Глава 18
- Мул, ты следующий. Из-за своей спины я услышал голос Вика, который отправлялся на сцену, чтобы объявить мой выход на сцену. Одна только мысль об этом заставила меня нервничать. Сегодня вечером я понял, зачем комики на сцену берут бутылку с водой. Моё горло кричало само себе: - Я - САХАРА! - НЕТ! ТЫ ХУЖЕ! ТЫ - ПОХМЕЛЬЕ! Диалог между гландами. Так я назвал это чувство. - Мул, пошел, - сказал мне кто-то из наших. Я так и не понял, ведь моя голова была забита мыслями о том, как правильно рассказать им всё. Шаг. Вот я на сцене. Вик стоял возле стойки с микрофоном и улыбался. Он был рад тому, что я снова ступил на деревянный дом. Я повернул голову в сторону. Приостановился, но двинулся дальше. Зал был забит до отказа. Я не мог понять, откуда тут так много людей. Я подошел к Вику, пожал ему руку, а он тихо казал: - Они все пришли на тебя. Колени встряхнулись. Я достал микрофон из стойки. Улыбнулся уходящему за кулисы Вику, повернулся к залу... Начал. - Добрый вечер, друзья. Здравствуйте! Приподняв правую руку, держа микрофон в левой, я каждым нервным окончанием чувствовал зал. Они были рады мне. А я был рад им еще больше. Я чувствовал каждый удар ладони о ладонь. Каждую ноту, которая словами создавала мелодию. Я скучал по этому чувству. Определенно, скучал. - Давно мы с вами не виделись, - уверенно, будто вчера выходил на сцену продолжал я. - Знаете. Довольно мало интересного со мной происходило. Наверное, потому, что я сидел дома и пил. Очень тяжело, знаете ли, попасть в интересную ситуацию, когда ты ничего не делаешь. Начало было положено. Я не мог остановиться и уйти со сцены. А зал казался мне настолько тяжелым, что в моем сознании складывалось впечатление, будто его я не рассмешу никогда, хотя еще не обронил ни единого смешного слова. Я продолжил. - Просидев дома около двух недель я точно могу сказать, что яблоко начинает гнить с южной стороны. В зале раздался смешок. - Теперь я точно уверен, что, если я попаду в суровую сибирскую тайгу и у меня с собой не будет ничего, кроме яблока, я смело смогу выбраться, параллельно снимая передачу типа "Выжить любой ценой". "Этому меня научили не в армии и не на курсах по выживанию. Легкие наркотики и одиночество - вот залог выживания в диких условиях". Смех. В зале раздался смех. Не просто "Ха-ха". Это был уверенный хохот. Я аккуратно увел микрофон ото рта, закрыл глаза и насладился моментом. Я чувствовал себя Олимпийским чемпионом. Грудь разрывало изнутри. Радость и неподдельное счастье того, что, приоткрыв глаза, я увидел парня, который аплодировал и одновременно уронил голову на плечо своей спутницы, которая элегантно прикрывала свою не совсем роскошную улыбку довольно роскошным маникюром. Фокус. Это точно был фокус. Прямо за этой милейшей хохотушкой сидела она. Я думал, что это не по-настоящему. Искренние глаза, которые были безумно счастливы. Счастливы за то, что мои ноги вновь ступили на сцену, а рука держит микрофон. Мэри, понял, что задержал довольно длительную паузу. Зритель уже не хлопал около 4-ех секунд. А я молчал. Нужно сказать что-то об этом. - Ой, простите. Засмотрелся на грудь. Смех. - Не на Вашу, девушка. Смех. - Не льстите себе и Вы, мужчина. Счастье. Оно окутало меня, так приятно, словно это было одеяло ранним весенним утром, что немного спасало от похмельного озноба. Я продолжал говорить. А они продолжали смеяться. Мэри слышала эти шутки раньше, но хохотала не меньше пары, что сидела за первым столиком, видимо, вывалившую не плохие деньги за ту начинку, что украшала их деревянную поляну. Люди были счастливы. А я был счастлив, потому что Она пришла. Должно быть, это дело рук Вика. Словно Гай Юлий Цезарь, я рассказывал шутки и одновременно думал о том, как она сюда попала? - Спасибо, друзья. А ты не уходи никуда. Я указал пальцем в зал, все обернулись, но - не поняв, на кого я все-таки указал. Кто-то посмеялся и от этого, а кто-то с недоумением приподнял руки, чтобы провести меня за кулисы. Плащ эмоций был на моих плечах. Я покидал сцену, как спартанец со щитом. Победа после такой длительной войны. Я один и полчище моих сомнений. Я. - Молодец, Мул. Это было хорошо. Вик протянул мне руку. Я спокойно пожал её в ответ. - Спасибо. Проронил я, чувствуя, как по щеке под очками потекла слеза. Я был безмерно счастлив. Я вернулся. Мое лицо напоминало морду Хатико, если бы тот все-таки дождался своего хозяина, спустя энное количество лет. Морщины на лице напоминали легкое волнение воды после ярой попытки маленькой капли наполнить огромный водоём. Вилкой по этой воде провела фраза Вика о том, что мне стоит выйти к людям, чтобы сделать несколько фото. Мы всегда делали это раньше, дабы наполнить наши страницы в социальных сетях фото от наших посетителей, ожидая от этого явления сумасшедшего влияния на подобных персонажей, с целью дальнейшего набивания своих карманов зеленой валютой. Да. Хоть и официальной валютой в нашей стране является купюра немного иного цвета, оплачивать вход людям приходилось в долларах. Билеты мы не продавали, поэтому посетителю вместо кассы необходимо бы