерея с шедеврами известных художников и даже собственный кинотеатр. Но, несмотря на весь этот лоск, в доме витала атмосфера тепла и гостеприимства.
Я попросила поселить меня не в самой резиденции, а в скромном домике на пляже, вдали от любопытных глаз. Мне необходимо было уединение, чтобы собраться с мыслями и начать определенные действия. Борис без лишних вопросов выполнил мою просьбу. Этот маленький домик всегда казался мне более уютным, чем сама резиденция. Меня пленила его близость к морю и абсолютная уединенность, а шум прибоя растворял тревогу без остатка.
Личный врач Бориса, невысокий, но жилистый мужчина с азиатской внешностью и пронзительным взглядом, принялся хлопотать над ранами Павла и Джорджа. Он был немногословен, но его движения излучали уверенность профессионала. Я наблюдала, как он тщательно осматривает раны Павла, меняет повязки и дает четкие указания по уходу. Джордж держался молодцом, хотя усталость читалась в каждой черте его лица. Я была благодарна Борису за оперативность и заботу. А рядом неотступно находилась Эми, помогая врачу и нежно заботясь о своем муже.
Оказавшись в тишине домика на берегу, я наконец позволила себе расслабиться. Вышла на террасу, опустилась в удобное кресло и закрыла глаза. Солнце ласково согревало кожу, а легкий бриз играл с волосами. Я слушала рокот прибоя и чувствовала, как напряжение постепенно отступает. Нужно набраться сил, чтобы дать отпор тем, кто решил сыграть в грязные игры за мой счет. И я обязательно это сделаю. Но прежде всего, необходимо поговорить с влиятельным отцом Джамаля и Мансура…