— Взаимно, — хищно улыбнулся Андрис. — Брат, поздоровайся с Велиндой.
До этого момента никто не обращал внимания на хрупкую особу, стоящую к ним спиной. Вероятно, она тоже любовалась восходом и заливом, но, расслышав последние слова, обернулась к братьям.
— Привет, Валдис.
— Привет, — выдохнул младший Карлеонис.
— Ты изменился, не узнать, — вежливо, с лёгким акцентом отозвалась девушка.
— Зато ты, — его голос охрип, — красавица.
ГЛАВА 12
Аня взглянула на любимого, скулы которого неожиданно вспыхнули малиновым цветом, и перевела взгляд на внезапно объявившуюся прибалтийскую знакомую. И козе понятно, что неспроста сюда явилась эта девица с худеньким личиком, огромными голубыми глазами и роскошной гривой светлых волос. Прелестница ошеломляла хрупкостью, манерами и красотой. Ко всему перечисленному, у неё имелись общие воспоминания с другом детства. Что-то вроде любимой деревянной скамеечки летним вечером и первого поцелуя на забытом богом хуторе. Очень достойная девица. Она, уж точно, не станет плясать полуголая на общепитовском столе. Браво, Андрис!
— Давно не виделись. Слышала, ты заканчиваешь университет. Расскажи о себе, я послушаю, — приятный контральто будущей мадам Карлеонис вогнал студента в столбняк. Он все не мог на неё наглядеться. Словно заворожённый, прикоснулся к руке красавицы и забыл обо всем на этом свете. Про ту, с которой только что обнимался на палубе, тоже.
Парочка медленно удалялась. Андрис исчез с палубы, как будто его и не было. Чтобы как-то успокоиться, Аня обхватила дрожащие плечи руками и уставилась на беспокойное, в белых барашках, море. Сценарий жизни внезапно изменился. Ее роль отдали более успешной актрисе. Не-ет, надо сражаться за свое счастье, бороться. Только зачем ей такое счастье?
Мучительный день близился к вечеру. Группа съездила на обзорную экскурсию, и кто-то с любопытством разглядывал волшебный город. Аню же интересовал Валдис, а Валдиса больше интересовала прекрасная старая подружка. Аня нашла в себе силы улыбнуться странному каламбуру. В самом начале экскурсии изменник уселся рядом с Велиндой — бывшая пассия была хладнокровно забыта — и заговорил с ней не по-русски. Старший брат излучал довольство.
Аня примкнула к тещам, проведя в их компании целый день, а когда усталая группа возвращалась в автобусе на теплоход, притворилась спящей. Ее одолевали грустные размышления:
«Андрис не успокоится, пока не разрушит наши отношения. В лепешку разобьется, чтобы между нами не осталось ни любви, ни дружбы. Валдис ему отлично помогает: меня он в упор не видит и на чувства мои ему наплевать. Так, не плакать! Скорее всего, удалиться достойно мне не позволят. Во вражеских заготовках — не одна подлость. Подыграть? Что мечтает увидеть Андрис? Как я повешусь? Опозорюсь? А, хотите, истеричная бывшая закатит безобразную сцену ревности и вколотит последний гвоздь… Хорошо, темно в автобусе, эти слезы по щекам… Глубокоуважаемые Андрис и Валдис! Сегодня по вашей заявке — прощальная гастроль …оторвусь. Но завтра я открою чистую страницу, и, клянусь, в моей жизни больше не найдётся места поганцам Карлеонисам и этой чертовой красавице».
Поздним вечером скандальная четверка ужинала в ресторане. Прошёл час, Аня оставила попытки обратить на себя внимание бывшего возлюбленного. Хищная прибалтийка отлично справлялась с возложенной миссией, невзирая на молодые лета. Ближе к ночи, она стала ещё прекраснее. Большинство мужчин в зале смотрели только на неё: как она двигается, смеется, поднимает бокал с вином. Присутствующие дамы сошлись в едином мнении, что гадюк надо убивать, и очень сочувствовали Ане.
— Душно здесь, — пожаловалась Велинда. — И духи у кого-то…сладкие. Выйдем на палубу?
— Смотри, чтобы тебя волной не смыло, такую изысканную и нежную, — фыркнула Аня, перемешивая салат ложкой. — Духи ей мои …нравятся.
— Не хами, — радостно одернул Андрис.
— Я счастлива здесь, с вами, мальчики. Давайте не будем обращать внимания на мелкие неприятности, — Велинда лукаво взглянула на Валдиса и покраснела.
— Это я — мелкая неприятность? — возмутилась Аня. — Какая же ты дрянь, су… п-подружкина дочь!
— Избавь нас от безобразных сцен, — встрял старший братец.
— Я не держу на вас зла, Анна. Кстати, попробуйте это блюдо есть вилкой. Видите ли, так принято.
— Неужели? А я по-нашему, по-деревенски …как неловко. Вы такая воспитанная и добрая. Можно я вас обниму?
С бокалом в руке Аня полезла обнимать застывшую Велинду. Она гремела посудой на столе, суетилась, пока не опрокинула вино на платье красавицы.