И действительно, зал был очень стильно оформлен, словно рукой опытного стилиста.
Я разглядывала декорации, а сама мельком заметила, что рядом с Родионом сидел какой-то парень, среднего роста, чуть полноватый, с русыми волосами и уверенным в себе видом. Он был очень похож на Теминого друга Василия, которого я видела у него на фотках в Контакте.
Когда начался спектакль, я, как всегда, сидела завороженная. Периодически со слезами на глазах, впечатленная всем, что видела, пораженная талантами, красотой музыки, грацией танца, искусством игры на сцене. Когда выступал Тема, мое сердце замирало от волнения, я дышала через раз, все исчезало, и я вся была в нем, в его образе, в его глазах и его творчестве. Он был так воздушен, так тонок, так неуловим, и в то же самое время - уникален, уверен и жесток. Он играл так идеально, так спокойно, что, когда в его движениях появлялась капелька смущения или неуверенности, я дергалась в сидении так, словно меня кто-то щипал.
Когда закончилось представление, я восторженно хлопала, стараясь подавить в себе эмоциональный порыв, рвущий из моего сердца слезы упоения.
-Татьяна Александровна, - голос Родиона вырвал меня из экстаза, - Вам понравилось?
-Очень, - с восхищением отозвалась я, - это было восхитительно!
-Да, они так много репетировали, нужно поздравить актеров с их победой, пошлите с нами за кулисы. И он как-то странно влиял на меня, он так уверенно это сказал, что мне и в голову не пришло, что можно не ходить туда, куда он указал. И мы встали, я, Родион и тот парень справа, и стали проталкиваться сквозь бушующих и гремящих студентов. Все происходило так быстро, что я не смогла даже сообразить толком, к чему все это могло привести.
Родион шел первым, он был выше меня и шире почти вдвое. Он расталкивал толпу и просил нас пропустить. И я сочилась за ним, словно слабая струя воды, меняя направление каждую секунду. Мы втиснулись за сцену, и я увидела, что Тема обнимался со всеми, кто там был. Я видела только его, а он меня не замечал. Я скромно стояла, переминаясь с ноги на ногу и прячась за широкой спиной Родиона.
-Темка, - заорал Родион, резко вырывая брата из толпы, - поздравляю! И они обнялись. И когда Темина голова оказалась на плече у Родика, он вдруг увидел меня, улыбающуюся и смущенную. У меня внутри все билось так сильно от волнения, что я боялась даже рот раскрыть. Я только улыбалась и сияла, словно полуденное солнце.
За секунду я прочитала в глазах Темы смущение и какой-то ступор, он отстранился от Родиона и уставился на меня в полном удивлении.
-Поздравляю Вас с великолепным выступлением, - я выдавила из себя слова, стараясь сделать их как можно более естественными.
-Спасибо, - автоматически ответил он, все еще в ступоре.
-Я рада, что пришла, - я пыталась скрыть свою неловкость за официальной речью, - я получила массу удовольствия. У вас талант!
-Ну, - он начал что-то мямлить про то, что другие актеры многие профессионалы, но я видела, что на самом деле его мозг неожиданно занял себя чем-то еще, он что-то обдумывал, принимал какое-то решение.
-Так, - неожиданно вступил в беседу полноватый друг, который пришел сюда с нами, - это надо отметить, - он обнял Темку за плечи и потрепал по-братски.
Каким-то дополнительным чувством я уловила странный взгляд, которым обменялись Тема и Родион.
-Татьяна Александровна, - вдруг спросил Родик, - а пойдемте с нами в кафе, выпьем чаю, посидим, отметим, а может чего и покрепче?
От неожиданности я выпалила:
-Я за рулем, - это было самое глупое, что можно было сказать в этой ситуации.
-Ничего, там наверняка много чаю и кофе, - Родик никогда не сдавался.
Я неуверенно посмотрела на Тему. Он стоял ни жив, ни мертв, такой же, как и я, сконфуженный, растерянный, но все же страстно желающий, чтобы я ответила «да». Я это легко прочитала по его энергетике. И дальше я уже не способна была думать, я просто сказала:
-Ну ладно, поехали.
-Класс, - заорал Родик.
-Сейчас, я только возьму куртку, надо, кстати, спросить, кто еще пойдет, - сказал Тема. Я видела, что его взгляд засиял радостью от моего согласия.
А когда он пошел за толпой молодежи в куртках, меня накрыла с головой правда происходящего. Я, преподаватель, тридцатиоднолетняя женщина собиралась пойти в кафе со своими студентами первокурсниками и с их друзьями, которые потом растреплют об этом всему университету, которые могут Бог знает, что подумать, и, кстати, не факт, что им вообще понравиться эта идея, отдыхать с преподом. От страха я вцепилась в рукав Родиона.
-Родик, а может я домой все-таки поеду, вдруг ваши друзья будут чувствовать неловкость от моего присутствия?
-Да Вы что, Татьяна Александровна, никто не будет чувствовать никакой неловкости, наоборот, все будут только рады, - и он уверенно потащил меня к выходу.