-Нет, я так не думаю, - и он снова замолчал, все еще ожидая объяснений.
-Я обратила внимание на то, что когда люди сближаются физически, они быстро пресыщаются друг другом, теряют интерес.
Он смотрел на меня прямо, читая каждый шорох моей энергетики, каждую мою интонацию, каждый жест. Он молчал. Я снова почувствовала неловкость и поняла, что он ждут продолжения.
-Мужчина теряет чувство ответственности, он не чувствует так сильно, что эту женщину все еще нужно добиваться, со временем он начинает ее использовать и искать новые горизонты для завоеваний.
Его безапелляционный взгляд, давящий, принуждающий, вдруг заставил меня почувствовать себя слабой, беззащитной. На глаза накатились слезы, а в сердце начала подниматься боль, старая, забытая, мучающая боль. Он увидел это и тут же смягчился. Он притянул меня к себе и шепнул на ухо:
-Прости.
Это было все, что он сказал. Он гладил меня по волосам, а я всхлипывала, сама не могла понять от чего. Мы сидели так минут двадцать, наверное. Когда я успокоилась, он поднял мою голову и нежно поцеловал в губы.
-Уже поздно, я пойду домой, - сказал он.
-Ладно, - промямлила я.
Когда он ушел, я стала думать. Напряженно, серьезно. Что значила эта ужасная боль в моем сердце. Неужели я никогда не смогу по-настоящему пережить мой прошлый кошмар в личной жизни, моего мужа, который спал с каждой пролетающей мимо девкой, мои следующие отношения, снова закончившиеся изменами. Мне пришлось потратить почти восемь лет на то, чтобы пережить все это, чтобы смочь простить, чтобы разобраться со своими чувствами и обидами. Я давно уже жила спокойно, меня ничто не тревожило, и вот снова эта боль, словно оживший покойник, пугающий тебя в ночных кошмарах. У меня возник образ огромной золотой чаши, с чистой водой. И кто-то большой ложкой стал мешать эту воду, и грязь, осевшая на дно, которую не видно при спокойном состоянии, вдруг стала подниматься, словно морской песок при шторме.
-Значит, я все еще не прошла свое испытание, - мое тело сжималось в комок от этой мысли, - значит, все должно снова повторяться. Меня охватил страх и на глаза снова накатили слезы.
-Нет, - боролась я сама с собой, - держись, девочка, держись, моя хорошая, нет необходимости тысячи раз проживать эти трагедии заново. На все воля Бога, принимай, благодари, принимай, благодари.
Я упала на колени у окна и склонила голову. Я плакала, потом благодарила, потом плакала уже от радости и успокоения.
-Ничего, шептала мне Луна, - все будет хорошо, все будет прекрасно.
И утихомиренная и почти блаженная я легла спать.
В выходные студенты собирались отмечать начало года, и Тема позвал меня с собой.
-Я бы не очень хотела туда идти, - призналась я. Там ведь почти никто не знает, что мы вместе.
-А мы не будем это демонстрировать, - сказал он. Будет Алина, и она скажет, что мы всей группой тебя позвали.
-Тем, пожалуйста, сходи один, - я обняла его и поцеловала в ухо.
Он улыбнулся. Мы ни разу еще не отдыхали раздельно, и я чувствовала, что он готов был не идти совсем без меня.
-Ничего страшного, если мы не увидимся один вечер, всего один, - я подтрунивала его.
-А ты, что будешь делать? - спросил он как-то, мне показалось, ревностно.
-Я буду готовиться к занятиям на следующую неделю.
-Ну, ладно, - наконец согласился он.
Конечно, я скучала без него в этот вечер, но это было всегда полезно для любых отношений. Несмотря на то, что он звонил мне два раза, все равно мы немного разрядили наше притяжение, которое грозило уже полным и абсолютным слиянием во всех сферах нашей жизни.
В понедельник я шла на занятия и вдруг увидела Тему, курящего у входа с какой-то девушкой.
-Здравствуйте, - тепло поздоровался он.
-Доброе утро, - я просияла.
Когда я проходила мимо них я ощутила недобрый взгляд его спутницы, от нее исходила агрессия, толкавшая меня поскорее скрыться из виду.
-Кто это был с тобой с утра у института, - спросила я вечером Артема.
-Это Лера, она учится на пиаре. А что? - он явно не понимал, почему я спросила.
-Не знаю, она как-то злобно зыркнула на меня.
На какую-то доли секунды я заметила, что легкая тень промелькнула на его красивом молодом лице. Но потом он просто обнял меня и сменил тему, убеждая, что я все выдумываю. Но я поняла по его реакции, что было что-то, что он не то что бы скрывал, о чем он знал, но не считал нужным мне говорить. И моя внутренняя женщина учуяла соперницу, так же, как и та ведьма, которая пялилась на меня из Лерки утром.
-Ну, вот, - думала я про себя, - теперь я еще и ревную. Да, ничему не научилась.
Я ни на грамм не сомневалась в Теме, я просто знала, как судьба отдает нам наши долги, загоняя нас в проклятые углы, распиная целую жизнь на одной маленькой занозе, которая мешает нам все отпустить, принять и быть благодарной. И я стала быстро работать с собой внутри, освобождая стресс, который, видимо, имел глубокие корни, выходящие за пределы моей человеческой памяти. Я снова бубнила про себя обращения к Богу, мучая его своими страхами и сомнениями, а потом пила из его волшебного источника, ответом, заструившимся на мои молитвы. Бог любил меня, и это было все, что у меня было, это было больше, чем я заслуживала.