Сегодня первой парой у нас английский, мне все равно какой предмет, мне просто нравиться, что это в первый раз, что все будет заново.
-Привет Тем, - это мой двоюродный брат Родион, - пошли, покурим. И мы встали напротив входа в университет в толпе других студентов, оживленных, радостных от встречи.
-Как вчерашняя репетиция, - всегда приятно, когда тобой интересуются.
-Нормально, - концерт будет хороший, Вася и Филипп отлично играли.
-Ты пойдешь?
-Нет, одному в зале скучно, буду сидеть дома и смотреть старые фильмы.
Я любил заниматься чем-то, что расслабляло мысли, которых у меня всегда было много. Я часто строил планы, представлял, чем буду заниматься в будущем, я любил мечтать и мечты мои были практичными, но часто странными. Бывало я думал, что мог бы ловить рыбу где-нибудь на берегу, сидя изо дня в день на одном и том же месте. Я ловил бы рыбу и думал о том, почему рыба была рыбой, а я человеком, и чем мы друг от друга отличались, и почему я ловлю рыбу, а не рыба меня. Еще я представлял, что уеду учиться в Германию, я хорошо говорил по-немецки, понимал эту жесткую и безэмоциональную страну, там было все четко, все могло свестись к таблицам и графикам, правилам и нормам. Чем четче система, тем проще ею управлять. Когда ты можешь понять свое место жительства, ты можешь строить планы.
-Ладно, пошли, а то опоздаем, первое занятие все-таки, вдруг там какая-нибудь старая стерва англичанка, синий чулок.
-Синий чулок в синих чулках, - я любил дурацкие сочетания слов.
-А может она и вовсе без чулок, - Родион любил пошутить.
-Эротично, - наше воображение легко вело нас туда, куда стремились наши тайные мысли.
Мы поднялись на четвертый этаж и вошли в класс. Училка, совсем не старая, а довольно молодая сидела за столом, ковыряясь в своем компьютере. Мы уселись, целая толпа, и заняли почти всю аудиторию. Я сел на третью парту и стал смотреть на преподавателя, нужно было оценить уровень опасности и варианты возможностей. На вид ей было не больше двадцати пяти - двадцати шести лет, высокая, слегка сутулая, стройная брюнетка, широкие четко очерченные скулы, говорящие о силе характера. Она была молодая, но в ней чувствовалась власть, было не похоже, что нам удастся отдыхать на ее занятиях. Она наконец-то подняла большие серые глаза и удивленно воскликнула:
-О Боже, сколько же вас человек? - ее голос был грубоватый, чем-то смахивающий на мужской, уверенный, но добрый. Глаза искрились радостью непонятно от чего, какое-то тепло, радушие и родительское опекунство накрыло нас с головой.
-Двадцать, - выкрикнул кто-то из аудитории.
Мда, - протянула она, вид у нее был явно сконфуженный - ну, ладно, позвольте представиться, меня зовут Татьяна Александровна, я буду вести у вас английский язык на первом курсе, а возможно и на последующих.
И она начала нам рассказывать о том, как мы будем заниматься, как будем сдавать экзамены и зачеты, как необходимо учиться и готовиться. Я смотрел на нее, на ее левую щеку падали лучи солнца, и это напоминало мне игру теней и света на летнем песке. И мне снова вспомнилась рыбалка, и я думал, что она рыбак, а мы все рыбки, которые попались и теперь нам придется учиться плавать, чтобы смочь ускользнуть от участи наживки. Потом она раздала нам тест, чтобы проверить наш уровень владения грамматическим материалом. Неожиданно распахнулась дверь и появилась заискивающая рожа Маницкого.
-Извините, - промямлил он, - можно войти?
-Где вы были все это время? - строго спросила она, - Вы опоздали, а по правилам нашего университета студенты не должны являться позже пятнадцати минут после начала занятия.
-Я искал аудиторию, - я видел, что он просто не особо спешил, поэтому и опоздал.
-Я разрешаю Вам войти только на первый раз, - Татьяна Александровна, казалось, тоже понимала причину его опоздания. - Впредь потрудитесь явиться вовремя вместе со всеми остальными.
Он вошел и начал нервно оглядываться, не зная куда сесть.
-Садитесь за мой стол, - сказала учитель, она искрилась юмором, ей нравилось шутить, и было заметно, что ее сильно забавляла эта ситуация. В ней чувствовался интеллект, было что-то такое внутри нее, что я еще не успел распознать, она была какой-то свободной, ее суть была странной, не напоминающей знакомые мне шаблоны, нужно будет присмотреться к ней, чтобы понять ее лучше.