Клэр засмеялась:
— Они и друг друга выбирают по неверным соображениям. С чего бы с собаками обстояло иначе?
Тут и Нина рассмеялась, а потом взглянула на Сэма:
— Но правильная собака — это все для человека.
— Не хочешь вступить в наш профсоюз? Мы могли бы включить в него и собачьих свах, — предложил Исайя. — Мы подумываем о допуске собачьих парикмахеров и косметологов.
— Если собаке нужен косметолог, это значит, что ее хозяину необходима шоковая терапия, — фыркнула Клэр.
Нина поддержала подругу:
— Это уж чересчур. Все равно что называть прогулки с собаками кинофизиотерапией.
— Я слышал о специалисте по фэн-шуй для собак, — возразил Исайя.
— Невозможно! — хохотала Нина.
— Слушай, если рынок требует…
— Свинья моя капиталистическая! — ласково произнесла Клэр, чмокая Исайю в щеку.
Эта фраза напомнила Нине о Билли, о шутках про Шопенистскую Свинью, и у нее на миг перехватило дыхание при мысли, что она, возможно, потеряла его навсегда.
— Знаешь что? Я, пожалуй, останусь в стороне от профсоюзных затей, — заявила Нина.
— Верно, — согласилась Клэр. — К чему вступать в профсоюз, если можно заработать миллионы в качестве босса?
Нина выбрала именно такой путь. В итоге она приобрела общенациональную известность, появлялась в ток-шоу и на обложках журналов, собирала пожертвования для собачьих приютов, ветеринарных лечебниц и разного рода благотворительных организаций.
Но все это потом. А сейчас она подала десерт, расцеловала друзей на прощание, от всей души почесала Сэма, удивляясь чуду безусловной любви.
Когда все ушли, она поставила бродвейскую запись «Цыганки», промотала всю претенциозную муть и включила песню, ту самую, к которой она относилась чуть снисходительно, пока не услышала в его исполнении. «Мне нужна лишь девушка». Что за песня, думала она, что за песня! Да, милая, забавная, вселяющая надежду. Но главное — это его песня. И ее.
He в тот же самый вечер, но вскоре Билли стоял на сцене школы № 87, представляя группу легендарных джазовых музыкантов. Они согласились выступить, чтобы помочь заинтересовать ребятишек, побудить их выбрать инструмент, лучше всего, разумеется, тромбон, и присоединиться к новой школьной джазовой программе. В зале было шумно, полно телекамер и репортеров. Дети и их родители с нетерпением ждали начала концерта.
Но едва Билли заиграв «Звездно-полосатый флаг», открывая программу, все стихло. Музыканты исполнили несколько стандартных джазовых композиций, но в тот вечер необычным было все. За барабанами сидел кумир Билли, Макс Роуч. Это было словно во сне — Билли на сцене, а сотни детишек завороженно слушают, как он играет с Максом.
Когда их дуэт смолк, Билли едва сдержал слезы, потому что это все не было сном. Это была настоящая жизнь, его, Билли, жизнь — волнующая, напряженная, многообещающая. И в тот момент он понял, что готов к встрече с Ниной. На самом-то деле он больше и дня не мог прожить без нее.
Глава 27
Нина думала, что никогда больше не увидит Билли. Теперь, когда она не гуляла больше с его собакой, а он не жил по соседству и был так зол, не мог простить ее и спустя даже много недель не позвонил, она была уверена, что он ушел из ее жизни навсегда. Интересно, он читал о ней в «Обсервер»? Видел ее фотографию в «Тайме»? Ее клиенты только и говорили о ней, передавая друг другу новости, и ее карьера бурно развивалась. Квартиру пришлось переоборудовать, чтобы поместились горы материалов, брошюр, информации о тех, кто хотел найти собаку, и тех, кто уже нашел. Она с радостью завалила рабочими бумагами всю спальню.
Но композициям всегда хватало места, и стол все еще использовался для творческой работы. Нина даже показала свои произведения владельцу одной из галерей в Челси, и тот собирался представить их на выставке в декабре.
Но где же Билли?
Она скучала по прогулкам с собаками. Конечно же, она каждое утро встречалась с Бобби, они вместе выгуливали в парке Люку и Сэма. Че умер вскоре после того, как у них поселилась Люка. Сначала Нина винила себя, думая, что появление Люки убило его. Но Бобби поклялся, что старик скончался счастливым, оставляя Бобби в надежных руках — точнее, лапах — Люки. Че как будто ждал, когда кто-то сменит его. И Люка пришла на смену.
Не все же Нина скучала по собакам, необходимости вставать по утрам и выходить из дома, скучала по специфической культуре парка, которую прежде так ненавидела. Она приобрела некоторый вкус к ней, гуляя с Сэмом, но с профессиональной точки зрения это было совсем не то. Прогулки в сопровождении собачьей дюжины создавали ей определенную репутацию, которой не добиться, выгуливая единственного пса.